Татьяна Соловьева – Валерия (страница 13)

Судя по беспорядку в коридоре, она сопротивлялась и очень активно. Убийца не мог быть уверен на сто процентов, что сможет ее убить. Она наверняка кричала, звала на помощь, ее могли услышать, соседи могли вызвать милицию. Убийца сильно рисковал. Если бы это было запланированное преступление, совершенное из корысти, из мести или по другой причине, его, наверняка, обставили бы по-другому, более надежно и безопасно. В конце концов, ее могли задушить с помощью какого-либо приспособления.

Нет, Олег был убежден, что убийство было спонтанным, и ему сложно было представить нормального, психически уравновешенного человека, набросившегося на женщину и задушившего ее голыми руками. Это не было ограбление, так как по утверждению мужа убитой, из квартиры ничего не пропало. Кроме того, ему казалось, что он понимает, почему Шабанов-старший нанял частного сыщика и отказался сотрудничать с милицией. Причина, с точки зрения Олега, могла быть только одна: он подозревает в преступлении своего сына. А раз так, значит, у него есть на то основания. Но он не уверен в этом, поэтому и обратился за частной помощью. Он хочет знать это точно, но выдавать сына, похоже, не собирается.

После таких умозаключений, личность Михаила Викторовича Шабанова все больше и больше интересовала Олега, и он с нетерпением ждал назначенного дня, чтобы встретится с ним.

Наступила зима, приближались новогодние праздники, но лишь теперь, почти через полгода после смерти тети, Юра Анисимов начал физически ощущать опустошение и боль из-за ее отсутствия, из-за невозможности увидеть ее и поговорить с ней по душам, как это часто бывало в детстве.

Он съездил на кладбище, немного посидел у могилы со скромным памятником и фотографией, совершенно не похожей на живую Ирину и, замерзнув, медленно побрел к выходу. На глаза его, то ли от чувства утраты то ли от морозного воздуха, навернулись слезы, и он шел по кладбищу, ничего не видя вокруг себя и ни на что не обращая внимания.

В памяти Юры его тетя Ира навсегда осталась молодой, красивой и веселой. Она была младшей сестрой Юриной мамы. Когда он родился, Ире было всего шестнадцать лет, и она всегда общалась с ним на равных, словно была его старшей сестрой, а не теткой.

Ирина, по мнению Юриных родителей, была взбалмошной и ветреной девушкой, хотя хорошо училась и без труда поступила в институт. Она училась на филолога. Что это такое, Юра не очень понимал, а его отец, серьезный и строгий мужчина с военной выправкой и громким голосом, всегда говорил, что Ира занимается дурью. Но для маленького Юры, все, что ассоциировалось с Ирой, было очень веселым, привлекательным и хорошим, даже само слово «дурь» имело в его понимании положительный смысл.

У Иры было много поклонников. Но она ни за кого не хотела выходить замуж.

«Они все глупые», – смеялась она, когда ее спрашивали об очередном кавалере.

Это было радостное и беспечное время, время счастливого Юриного детства, наполненного летними вечерами на даче, бабушкиными блинами с вареньем, велосипедными путешествиями с соседскими мальчишками.

И вот эта замечательная жизнь их семьи оборвалась в одно мгновение. Отец Юры купил автомобиль. По тем временам это было равносильно чуду. Чтобы приобрести машину, нужно было или иметь полезные знакомства в соответствующих инстанциях или проработать на каком-нибудь значимом предприятии много-много лет. Юрин отец работал в организации, которая выполняла оборонные заказы, и руководство часто распределяло автомобили между своими заслуженными сотрудниками. Но относительно молодому инженеру, хотя и очень перспективному, каким был отец Юры, в ближайшем будущем ничего не светило. Поэтому новенький Москвич белоснежно-белого цвета достался пенсионерке Людмиле Ивановне. Однако приобретение машины не принесло пожилой женщине счастья. Сын, для которого она купила машину, поехал отмечать это радостное событие с друзьями. Обмывали они машинку на природе, на берегу озера, и, выпив изрядное количество спиртного, полезли купаться. Что там произошло, так никто толком и не узнал, однако трое из восьми друзей, в том числе и сын Людмилы Ивановны, утонули.

Немного придя в себя, она решила продать машину. Отец Юры оказался единственным на тот момент платежеспособным покупателем, сделка была быстро оформлена и Юрина семья оказалась счастливой обладательницей почти новенького Москвича. В августе, когда в Ленинграде пошли дожди, Юрин отец решил поехать с семьей в Крым. Они быстро собрались в дорогу, и неторопливо проехав через всю европейскую часть страны, за четыре дня добрались до места. Это последнее незабываемое лето, проведенное на Черном море, навсегда осталось в памяти у десятилетнего мальчика. Высокий стройный отец, играющий в волейбол на пляже, красивая загорелая мама в ярко-красном купальнике, купающаяся в пенящихся барашках волн и он сам, весь черный от южного ласкового солнца, неожиданно вытянувшийся и повзрослевший.

