Татьяна Терновская – Пекарь в Академии Магии, или Головная боль для ректора (страница 8)

Пока подруги ругались, а я размышляла, как показать Уильяму Дорсету, что он мне совершенно безразличен, мы добрались до портала. Элла активировала его, и мы по очереди перенеслись в здание мэрии.

– Надо сообщить отцу, что мы вернулись, – сказала Элла.

– Думаю, я вам уже не нужна? – спросила я, мечтая поскорее улизнуть от них, – тогда я пойду. Мне давно пора возвращаться в пекарню.

Подружки молча пожали плечами, и я быстрым шагом вышла из комнаты, спустилась по лестнице на первый этаж и покинула здание мэрии. Я действительно собиралась вернуться в пекарню, чтобы оправдаться перед Тётушкой, но сначала хотела заскочить домой.

По сравнению с шумом и суетой столицы наш маленький городок казался сонным и унылым, но мне это нравилось. Его уют и размеренность успокаивали меня. Я медленно прошла по центральной улице, периодически приветствуя знакомых, а затем повернула к дому.

Как же здесь хорошо. Никаких монстров и никакого Уильяма Дорсета, – подумала я, переступая порог, и почти сразу столкнулась с бабушкой. Она стояла в прихожей, уперев руки в бока, и грозно на меня смотрела.

– Ты ничего не хочешь мне объяснить? – спросила она и кивнула на маленький столик для ключей. На нём лежал распечатанный конверт от Королевской Академии Магии. Похоже, мой обман вскрылся раньше, чем я думала. Теперь мне несдобровать!

Я нервно засмеялась, тем самым выдавая своё волнение.

– Пойдём-ка на кухню! – строго велела бабушка.

Я нехотя поплелась за ней. Там мы сели за стол друг напротив друга, словно на допросе в королевской полиции.

– Итак, – начала бабушка, положив руки на стол и сцепив пальцы.

– Понимаешь, так получилось, что мне очень повезло, – неуверенно начала я. Конечно, неплохо было бы прочитать письмо, которое мне прислали из Академии, чтобы знать, насколько сильно мне нужно оправдываться. – Я услышала про вступительный экзамен и решила попытать счастья.

– Но ты ведь не аристократка, – напомнила бабушка, нахмурив лоб.

– В этом году новый ректор поменял правила. Теперь принимают всех, кто сможет доказать свой магический талант, – объяснила я.

Бабушка медленно кивнула, но допрос был ещё не окончен.

– А почему ты не рассказала об этом мне? – недоверчиво спросила она, – да ещё и выдумала дурацкую историю про взорвавшуюся печь!

Я нервно заёрзала на стуле.

– Просто я не была уверена, что смогу поступить, и не хотела вас расстраивать, если провалюсь, – ответила я, – подумала, сдам экзамен и сразу же вам расскажу, но письмо меня опередило.

– Флоренс, – строго произнесла бабушка, заставив меня вжать голову в плечи. Она называла меня полным именем только, если была недовольна. – Хватит юлить! Лучше честно признайся, что решила поступить в Академию, чтобы найти свою мать!

Я виновато опустила голову. Бабушка знала меня всю жизнь и легко раскусила. Отпираться было глупо.

– Да, так и есть, – тихо подтвердила я.

Бабушка покачала головой.

– Зря мы тогда рассказали тебе правду! Лучше бы ты и дальше считала себя нашей внучкой! – сокрушалась бабушка.

Я молчала. Для меня её реакция не стала неожиданностью.

– Почему ты всё время думаешь о плохом? – спросила я, когда бабушка закончила причитать.

– Потому что нормальные женщины не продают своих детей первым встречным! – воскликнула бабушка. Её щёки покраснели. – Неужели не понимаешь, ты была не нужна своей матери тогда, не будешь нужна и сейчас!

Слова бабушки ударили по больному. Мне не хотелось признавать, что родная мать избавилась от меня, как от вещи, поэтому я стала защищаться.

– А вдруг она не хотела так поступать? Её просто вынудили обстоятельства, – упрямо сказала я.

– Допустим, – кивнула бабушка, – но почему тогда за все эти годы она не попыталась связаться с тобой?

– Может, она просто не смогла меня найти? – предположила я, цепляясь за соломинку, – тётя же не назвала ей своего имени и адреса.

– Дорогая, у нас маленький городок, – напомнила бабушка, – при желании найти здесь человека не составит труда.

– Но тётя же переехала в столицу, – возразила я, – может быть, моя мама искала её здесь, а потом сдалась?

Я отчаянно пыталась защитить женщину, которая когда-то меня бросила. Умом я понимала, что бабушка говорила правду и, скорее всего, всё именно так и было. Вероятно, моя мать родила меня вне брака и решила избавиться, чтобы не испортить себе репутацию. Подобные случаи не были редкостью, но моё сердце отказывалось в это верить. Ещё в детстве я придумала себе образ любящей матери, которую жестокая судьба заставила отдать дочь чужим людям, и теперь она очень страдает и надеется снова меня найти.

Я умоляюще посмотрела на бабушку. Я слишком сильно любила её и дедушку, чтобы просто хлопнуть дверью и вопреки их воле уехать в Академию. Мне было важно получить благословение на поиски родителей.

