Татьяна Томах – Кот для Печальника (страница 5)

Поэтому Костя даже затаил дыхание, ожидая ответа тетушки Кэт.

– Ах, не говори глупостей, – сказала, наконец, она, немного подумав, – в конце концов, ты не виноват, что ты не котик. Что ж теперь делать. Но я обещала за тобой приглядеть, и я это сделаю. Пойдем! – она взмахнула рукой и решительно зашагала по платформе к вокзалу. Шляпка подпрыгивала на ее голове в такт бодрым шагам. Костя слегка опешил, глядя ей вслед, потом спохватился, с трудом поднял сумку – и речи не было о том, чтобы просить тетушку помочь ему с вещами – и с трудом потащился следом.

– Что ты там возишься? – недовольно окликнула его тетушка Кэт, обернувшись у входа в вокзал, – не отставай!

Странный дом тетушки Кэт

Костя так устал и разволновался, что совершенно не запомнил дорогу к дому тетушки Кэт. И сам дом толком не разглядел. Сил у него хватило только на то, чтобы забраться по лестнице на второй этаж. Сперва тетушка толкнула маленькую ближнюю дверь справа – и они попали в симпатичную небольшую комнату.

– Ну, обустраивайся, – улыбнулась тетушка, – видишь, как я тут миленько все устроила, как раз к твоему приезду. Даже вымыла пол, а это нелегко в моем возрасте. Вот, смотри, какие милые подушечки на кресле. А вот клубочки с шерстью, если захочешь поиграть… – она мечтательно улыбнулась. Кажется, она продолжала считать Костю котиком… ну, в какой-то мере. А у Кости сейчас не было сил ее переубеждать.

Костя плюхнул сумку возле небольшого шкафа и огляделся. Ему показалось, что здесь чего-то не хватает, но он никак не мог понять – чего. И только когда тетушка уже закрывала за собой дверь, сообразил.

– А.. а кровать? – окликнул он ее.

– Что, прости? – тетушка Кэт снова заглянула в комнату, очень вежливо улыбаясь. Костя даже смутился от этой ее улыбки. Но потом все же решился.

– Тут нет кровати, – робко сказал он. – Где я буду спать?

– Что значит – где? – возмущенно переспросила тетушка. – А это что?

Она решительно шагнула к креслу, достала из-за него корзинку, застеленную крохотным одеяльцем – и сунула ее под нос Косте.

– Что это? – удивленно спросил он. – Наверное, корзинка?

Тетушка вдруг задумалась, повертела корзинку, попыталась примерить ее к Косте – и, кажется, смутилась.

– Хм, – пробормотала она, – кажется, это немного не подходит… по размеру…

Она осторожно опустила корзинку обратно, за кресло, и опять задумалась, на этот раз надолго.

– Хм, – наконец сказала она, уже не так уверенно, как раньше, – кажется, у меня когда-то бывали и человеческие гости… Пойдем-ка, поищем эту комнату…

Тетушка Кэт прошлась по коридору, заглянув в несколько дверей подряд. На пятой двери она воскликнула:

– Ага, вот же она! – и поманила за собой Костю.

– Тут, правда, немного неприбрано, – смущенно сказала тетушка, – но видишь ли, я не ожидала, что…

– Ничего, – ответил Костя, с трудом сдержавшись, чтобы не чихнуть от пыли, – зато тут есть кровать.

– Точно! Я помню, что для людей это важно, – улыбнулась тетушка Кэт. – Ну, располагайся…

***

Когда Костя попробовала дозвониться маме, выяснилось, что мобильный телефон тут не работает.

– Можно залезть на высокую крышу, – предложила тетушка. – Например, рядом с ратушей есть несколько таких зданий…

– Что, серьезно? Когда вы собираетесь куда-то звонить – лезете на высокую крышу? А если дождь и скользко? А если надо позвонить ночью? У вас все так лазают? Старушки тоже? И больные? А если перелом? А…

– Подожди-подожди, Рыженький – ничего если я буду тебя так называть? Я уже запуталась, – прервала его тетушка Кэт, – зачем это все. Если кому-то надо позвонить – он просто звонит по нормальному телефону! – и она указала в угол, где на маленьком столике, на кружевной салфеточке стоял огромный проводной телефон – Костя видел такие в каких-то доисторических фильмах. Про динозавров или вроде того.

– А…это… почта у вас, наверное, голубиная? – осторожно спросил он, вспомнив разговор с папой.

– Конечно, – с гордостью сказала тетушка. – Самая быстрая и надежная. Как ты догадался?

***

Утром в дверь кто-то постучал. Костя открыл глаза, зевнул, потянулся, прислушался – вроде, за дверью было тихо. Видно, ему послышалось. Тогда он повернулся на другой бок, натянул на голову одеяло и опять закрыл глаза. Он решил, что еще слишком рано, чтобы вставать. И тут в дверь опять постучали, уже более настойчиво.

