Татьяна Солодкова – Мёртвый сезон в раю (страница 8)
– Та-а-ак, – поощрительно протянул целитель. – Что-то еще?
Грег таки закатил глаза. Неужели он сам так разговаривал со своими пациентами и… бесил их не меньше?
Грегори проглотил готовое вырваться грубыми словами раздражение и потер ладонями лицо, послушно вспоминая.
– А на этом лугу…
– Луг? Вы же сказали: поляна?
Интересно, тот услышал, как он скрипнул зубами?
Спокойно, спокойно, это его работа. Коллега, как-никак. Хоть и бывший.
И все же Грег не сдержался:
– Поляна, луг… Вы, что ли, ценитель? Какая разница? Откуда я знаю?!
– В… хм… масштабе, – с запинкой таки уточнил собеседник.
В масштабе бедствия, он хотел сказать?
Грегори мотнул головой, не желая углубляться в эти самые масштабы, и сбросил ноги с койки. Тело слушалось плохо и все еще ощущалось наполовину деревянным, как всегда бывает после погружения в глубокий транс.
– Хм-м, – снова протянул целитель Бирн. – Так что вы увидели на этом лугу, Грегори?
Прекрасно, теперь с ним говорят как с умалишенным. Хотя бы с небуйным, и на том спасибо.
Грег дернул плечом и потянулся к брошенным на полу ботинкам.
– Фей.
– Фей?! – Брови старика-целителя взлетели к волосам. Нет, не заслужил он памятник в свою честь. Что за бестактность, в самом-то деле?
– Фей, – твердо повторил Грегори, теперь не глядя на собеседника и натягивая на себя обувь. – Ну, знаете, такое… полубаба-полуптица. С хоботком.
Второй ботинок уже занял свое место на правой ноге, а ответа на последнее откровение так и не последовало. Пришлось поднимать взгляд. Бирн смотрел… недобро.
Грег поморщился.
– И что делали эти… хм… полу… хм… бабы?
Что-то подсказывало, что ответ «жрали нектар» целителю не понравится. Поэтому Грегори выбрал более нейтральную и вежливую формулировку:
– Обедали.
Взгляд Бирна не стал добрее. Да и черт с ним.
Грег спрыгнул с совершенно неоправданно высокой койки. Комната не закружилась, ноги не подогнулись – успех во всей красе.
– А потом?
А потом цветочное море поглотило море огня. С соответствующими картинке запахами и звуками. Все, ставьте уже диагноз «неадекватен» и отправляйте в дом призрения…
– Потом вы меня разбудили, – спокойно ответил Грегори и даже выдавил из себя улыбку.
– Вы кричали.
А еще взмок, как будто попал под ливень – он с отвращением передернул плечами в еще влажной рубашке, – и вообще чуть не обделался от страха. Всего-то.
– Не знаю. Не помню.
Бирн продолжил сверлить его своими бледно-голубыми, будто водянистыми глазами, но Грег стоял на своем. Нужно посещать целителя раз в месяц – пожалуйста. В остальном – оставьте его в покое.
Старик – белый маг скорбно вздохнул и отправился к столу выписывать рецепт.
Грегори проводил взглядом его широкую спину в серой хламиде. Сам он никогда не носил такие «мешки». Мода на них среди белых магов прошла лет двадцать назад, но такие старики, как Бирн, не желали мириться с переменами.
Впрочем, как и принимать новые методы лечения.
В столице прогресс был налицо, а тут, на чертовой окраине королевства, время будто вообще остановилось. Когда Грег приехал сюда в прошлом году, то даже глазам не поверил. А когда наведался в местный лазарет, и вовсе едва не начал истерически хохотать.
У них в столичном госпитале все было иначе…
– Вот, возьмите, Грегори. – Белый маг наконец-то заполнил рецепт и, вновь поднявшись из-за стола, шагнул вперед и протянул ему листок. – Выполняйте все инструкции, и жду вас у себя в следующем месяце.
