Татьяна Степанова – Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 2 (страница 360)
— Он играл ту же роль, что и Вася. Он не гомосексуалист. Но он согласился за деньги. Ему нужны были деньги. Гене он нравился, он сам выбрал его по Интернету. И спросил меня — приятен ли он. Я сказала — ничего, сойдет.
— Вы знали о том, что Василия Саянова убили?
— Да, Гена сказал, что его застрелили в машине у клуба, где они познакомились. Клуб «Шарада».
— И что, после смерти Саянова в вашей постели появился ваш шофер, так, что ли?
— Так. Я хочу забеременеть.
— Шофер Велиханов вступал с вами в половую связь?
— Да нет же, не со мной. Гена возбуждается таким образом. — Женя говорила все это совершенно бесстрастно.
— И Саянов, и ваш шофер были убиты. Что можете сказать по существу этих фактов?
— Я не знаю. Мы с Геной их не убивали.
— Вы с Геной?
— Я их не убивала. Мой муж тоже не убивал.
— Вы обсуждали это с мужем?
— Мы говорили. Гена очень переживал из-за Васеньки. У них были теплые отношения.
— В вечер убийства вашего шофера где вы находились? — спросила Лиля. — Я вам задавала этот вопрос на первом нашем допросе и задаю снова. Так где?
— Тут, дома.
— Значит, в первый раз вы солгали?
— Получается, что солгала. Я не хотела… я думала, лучше сказать, что я отсутствовала.
— Вы платили шоферу за его секс-услуги?
— Гена платил ему. Но в тот раз Фархад просто привез машину и документы из автосервиса… ну, в ту ночь он был свободен, мы не стали оставлять его.
— А Василию Саянову ваш муж платил?
— Я не знаю. Думаю, что нет, у них же был роман.
— И тем не менее Саянов фотографировал вас и вашего мужа в постели. Он вас не шантажировал этими снимками?
— Нет. Он нас не шантажировал. Я же говорю — у него был роман с моим мужем. И, может, он эти снимки просто на память делал, для себя.
— Для себя он бы сделал снимки, когда он с вашим мужем вдвоем, а он делал снимки, когда вы в постели втроем, — отрезала Лиля. — Это повод для шантажа. Ваш муж — государственный чиновник, сотрудник департамента мэрии.
— Вася нас не шантажировал, — с упорством повторила Женя.
— Может, муж вам об этом не говорил?
— Вы что, хотите сказать, что это Гена его убил?
— Очень вероятная версия. И мотив налицо.
— Гена никого не убивал. И я никого не убивала. Мы хотели зачать своего ребенка!
— Два человека, находившихся с вами в близком контакте, убиты.
— Мне очень жаль.
— Вы кого-нибудь подозреваете? — спросила Лиля.
— Но вы же сами рассматриваете версию о том, что на Фархада у станции могли напасть хулиганы, — ответила Женя. — А Васю убили у ночного клуба, там весь клуб в курсе — так мне муж сказал. Это же такая среда — драки, музыка, молодежь.
Глава 38
Ночные гости
О событиях в Прибрежном Катя узнала позднее. Весь день она просидела дома и успела отдохнуть. А ночью нагрянули незваные гости. Причем такие, каких она никак не ожидала.
Звонок по мобильному.
Катя открыла глаза — темнота. Она в своей постели, и мобильный пищит.
Она нашарила его на тумбочке рядом с кроватью, на дисплее время — 3.40 и «номер не определен».
Кто звонит в такое время? И после того, как прошлой ночью вас попытались убить?
— Алло, кто это? — спросила Катя спросонья.
— Катя, это Герман.
— Кто?
— Герман Дорф.
Катя села в подушках.
— Герман?
— Я номер ваш отыскал в телефоне Данилы. Он тут со мной. Мы у вашего дома. Он дом визуально помнит, но не знает, какой подъезд и код домофона.
— А что случилось? — Катя сползла с кровати.
— Он… в общем, ему плохо.
— А что случилось?
— Его избили на ринге сильно. Подпольный матч. Я хотел его домой везти, но он уперся — нет, к вам домой. А сейчас ему плохо, ему очень плохо. Впустите нас.
Катя похолодела. Что это? Зачем приехал этот Герман Дорф? Правду ли он говорит?
Она подошла к окну — выглянула. Нет, ничего не разглядеть. Если они у самого дома, во дворе она их не увидит.
— Какой код и этаж? Впустите нас, — повторил Герман Дорф настойчиво. — Он хотел, чтобы я его именно к вам отвез, не домой.
И Катя… Она на ватных ногах приблизилась к входной двери. Одна в квартире. А только вчерашней ночью в нее стреляли. И вот… не этот ли Герман Дорф? Не он ли приехал закончить начатое?
Так поступают убийцы? Или они так не поступают?
Первый порыв — отключить связь и тут же позвонить Лиле, но… Порой мы сами с собой впадаем в странное противоречие — одна половина нас кричит и требует: соблюдай осторожность! Это опасность! Это ловушка! Но другая… другая наша половина сгорает от любопытства, трепещет от страха, но тем не менее на осторожность и инстинкт самосохранения плюет.
Катя назвала Герману код домофона, этаж и номер квартиры.
Она прильнула к дверному глазку. Вот стукнул лифт, вот лифт поднялся. Вот они вышли — двое мужчин, один волок другого на себе.
Звонок в дверь.
— Катя, откройте нам!
Как поступить после того, как ты сама впустила их в подъезд? Катя… она все еще колебалась.
Катя звякнула цепочкой и открыла замок.
— Привет, — Герман Дорф тяжело дышал. На его плече повис Данила. Лицо — в пластырях и в крови.