Татьяна Тэя – Чувства вне игры (страница 7)
Пока тёрлись в тёмном коридоре Васнецов проклял себя три раза за неуместные желания. Вместо того, чтобы взять Женю за руку и оттащить в отделение полиции, ну или хотя бы в службу безопасности клуба, чтоб те пробили стервочку, он стоял и пялился на её губы, мечтая сожрать их поцелуем. С чего вдруг такая тяга к ней он сам не понимал. Давно его никто так не заводил. Да и как бы не до девушек последнее время было. Когда в жизни проблемы, кто-то пускается во все тяжкие, а Васнецов закрывался в своём мире. Но период отшельничества длился недолго, он начал приходить в себя, а тут эта языкастая девица попалась.
Ещё и про машину его комплимент отвесила. Тётенька купила? Это она что имела в виду? Что он альфонс для богатых бабулек?
На машину Васнецов заработал сам. У него был контракт с известным брендом спортивной одежды, к тому же он регулярно подрабатывал для съёмок рекламы. Прошлым летом в Китае провёл три месяца, где каждый день с утра до вечера был забит съёмками. Вернулся домой он с приличной суммой на счету. Да, отец немного докинул на машину, но то была капля в море. Основные средства Руслан внёс из своего заработка. Чем, к слову, внутренне и молча гордился.
Пока Рус стоял на перекрёстке, пришло сообщение от менеджера «Глубины». Оно было лаконичным: вечер, выйдешь?
Выйду, – также коротко ответил Руслан, хотя сегодня в клуб не собирался.
Усмехнулся идее заехать за Женей и утащить её с собой, но быстро её откинул. Зачем она ему там?
Зачем? Да он и сам не понимал до конца, почему его к ней потянуло. Надо разбавить мысли кем-нибудь другим. Да, так, пожалуй, будет лучше для всех.
Васнецов довольно быстро добрался до дома, зашёл в супермаркет на первом этаже здания, набрал всякой дряни для повышения настроения. С недавних пор он снова жил с мамой и сестрой, освободив отцу свою небольшую студию у Чёрной речки. Решение было сознательным. Родителей нужно было развести по отдельным территориям на какое-то время. Потому что мама плакала, когда отец находился рядом, бесконечно жалела себя и не могла замолчать, выговаривая тому обиду за измену после двадцати пяти лет брака.
Хоть отец клялся и божился, что это была его единственная интрижка на стороне, доверие уже казалось потерянным. Возможно, что и навсегда.
В этом конфликте Рус принял сторону матери. Потому что никак не мог понять, как от такой женщины можно гульнуть? На что польстился батя? На молодость и отсутствие мозгов? Хотя нет, мозги там определённо имелись. Девушка изрядно так пропылесосила банковскую карту его отца, прежде чем вильнуть хвостом и скрыться в закате с очередным возрастным кошельком на ножках.
Прямо как Алла, – мелькнуло в голове.
Васнецов скривился и зашёл в квартиру. Как он не пытался вытравить бывшую из мыслей, те всё равно время от времени скатывались к ней. Уже даже не от обиды, а по привычке. Слишком долго Аллочка была в его жизни. Почти шесть лет, если уж на то пошло.
Из комнаты сестры доносилась заунывная музыка. Какие-то сопли-слёзы-вышебательные баллады стояли на повторе.
– Лучше б ты рэп ругательный слушала, Розочка, – заглянув в открытый дверной проём, прокомментировал Руслан.
Сестра лежала на кровати и заполняла анти-стресс раскраску. В данный момент фиолетовый карандаш гулял по бумаге широкими штрихами.
Фиолетовый – цвет депрессии, – мелькнуло у Васнецова невесть где подхваченное утверждение.
– Мрачновато, – вынес он вердикт, заходя и наклоняя голову к плечу.
– Как ощущается, – вздохнула Роза, – так и рисую.
– Разве это рисование? – фыркнул Рус и кинул в сестру пачкой чипсов.
Розалия на автомате вытянула руку.
– Чёрт, Руслан, ты точно знаешь, что мне нужно, – раскраска была позабыта.
Словно профи со стажем, вскрыв одной левой упаковку, Роза начала закидывать чипсы в рот. До конца не прожевав, произнесла:
– Рифлёные. Всё как я люблю.
– Инджой, то есть наслаждайся.
– А ты куда? – притормозила его на пороге. – Как тренировка? – аккуратно спросила.
И сестра, и мама после его травмы старались тему спорта обходить стороной, что на взгляд Руслана было странно. Ему наоборот было бы проще открыто говорить о поломанных мечтах и планах, но, кажется, его родные страдали сильнее него. Он эту сторону жизни уже принял.