– Смотри-ка, как Юрка вырос, – с гордостью глядя на сына, говорил маме отец, – скоро девчонки будут засматриваться.

И вот вся эта сказочная поездка и размеренная счастливая жизнь вдребезги разбилась на обратном пути, когда в их небольшую машинку на огромной скорости врезался грузовик. Как потом установило следствие, водитель грузовика был сильно пьян и даже не заметил легковушку, размеренно и неторопливо ехавшую ему навстречу. Отец умер мгновенно, успев среагировать и развернуть машину, подставив себя под удар. Мама прожила две недели, и умерла в больнице, так и не придя в сознание. За жизнь Юры, который пострадал меньше всех, потому что спал на заднем сиденье, врачи боролись почти месяц. От удара он вылетел из машины, получив сотрясение мозга и множество переломов. Ира, сразу повзрослев, фактически заменила мальчику мать. Она не отходила от его постели, пока он находился в больнице, приносила лекарства, фрукты и сладости. От выздоравливающего Юры долго скрывали гибель родителей, боялись за его здоровье.

Юра плохо помнил тот, самый страшный день в его жизни. Ира сидела на краешке кровати, гладила его по голове и плакала.

– Ты уже большой и совсем взрослый, – сквозь слезы говорила она племяннику, – и больше нельзя скрывать от тебя правду. Мамы и папы больше нет, мы с тобой теперь одни, и должны заботиться о бабушке.

Немного помолчав и посмотрев на реакцию Юры, который, похоже, пока не осознал Ириных слов, она продолжала.

– Бабушка совсем больна, у нее инфаркт, и она тоже в больнице, – грустно сказала она.

Когда Юру наконец-то выписали, была уже поздняя осень. В свою квартиру он не вернулся, а переехал к Ире. Ему приходилось ухаживать за бабушкой, которая стала совсем слабой и беспомощной. Ира много работала, чтобы обеспечить семью и домой приходила лишь ночевать. Юра ходил в магазин, готовил еду, кормил бабушку, мыл посуду и делал уборку в квартире. Учился он не очень хорошо, может быть из-за того, что времени для того, чтобы приготовить домашнее задание, у него совсем не было. Но учителя его жалели и, понимая ситуацию, ставили не вполне заслуженные четверки напополам с тройками.

Шло время, которое, как известно, лечит. Не старая еще бабушка все же сумела оправиться от тяжелого удара и, пройдя несколько курсов лечения и побывав в кардиологических санаториях, стала чувствовать себя намного лучше. Постепенно она начала выходить из дома, общаться с соседями, ходить в магазины и взяла на себя часть домашней работы. Ирине удалось устроиться на хорошо оплачиваемую работу, которая находилась совсем недалеко от дома и жизнь их небольшой семьи постепенно стала налаживаться. У Юры появилось больше свободного времени, Ира вечерами много занималась с ним, помогая с уроками, и к концу восьмого класса Юра стал одним из лучших учеников. Он унаследовал от отца логический ум, стремление к систематизации и порядку, а от матери и тети интерес к филологии, истории и другим гуманитарным наукам.

Юре было всего шестнадцать лет, когда он впервые влюбился. Ее он увидел в парке, она медленно шла по дорожке в компании других девушек, и от ее плавной походки, от медленного грациозного поворота головы, от мимолетного взгляда, которым она лишь скользнула по его лицу, у него внутри все перевернулось. Он ничего не мог поделать с собой, он шел за ней, словно привязанный, одновременно желая и боясь попасться ей на глаза. Она была похожа на Сикстинскую мадонну с картины Рафаэля, только взгляд ее был более смелый и уверенный, а улыбка веселой и жизнерадостной.

Он так и шел сзади до тех пор, пока девушки не заметили его, и, к его счастью и удивлению, сами познакомились с ним. Им, очевидно, было скучно, а Юра, несмотря на свой юный возраст, был высоким и симпатичным парнем. Потом они все вместе, одной большой компанией, нагулявшись, вернулись в город. Ему удалось узнать, в каком они учатся институте, и он, галантно проводив подруг до станции метро, ушел, не став навязывать им дальнейшее знакомство. Он, конечно, понимал, что вряд ли сможет привлечь внимание красивой и уверенной в себе девушки, к тому же старше его на целых четыре года, но не видеть ее он не мог. Два раза в неделю он приходил к входу института, где она училась, и, спрятавшись за углом соседнего дома, ждал, когда она пройдет мимо. Затем он шел за ней до метро, и, довольный, уезжал. Как-то раз он решил поехать за ней до ее дома, чтобы узнать, где она живет. Но на этот раз он был не очень осторожен, и девушка заметила и узнала его.