Грег оторвался от стены, к которой успел привалиться плечом во время ожидания.
– Обязательно, – клятвенно пообещал он и, забрав бумагу, двинулся к выходу. – Всего доброго.
– Не отчаивайтесь! – окрик-напутствие нагнал его уже на пороге.
Грегори не обернулся, только заиндевел спиной.
– Обязательно, – повторил еще раз и наконец шагнул в жаркий полдень.
Щурясь от южного солнца, к жару и яркости которого так и не привык за целый год, Грег завернул за угол, где уже без опасности быть пойманным с поличным смял только что выписанный ему рецепт и выбросил его в притаившееся в тени у стены мусорное ведро.
Он и так знал, что там было написано: эти травки утром, эти в обед, эти – на ночь. А еще извечная запись в графе «Диагноз»: «Сожжение резерва, лишение магических способностей». И, как всегда, свежая приписка после очередного визита: «Результат отсутствует. Резерв не реагирует».
Будто бы он сам всего этого не знал…
Глава 10
– О, какие люди!
После жаркой улицы войти в прохладное помещение было радостью. Едва переступив порог, Грегори с облегчением повел плечами и с удовольствием проморгался. Чертово южное солнце. Какой дурак решил, что пекло юга – самое место для выздоровления того, кто чуть не сгорел заживо?
Впрочем, вопрос риторический: имя того, кто подписал тот идиотский указ о его переводе, было известно каждому магу в Реонерии…
Снова передернув плечами, на сей раз отбрасывая от себя все лишнее, Грег скорчил гримасу, отвечая на приветствие коллеги.
– Вообще-то, я тут работаю.
Из-за открытой створки расположенного на полу невысокого шкафа высунулось веснушчатое лицо, обрамленное облаком огненно-рыжих волос, но только затем, чтобы насмешливо вздернуть и без того от природы вздернутый нос еще выше и хитро прищурить глаз.
– А вот некоторые так не считают, – хмыкнул Найлз и снова спрятался за створкой, увлеченно застучав какими-то склянками.
Грегори устало вздохнул и, сняв с вешалки рабочий халат, отодвинул ногой какого-то черта брошенное посреди помещения пустое ведро, направился к боковому столику за перчатками.
– Что, Корлин заходил? – уточнил понимающе.
– О да-а, – с чувством раздалось из недр шкафа. Склянки застучали громче.
Грег прищурился, прикидывая, что можно там так долго делать, и пришел к неутешительным выводам: естественно, изображать бурную деятельность и отлынивать от работы.
– У нас труп? – задал следующий вопрос, впрочем, уже не сомневаясь в том, что угадал и на этот раз.
Прим – он такой. Здесь редко случается что-либо, выходящее за рамки привычного. Начальник просыпается не в духе и начинает с самого утра шерстить все подразделения на предмет лентяев и опоздавших и, только слив желчь на окружающих, убирается восвояси – в свой рабочий кабинет с мягким кожаным креслом и бутылкой чего-нибудь ядреного в нижнем ящике стола. Найлз, второй работник морга, неплохо пишет отчеты и лебезит перед тем самым начальником (кто-то ведь должен, не Грег же). А вот если начинает прятаться, делая вид, что чем-то безумно занят, значит, жди беды, вернее, свежего трупа. А может, и несвежего – как повезет. Но это тоже в рамках привычного: разгар купального сезона – хоть бери сеть и вытаскивай этих отдыхающих.
– Как ты узнал? – Вновь высунувшееся из-за створки лицо уставилось на него круглыми от удивления глазами.
Грег дернул плечом.
– Угадал. – Натянул вторую перчатку и направился к ширме. – Да вылезай ты уже, – бросил, не оборачиваясь. – Сейчас все сделаю. – За спиной зазвенело, а несчастная створка протяжно скрипнула. – Не разбей нам последнюю тару…
Его голос заглушили звон бьющегося стекла и оханье опять не совладавшего со своей координацией движений коллеги.
– Что ты сказал?!