– Тренировка нормально, сыгрываются ребята. А я в клуб, надо на замену выйти.
– Замена-замена, – пробормотала с набитым ртом Роза. – Так твоё хобби основной работой станет.
– Не станет. Поехали со мной? – совершенно искренне пригласил он.
– Ой нет, я пасс, – сестра снова склонилась над раскраской.
Руслану оставалось лишь вздохнуть и пойти к себе. С недавних пор Роза превратилась в домоседку. А всё из-за парня, конечно же. Все страдали из-за разбитых сердец.
Интересно, а у Жени как? Целое? Или тоже кто-то трещину ногой пробил навылет? – мелькнула мысль.
А с чего ему это интересно?
Руслан искренне не понимал и не хотел разбираться.
Просто этой девчонки в его жизни стало много за короткий промежуток времени. Просто история их встречи интересная. Какая на хрен история? Какой на хрен встречи? – притормозил себя.
Просто, блин.
Просто на просто. И точка!
В своей комнате он, не раздеваясь, прилёг на кровать и закрыл глаза. Надо вздремнуть, хоть и до вечера ещё далеко. Да, «Глубина» – это хобби, но каким-то образом это хобби стало эволюционировать в работу сутки через трое.
Сначала, когда клуб открылся, Рус чисто для поддержки выходил за пульт. Всё-таки «Глубина» – детище Влада, сына отцовского партнёра и хорошего приятеля самого Руса. Но Влад ему сразу начал неплохо так башлять за выход, убеждая, что любой труд должен быть оплачен. Руслану очень не хотелось превращать их дружбу в бизнес, и пока им удавалось балансировать на грани.
Была у Руслана прекрасная особенность – быстро засыпать. Так что он закрыл глаза и приказал лишним беспокоящим его мыслям выметаться подальше.
Глава 5
Ровно в час тридцать Руслан «сдал смену», уступил место за пультом Марату, и пошёл к бару за водой.
– Может, энергетика? – предложил бармен.
– Нет, там сахара много и для сердца не очень, знаешь ли.
Бармен пожал плечами, в свои годы он о таких вещах не задумывался. Васнецов, быть может, тоже не задумывался бы, если б не спортивное прошлое и учёба в медицинском университете. Ему было чуть ли не физически больно смотреть, как народ потребляет этот самый энергетик, мешая его то с шампанским, то с алкогольным коктейлем.
Рука со стаканом застыла на полпути до рта, когда чья-то ладонь коротко легла Русу на плечо. Он развернулся и уткнулся взглядом в Михаила, хахаля бывшей.
– Привет, поговорил со своими насчёт спонсорства? – спросил тот.
– Пока нет, – быстро ответил Руслан, потом подумал, что поздороваться всё-таки надо и быстро добавил: – Привет.
– Ты не затягивай.
– Не буду, на неделе переговорю с тренером. А где… Алла? – спросил он, чтобы просто перевести тему.
Но Михаил расценил его вопрос по-своему. Усмехнулся самодовольно и капельку снисходительно.
– Дома. Не ревнуй, – заявил он. – Алла сделала свой выбор.
– Не ревную, – поспешил его успокоить Руслан.
Да и не ревновал он Аллу никогда. Обидно было, да, всё-таки были вместе несколько лет, он планы строил, предложение делать собирался даже, хотя мама и говорила: не торопись, присмотрись. Только разве дети слушают родителей, когда в делах задействованы их чувства?
– А ты чего в «Глубине» делаешь? Не похож на тусовщика, – подковырнул в ответ.
Михаил и тут всезнающе рассмеялся.
– А я и не тусую, я дела решаю. Подрастёшь узнаешь, что большинство сделок проворачивается на нейтральной территории. Батя не рассказывал?
Руслан заскрежетал зубами от злости. Уж не на одной ли из таких сделок он себе любовницу завёл, которая разрушала их с матерью брак? Фотографии, которые вездесущие доброхоты скинули маме, вытащили правду наружу.
Нет, такое лучше не вспоминать. Руслан, аж зажмурился и потряс головой, чтоб прогнать образ отца не в совсем потребном виде, в котором тот предстал на тех снимках.
– Мы с ним дела не обсуждаем. У него свой бизнес, у меня свой.
Михаил покивал с пониманием.
– Понимаю. Ну всё впереди, Руслан. Всё впереди.
– Я пойду, – приподнял Васнецов брови, прощаясь. – Дела…
– Конечно, ещё увидимся.
Подняв верх ладонь, Рус отвернулся и недовольно выдохнул.