Татьяна Солодкова – Мёртвый сезон в раю (страница 6)

– Подвинешься?

Услышав этот голос, Эль зажмурилась крепко-крепко, до рези в глазах. Однако Линден так и стоял неподалеку, ожидая ее ответа и явно не собираясь уходить. Она не поднимала головы, поэтому не видела его – только чувствовала. А еще знала: он все равно не уйдет.

Элинор с шумом втянула в себя влажный воздух оранжереи.

– Дай мне минуту, – попросила хрипло. Поняла, как прозвучал ее голос, и откашлялась. – Я сейчас.

– Без проблем, – откликнулся Айрторн и действительно отошел.

А Эль еще раз вздохнула, подняла голову и принялась вытирать лицо – чем было: сперва собственными руками, а затем уже и без того испорченным слезами подолом платья. К мокрым пятнам добавились разводы от туши – черт ее дернул накрасить сегодня ресницы!

Должно быть, она сейчас и правда представляла собой жалкое зрелище. Но бежать, чтобы Линден не увидел ее распухшего от слез лица, перемазанных тушью щек и покрасневшего кончика носа, было бы глупо. Кто-кто, а он видел ее любой.

Не его вина, что не увидел той, кем она мечтала.

– Я готова, – не оборачиваясь, позвала Эль и, копируя мать, похлопала по валуну рядом с собой.

Айрторн не заставил себя долго ждать: тут же уселся рядом, подобрав под себя ноги.

Однако заводить разговор не спешил, просто сидел и молчал. Но от этого становилось хорошо и спокойно – он всегда на нее так действовал.

– Прости меня, – наконец прервал молчание Линден, видимо, устав любоваться фикусами.

Эль горько усмехнулась, дернула плечом.

– За что? За то, что меня не любишь? – Смотрела при этом исключительно на фикусы.

Линден тоже усмехнулся, только вовсе не горько.

– За то, что заранее не предупредил, дурында. – А потом и вовсе притянул ее к себе одной рукой, а второй бессовестно взъерошил ей волосы на макушке. – Люблю я тебя, маленькая заноза, ты же знаешь.

– Эй! – Эль дернулась, попыталась вырваться. Но не тут-то было, этот дуралей держал крепко. – Ну ладно… – пропыхтела она, начав отбиваться уже всерьез.

Он хохотал и уворачивался.

Через минуту засмеялась и Элинор.

– Все? – мягко спросил Линден, все еще ее удерживая.

– Все, – буркнула Эль, силясь выровнять дыхание. Он выпустил тут же. – Придурок, ты вывихнул мне шею! – Она потерла ладонью больное место – кажется, и правда потянула мышцу, идущую от плеча к затылку.

– А ты своими острыми локтями отбила мне ребра, – весело отозвался Айрторн.

Глядите-ка, покалечила, как же.

Эль фыркнула.

– И поделом!

Линден же снова усмехнулся, прищурился, склонив голову набок и теперь глядя на нее в упор.

– За то, что собираюсь жениться?

– За то, что придурок! – рявкнула Эль, воинственно уперев руку в бок.

Он рассмеялся, и Элинор откровенно засмотрелась. Однако быстро взяла себя в руки и отвернулась. Снова обняла свои колени, но уже без прежнего напряжения.

– Какая она? – спросила, когда молчание затянулось.

Айрторн хмыкнул, задумался.

– Сложная, – наконец определился с ответом.

Элинор возмущенно вскинула к нему глаза.

– Ты совсем обнаглел? Я, что ли, простая?

Но Линден и не думал пугаться ее напускного гнева, только скорчил рожицу.

– Ты – понятная, – пояснил, когда она закатила глаза в ответ на его жест. – Для меня – понятная.

– Пф-ф, – из вредности отозвалась Эль.

– Ты писалась в кровать на моих глазах! – возмутился Айрторн. – Чего ты от меня хочешь?

И правда. Насчет «на глазах» Элинор не помнила, а вот как однажды, в пять или шесть лет, увидев ночной кошмар и описавшись от страха, по какой-то причине не побежала к матери и не позвала служанку, а кинулась к Линдену, в памяти отложилось прекрасно. Вот уж вышел сюрприз так сюрприз.

Эль не сдержалась и прыснула.

Айрторн поддержал ее смех.

– Мир? – спросил, когда они оба отсмеялись.

И ее ответ был для него по-настоящему важен, она видела. По глазам.

Элинор улыбнулась и ответила совершенно искренне:

– Мир.

Конечно мир. Потерять его окончательно из-за собственного эгоизма она была категорически не готова.

Кажется, Линден выдохнул с облегчением.

Обнял ее, поцеловал куда-то в висок – по-братски.

– Люблю тебя, моя мелкая пиявка. – Он звал ее так с детства, потому что маленькая Эль действительно порой вцеплялась в него мертвой хваткой и не давала прохода.

– И я люблю тебя, – прошептала она, зажмурившись и тайком наслаждаясь теплом его объятий. – Будь счастлив.

Глава 8

– Это что за бал-маскарад? – иронично поинтересовался отец, когда на следующий день Элинор вошла в его рабочий кабинет в Гильдии магов. Прошелся по дочери взглядом с головы до пят и, вздохнув, подпер голову кулаком, показывая, что никуда не спешит и внимательно ее слушает.

Эль же вспыхнула, вскинула подбородок.

– Это не маскарадный костюм. Это рабочая форма. Или ты предпочитаешь, чтобы я продолжила бегать по крышам в платье?

И даже притопнула ногой в высоком сапоге на плоской подошве. Мол, смотри, папа, и привыкай к новому образу дочки.

А образ и правда был новым. Прежде Элинор носила брюки только при прогулках верхом. Подобную обувь – тоже. Но она же теперь сотрудник гильдии, хоть и в наказание, хоть и недобровольно, пусть и временно, но все же сотрудник. Поэтому долой юбки, каблуки, красивую укладку волос. Теперь она – гильдеец. А значит, брюки, заправленные в высокие сапоги, простая рубашка, черный безликий плащ и волосы, стянутые в тугую косу.

Мало того, с утра она даже стерла с ногтей цветное покрытие и подстригла их под самый корень. Никакой изнеженной аристократки, заботящейся о своей внешности, – новая жизнь так новая жизнь.

У разглядывающего ее лорда Викандера дернулся уголок губ, как если бы он хотел рассмеяться, но сдержался, чтобы не обидеть.

– Похвальное рвение, – произнес он нейтральное и жестом указал на стул для посетителей с обратной стороны своего стола. – Это же не все, я полагаю?

Теперь он смотрел ей строго в глаза. Все, тема одежды исчерпана и закрыта, он удивился преображению дочери, и только – ее выбор, ее решение. Что же касается того, что она заявилась в его кабинет без приглашения не просто для того, чтобы показать новый наряд, он не ошибся.

Элинор выдохнула, как перед прыжком в холодную воду, и, чеканя шаг, направилась к предложенному месту. Опустилась на сиденье – идеально прямая спина, руки, сложенные на коленях, приподнятый подбородок.

Лорд Викандер заинтересованно изогнул бровь, но от комментариев воздержался – ждал.

Эль прочистила горло.

– Я полностью согласна с тобой, что должна расплатиться с городом и поэтому работать, а не отдыхать на каникулах…

– Та-а-ак, – протянул отец, едва заметно поморщившись – уже догадался, что ее последующие слова ему не понравятся.