– Да-да? – сказал Костя. Сперва он хотел спросить: «кто там?» – но подумал, что это глупо – наверняка, там тетушка Кэт, кто еще? Интересно, чего она стучит? Мама обычно заходила в комнату Кости без всяких стуков, целовала его в лоб, говорила «Доброе утро, соня!». Иногда, если Костя долго не просыпался, стаскивала с него одеяло и щекотала пятки – тогда деваться было некуда, если начинаешь хихикать, трудно притворяться, что все еще спишь. А если были выходные, Костя мог спать сколько угодно, и просыпался обычно на вкусный запах омлета или блинчиков. Интересно, сейчас как считается, что выходные или нет? В любом случае, вряд ли стоит ждать, что тетушка Кэт будет целовать его в лоб или щекотать пятки. Даже бабушка Марина этого не делала, по крайней мере, с тех пор, как она превратилась в робота. Тут Костя почувствовал, что уже скучает по дому, маме, папе и по субботним и воскресным завтракам – а ведь всего-то прошел один день в гостях у тетушки Кэт.

В дверь опять стукнули.

– Да? – опять спросил Костя.

– Что – да? – раздраженно спросила тетушка Кэт из-за закрытой двери.

Костя подумал и ответил:

– Открыто.

– Я знаю, что открыто! – недовольно воскликнула тетушка. – Это, вообще-то, мой дом.

– А-а…э-э…

– Ты там, что ли зеваешь? – голос тетушки был недовольным. – Вообще-то, это невежливо.

– Я не зеваю, – смущенно ответил Костя. Он не знал, что невежливо зевать, когда кто-то стоит за дверью. Но, наверное, тетушке Кэт виднее – у нее ведь есть шляпка с марлей…то есть, вуалью. Тетушка Кэт опять стукнула в дверь, на этот раз раздраженно. И тогда Костя решился спросить:

– А что мне надо делать, когда вы стучите?

– Конечно же, ответить мне, могу ли я войти! – воскликнула тетушка.

– Можете, – удивленно ответил Костя, – тут же открыто.

– Ах, как это все сложно, – тяжело вздохнула тетушка и, наконец, распахнула дверь и заглянула в комнату. На этот раз она была без шляпки с ваулью, и очков на палочке, а просто в светлом платье с розочками, поверх которого был надет белый длинный передник.

– Что сложно? – робко спросил Костя, гадая, не допустил ли он еще какой-нибудь ошибки.

– Видишь ли, – объяснила тетушка Кэт, – это с котами все просто, особенно с котятами, а у людей принято так: сперва стучать, прежде чем войти. Мало ли, тот, кто внутри, еще спит или не одет.

– Я еще спал, – заметил Костя. И добавил: – И я не одет. В смысле, одет в пижаму, если это считается.

Но тетушка, кажется, не обратила на его слова внимания. Она рассеянно оглядела комнату, пробормотала:

– Надо бы все-таки тут прибраться. Как-нибудь, когда появится время…

Потом она развернулась обратно к двери, взялась за ручку, и только тогда спохватилась:

– Ах, да, я же зашла спросить – что у вас принято есть на завтрак?

И вопросительно уставилась на Костю. Костя подумал и сказал:

– Блинчики. Особенно с вареньем.

– Правда? – удивилась тетушка. – Что, каждый день?

– Каждый, – уверенно ответил Костя. Вообще-то, правильно было бы ответить, что каждую субботу, но он решил, что слово «суббота» можно пропустить, так получается еще лучше.

– Ну что ж, – ответила тетушка Кэт, кажется, ни капли не удивившись, – тогда по утрам будут блинчики, а булочки с корицей и яблоками я буду печь по вечерам, если ты не возражаешь.

– Не возражаю, – важно ответил Костя и сглотнул. Кажется, он очень проголодался от всех этих разговоров про блинчики и булочки. И он и вправду, совершенно не возражал насчет булочек, более того – парочку мог бы съесть прямо сейчас.

– Отлично! – обрадовалась тетушка, – рада, что у нас нет разногласий по поводу питания. Это важно. Хорошо, что ты уже проснулся, и я тебя не разбудила. Умывайся пока и все такое, через полчаса будет завтрак. Ты что-то хотел спросить?

– А… а у вас есть в ванной горячая вода? Или у вас тоже ее отключают?

– Отключают? – удивилась тетушка Кэт. – Кто? Зачем?

– Не знаю, – Костя растерялся. – Но вчера была только холодная, и я…

– А зачем тебе вообще вода в ванной? – спросила тетушка.

– Чтобы умыться, – растеряно ответил Костя.

– Умыться? – переспросила тетушка Кэт и удивленно посмотрела на него. А потом воскликнула: