Татьяна Терновская – Я сделала предложение дракону?! (страница 3)
Постепенно столовая заполнялась студентами, но ко мне никто не подходил. И хорошо. Настроения общаться у меня не было. Разве что можно было поговорить со Спенсом, но он, наверное, уже позавтракал и с утра пораньше убежал тренироваться на полигон боевого факультета.
В итоге запеканку я съела без происшествий, а когда хотела выпить чаю, в столовую ворвалась Моника – моя младшая сестра.
– Смотрите! – завопила она на весь зал, чтобы все присутствующие наверняка обратили на неё внимание, – родители прислали мне платье к зимнему балу!
С этими словами Моника плюхнула коробку на середину центрального стола и быстрым движением вытащила оттуда платье. Тонкий розовый щёлк, кружево, и даже россыпь ангарских кристаллов на лифе. Платье явно дорогое. Наверняка работа какого-то известного портного.
По столовой прокатился вздох восхищения. Другие девушки смотрели на платье с любопытством и завистью. Моника наслаждалась всеобщим вниманием.
– Какая красота! – воскликнула её подружка.
– Платье, наверное, очень дорогое! – подхватила другая.
– А мне родители никогда такого не покупали! – загрустила третья.
На квадратном лице Моники появился довольный румянец, а глубоко-посаженные карие глаза заблестели. Я отвернулась, надеясь, спокойно допить чай, но не успела. Быстрым шагом Моника направилась ко мне. Только не это!
– Видела, какое платье мне купили родители? – громко спросила она, сунув мне свой наряд чуть ли не под нос.
Я прекрасно понимала, чего она от меня ждёт. Неизвестно, по какой причине, но Монике просто необходимо было знать, что она лучше меня. Без этого она не могла наслаждаться жизнью. Чтобы поскорее от неё отделаться, я обычно ей подыгрывала.
– Да, очень красивое платье, – согласилась я, – ещё и ангарские кристаллы. Наверное, его заказали у мадам Бонье?
Я намеренно назвала имя самого модного портного в королевстве, чтобы удовлетворить тщеславие сестры. Услышав про мадам Бонье, девушки в столовой принялись шептаться к явному удовольствию Моники.
– Да, родители покупают мне только самое лучшее! – гордо заявила она.
Я обрадовалось было, что на этом пытка окончена, но напрасно, Моника всё ещё жаждала крови.
– Тебе родители тоже что-то прислали? Может, покажешь? Мама сказала, что платье идеально тебе подойдёт, – оскалилась Моника.
Разумеется, она была в курсе ситуации. Возможно, сама и предложила маме этот вариант.
– Я пойду на бал в парадной форме, – сказала я. Так одевались только сироты или дети из бедных семей, которым родители не могли покупать наряды, – или вообще не пойду. Учёбы много, – быстро прибавила я.
Моника ухмыльнулась.
– Ну и правильно. Что такой, как ты, там делать? Всё равно никто из парней тебя не пригласит. Будешь весь вечер стоять в уголке одна-одинёшенька. Лучше уж не ходить, чтобы не позориться, – притворно-жалостливым голосом сказала она.
– Ага, – отозвалась я.
На этот раз Моника удовлетворилась своим триумфом и ушла. Я проводила её долгим взглядом. Как получилось, что сестра меня ненавидит? С родителями понятно, очень часто в семьях младшего ребёнка любят больше, чем старшего. Но чем объяснить такое отношение со стороны сестры я не знала.
Глядя вслед сестре, я не переставала удивляться, насколько же мы разные. Как и по характеру, так и внешне. Я – высокая, стройная, светловолосая и светлокожая, а Моника – коренастая, маленькая, темноволосая и со смуглой кожей. Родителей в нашем детстве это забавляло, они всё гадали, от кого из предков Моника унаследовала такую внешность. В итоге сошлись на прабабушке по материнской линии. Помню, в детстве я смотрела на её портрет и задавалась вопросом, был ли у прабабушки такой же характер. И если да, то почему боги не дали сестре наследственность от какого-то более доброго предка. Тогда наши отношения могли бы сложить иначе, но как вышло, так вышло.
У нас с Моникой маленькая разница в возрасте – меньше двух лет. Поэтому жизнь до её появления я почти не помню. Могу судить только по рассказам родных. Хотя родители почти и не вспоминают о моём детстве, словно до рождения сестры меня и не существовало вовсе. Просто аист подкинул меня им, как бесплатное и ненужное приложение к их любимой дочери.
Я знала, что родители всегда мечтали о двух детях: мальчике и девочке, на крайний случай о двух мальчиках. Поэтому, когда родилась я, они быстро озаботились появлением наследника. И, казалось, преуспели. Всю беременность врачи постоянно твердили маме, что на этот раз обязательно родится мальчик. Поэтому мама и папа были счастливы. Я тогда почти ничего не понимала, но тоже радовалась появлению братика, с которым буду играть.