Бабушка тяжело вздохнула.

– Дорогая, я понимаю твои чувства, – сказала она, – но и ты должна знать, что я и дедушка очень переживаем за тебя. Мы не хотим, чтобы тебе было больно. – Взяв небольшую паузу, бабушка продолжила, тщательно подбирая слова. – Возможно, ты права и твоя мать действительно оставила тебя под влиянием чрезвычайных обстоятельств и всю жизнь жалела об этом. Но вероятность этого очень мала. Скорее всего, она просто очередная кукушка, и если ты её найдёшь, то ваша встреча закончится для тебя разбитым сердцем.

Я промолчала. Мне не хотелось верить в подобный исход. Что вместо любящей матери я столкнуть с холодной и безразличной женщиной, которая давно забыла обо мне. Одна мысль об этом причиняла боль. Тут бабушка была права. Но с другой стороны, если я не найду свою мать, то так и не получу ответы на вопросы и всю оставшуюся жизнь буду мучиться, теряясь в догадках. Разве такой исход лучше? Так или иначе, я буду страдать. Но если встречусь с матерью, хотя бы смогу навсегда отпустить прошлое и спокойно жить дальше.

Бабушка терпеливо ждала, что я решу.

– Всё равно я хочу узнать правду, – сказала я, – иначе не успокоюсь.

Бабушка молча кивнула. Видимо, она приняла моё решение.

– Ладно, в конце концов, образование лишним точно не будет, – заметила бабушка, – так что смотри, в первую очередь ты должна усердно учиться! Даже не думай отлынивать!

Где-то я это уже слышала. Бабушка говорила точь-в-точь как Уильям Дорсет. Строило вспомнить о нём и о том, что ближайшие месяцы мне придётся провести в его компании, как настроение тут же испортилось.

– Ты чего это скисла? – спросила бабушка.

– Ректор оказался таким противным типом, – пожаловалась я.

– Это тот красавчик, о котором мечтают все местные девушки? – удивилась бабушка, а затем усмехнулась, – знаешь, когда я впервые встретила своего будущего мужа, тоже была не в восторге. А в итоге мы уже почти пятьдесят лет вместе.

– Бабушка! – возмутилась я, – при чём тут ты и дедушка?! Я говорю о ректоре с мерзким характером!

– Просто напоминаю, что в жизни всякое бывает, – засмеялась она.

Я закатила глаза. Чтобы я пятьдесят лет прожила в одном доме с Уильмом Дорсетом?! Да ни за что! Получу диплом, найду своих родителей и забуду ректора как страшный сон!

– И вообще, чего ты переживаешь? Вряд ли вы будете часто видеться. Если ты, конечно, не станешь регулярно нарушать дисциплину, – сказала бабушка.

– Ага, – протянула я. Очевидно, она была не в курсе, что я поступила на факультет, деканом которого был Уильям Дорсет. Что ж, это к лучшему. Бабушке не нужно знать, что мне предстоит учиться вместе с боевиками.

Интересно, а будут ли ещё девушки на факультете? Должны быть! Не мог же Уильям Дорсет взять только меня. Правда же?

Вдруг я осознала, что почти ничего не знаю не только о факультете боевиков, но и об Академии. Какие там правила? Где я буду жить? Сколько длятся занятия? Какие предметы мне придётся изучать? И ещё десяток вопросов один за другим возникали в моей голове. А спросить не у кого. В нашем городке не было ни одного выпускника Академии.

Как же быть? Нельзя же отправляться туда совсем ничего не зная!

Единственным из моих знакомых (хотя это слишком громкое слово), который мог ответить на все вопросы, был Уильям Дорсет. Но я же не стану ему писать! Или?

Я всё-таки написала ректору. Мне было ужасно неловко спрашивать его о вещах, которые, наверное, знал каждый аристократ в нашем королевстве, но и ехать в Академию неподготовленной не хотелось. В конце концов, Уильям Дорсет был не только ректором, но и деканом моего факультета. Кто, как не он, должен был отвечать на вопросы студентов?

Отправив письмо, я стала готовиться к отъезду в Академию. В первую очередь поговорила с Тётушкой, ведь работать в пекарне я больше не смогу. Для неё эта новость стала шоком.

– Пекарь в Академии магии! – воскликнула она, – никогда бы в такое не поверила, если бы своими глазами не увидела письмо!

Слухи о моём поступлении разнеслись по нашему городку быстрее лесного пожара (спасибо Элле, Белле и Сибелле), но поначалу никто в них не поверил. И чуть ли не ежечасно к нам домой заглядывали друзья, знакомые и знакомые знакомых, чтобы выяснить правду. Бабушке каждый раз приходилось показывать то самое письмо из Академии, так что его впору было поставить в рамочку. Только увидев официальное подтверждение, люди успокаивались и принимались активно меня поздравлять, заставляя чувствовать неловкость. Да, мне удалось попасть на факультет боевой магии, но, как сказал Уильям Дорсет, это был лишь аванс. Если я завалю зимнюю сессию, то с позором отправлюсь домой.