Что ж, судьба решила всё по-своему.
Мало того что роды у мамы начались раньше срока, так ещё и отец в те дни был в отъезде, а за окном разразилась страшная буря. Из-за непогоды доктор не смог добраться до нас из города. Экономке миссис Стил пришлось бежать за повитухой в ближайшую деревню. Та была на месте и быстро согласилась приехать. Пока она помогала маме, миссис Стил сидела со мной и рассказывала сказки, потому что я очень боялась грозы. К счастью для нашей семьи, у мамы не было никаких осложнений, хоть она и говорит, что почти ничего не помнит. Из моей памяти те события тоже стёрлись, я помнила только, как говорила о плачущем за окном ребёнке, а миссис Стил отвечала, что это ветер. В любом случае, когда на следующий день папа вернулся его ждал сюрприз в виде второй дочери, которую назвали Моникой.
Когда я впервые увидела её в кроватке, то очень обрадовалась, что родился не мальчик, ведь с ним нельзя было играть в куклы и другие девчачьи игры. Помню, я с нетерпением ждала, когда же сестра подрастёт, чтобы мы могли вместе играть. Я даже хотела отдать ей свою самую любимую куклу.
С двумя детьми было сложно, к тому же Моника родилась очень слабенькой и часто болела, хотя беременность у мамы протекала нормально, и врачи утверждали, что ребёнок должен быть здоровым и крепким. Но видимо, докторам верить нельзя. Родители поняли, что не справляются, и наняли няню. Её звали Эдит. Наверное, я надумывала, но именно после её появления в моей жизни началась чёрная полоса, которая не закончилась до сих пор.
Сначала Эдит уговорила родителей отправить меня к бабушке, потому что якобы именно из-за меня Моника так часто болеет. Мне было очень обидно, и, хотя бабушка была доброй женщиной и хорошо заботилась обо мне, я ужасно скучала по родителям и сестре. Поэтому хотела поскорее вернуться домой. Как иронично. Ведь, как выяснилось позже, те два года с бабушкой стали самым счастливым временем моего детства и лучше бы я и дальше жила у неё.
Но меня привезли обратно к родителям. Моника была уже достаточно большой для игр, и я думала, что мы станем лучшими подружками. Правда, вскоре выяснилось, что сестра с самого начала меня невзлюбила. И как бы я ни старалась это исправить, ничего не получалось. И с каждым годом становилось только хуже.
Если у меня появлялась новая вещь – игрушка, книжка, платье – сестра тут же закатывала истерику и требовала, чтобы вещь отдали ей. Родители и особенно няня всегда шли у неё на поводу. Даже если речь шла о туфлях или платье на пару размеров больше.
Так что мне приходилось всё отдавать. Моника забирала вещь, недолго играла с ней, а потом, увидев, что я уже перестала переживать, бросала. А иногда она просто забирала и тут же бросала. Как я поняла потом Монике не нужны были сами вещи, ей важно было именно отобрать что-то у меня, причинить боль, доказать, что родители любят её больше. Очень быстро я перестала привязываться к материальному. Тоже неплохое качество.
В школе я была старательной ученицей, много времени тратила на уроки и получала хорошие оценки. Моника напрягаться не любила. Ей нравилось болтать с подружками, бегать и играть, но при этом сестра не могла вынести, что я учусь лучше неё. Она снова стала закатывать истерики. Ей нужны были такие же оценки. Родители потребовали, чтобы я помогала сестре. На практике это означало, что я училась за двоих и делала двойную домашнюю работу. Если же по какой-то причине Монике ставили оценку ниже моей, то родители меня наказывали, утверждая, что я сделала это специально. Сестра была довольна.
С друзьями та же история. Если я начинала с кем-то общаться, Моника требовала, чтобы я взяла её в свою компанию. Отказать я не могла, иначе родители грозились посадить меня под домашний арест. Я приглашала Монику поиграть с нами, а через какое-то время друзья переставали со мной общаться. В первый раз я списала это на совпадение, но быстро поняла, что сестра рассказывает про меня гадости. Очень скоро одноклассники перестали со мной общаться. У меня остался единственный друг, зато самый верный – Тео. Он видел Монику насквозь и никогда не покупался на её уловки.
Когда в подростковом возрасте мальчики стали обращать внимание на девочек, я заранее знала, что меня ждёт. Если вдруг у меня появится парень, лучше, чем у Моники, то быть скандалу. К счастью, мне никто не был нужен, кроме Тео, а он не относился к категории завидных женихов. Поэтому Моника меня не трогала, наслаждаясь вниманием ухажёров, которых родители регулярно и настойчиво приглашали в гости. Для меня наступила счастливая пора и я надеялась, что чёрная полоса, наконец, закончилась.