Татьяна Солодкова – Ловя момент (страница 5)

– Привет передавай. – Нагло улыбаюсь.

Рикардо возмущенно сверкает глазами: то, что у старшего Тайлера тоже есть чувства, тайна за семью печатями.

Морган возвращается с полной тарелкой ароматных спагетти, ставит на стол перед гостем и занимает свое место. Дядя перестает прожигать меня взглядом, пробует угощение, с наслаждением закатывает глаза – это ему не опостылевшая ресторанная еда. Надо бы посоветовать Морган поделиться с Луизой парой рецептов.

Так молча и доедаем свои порции. Когда тарелка опустошена, Рикардо откидывается на спинку стула и устремляет на Морган убийственный взгляд.

– Ты правда решила отпустить его на Землю?

План сработал – на сытый желудок дядя по крайней мере не кричит.

Миранда выдерживает взгляд, отбивает своим.

– А почему бы и нет?

Обожаю Морган. Со стороны выглядит так, будто это ее решение. И это не она несколько дней назад готова была встать грудью в проходе, чтобы не пустить меня в опасное, по ее мнению, путешествие.

– Потому что это Земля, – отчеканивает дядя. – Оплот самомнения и ненависти к инопланетникам.

– Время идет, – возражает Миранда, – времена меняются.

– Сказки мне не рассказывай, – скрипит зубами Рикардо. – Я не хочу потерять племянника.

Звучит так, будто я собрался на войну.

– Да кому я там нужен? – вмешиваюсь. – Дедушка уверяет, что предубеждение по отношению к лондорцам давно в прошлом.

Дядя пораженно моргает.

– Дедушка?! – переспрашивает. Поворачивается к Морган, ища подтверждения, что не ослышался.

Миранда пожимает плечами, мол, не к ней вопрос.

Рикардо несколько секунд переводит взгляд с меня на нее и обратно. Повторяю жест приемной матери. Дедушка и дедушка, и почему всем так важно, как я зову родителей Морган?

Повисает молчание.

– Только если я отправлю с тобой охрану, – выдает в итоге дядя, сдавая позиции, так как остался в меньшинстве.

Очень смешно. А еще можно надеть скафандр и не снимать его все время пребывания на планете – вдруг земная пылинка упадет.

– Твою вооруженную охрану никто не пропустит, – напоминаю. – Не дрейфь, ничего со мной не будет.

Дядя снова поворачивается к Морган, ища поддержки. Но опять не находит. Сегодня явно мой день.

– Рикардо, – терпеливо произносит Миранда, – я тоже была от этой идеи не в восторге, но Лаки уже взрослый. Мы не можем опекать его всю жизнь. Вспомни Александра. Разве его мог кто-то остановить, когда что-то приходило ему в голову?

Упоминание о погибшем брате попадает в цель. Рикардо опускает глаза, потом снова поднимает и на этот раз смотрит на меня. Я очень похож на отца, который умер, не дожив и до тридцати. Честно говоря, я вообще его копия, только у меня светлые волосы и глаза – наследство от бросившей меня в младенчестве матери.

Да уж, пожалуй, Лэсли прав, по трагедиям моей семьи и правда можно писать не одну курсовую работу.

Мне не по себе. Когда дядя кричит, это ничего и даже весело. А когда он смотрит на меня, видит папу, и у него на лице читается чувство вины – хуже некуда.

Закатываю глаза.

– Давайте перестанем меня с ним сравнивать, – прошу. – Я собираюсь дожить до старости и нарожать вам кучу внуков.

Морган смеется.

– Сам и будешь рожать?

– Нет, ну есть же пределы моим талантам, – смеюсь в ответ.

Рикардо бросает взгляд из-под нахмуренных бровей по очереди на нас обоих, потом скрещивает руки на груди и безапелляционно выдает:

– Но я лично потребую от твоего «дедушки» обеспечить тебя охраной. И чтобы глаз с тебя не спускали.

– Поддерживаю, – соглашается Миранда.

Расплываюсь в победной улыбке.

Я лечу на Землю!

Глава 3

Морган обходит меня по кругу. Хмыкает, хмурится. Не хочет отпускать, ясное дело.

Стою в холле нашего дома с сумкой у ног и жду, когда же она наконец меня выпустит.

Миранда и Рикадро любят меня и волнуются за мою безопасность, но когда их волнение превращается в маниакальное желание не отпускать меня дальше чем на километр от дома – увольте.

Мне душно на Лондоре. Выпустите меня!

– Морган, я опоздаю на рейс, – напоминаю мягко. Меня не будет два месяца, поэтому хамить и расставаться на скандальной ноте не хочу.

– Знаю, – вздыхает, становится прямо передо мной, кладет ладони на плечи. – Ты обещаешь быть осторожен?

Я вымахал выше нее, поэтому ей приходится смотреть на меня снизу вверх. Раньше она точно так же собирала меня в школу, вот только тогда я был ростом ей по пояс.

Поднимаю правую руку ладонью от себя, как на присяге.

– Обещаю, – торжественно не получается, смеюсь и добавляю уже совсем несерьезно: – И прочее, и прочее…

– Лаки, – предупреждающе.

– Морган. – Так и живем. Характер на характер и все такое. – Миранда, ну, серьезно, со мной все будет в порядке, – заверяю.

Главная проблема в том, что межпланетные онлайн-звонки до сих пор не изобрели, хотя над этой задачей бьется не одно поколение. Как сохранить сигнал при переходе через гиперпространственное «окно» – вопрос по-прежнему не решенный. Остается только слать письма (текстовые и видео), которые, естественно, приходят с задержкой. Так что, если со мной что-нибудь произойдет, семья узнает об этом в лучшем случае через пару дней, и это никак не способствует их спокойствию. Господи, мне уже не пять лет!

В прошлом году я провел лето на Альфа Крите, и вырваться туда было гораздо проще хотя бы потому, что дядя снарядил со мной троих спецназовцев, которые глаз с меня не спускали. Словом, тот еще «отдых» выдался. То, что на Землю не пускают без специального приглашения – просто подарок небес.

– Буду жив-здоров, – клятвенно обещаю, выворачиваясь из ее рук и вешаю сумку на плечо. – И буду писать тебе каждый день и слать фото.

– И прочее, и прочее, – передразнивает Миранда. Натягивает на лицо вымученную улыбку, но глаза тревожные, будто в бой провожает.

– Ну, Морган. – Ободряющее подмигиваю, а потом крепко обнимаю. – Не дрейфь.

Наконец мой позитив находит отклик, Морган улыбается чуть менее напряженно и провожает до двери. Она хотела поехать со мной на космодром, но сегодня очередной тур экзаменов в ЛЛА, и присутствие старшего инструктора обязательно. Мы, конечно же, поспорили и об этом, но мне таки удалось убедить Миранду, что заставлять ждать сотни студентов из-за одного меня – не вариант.

Выхожу, направляюсь к флайеру. Рикардо прислал бронированный, с водителем и дополнительным охранником. На меня уже как девять месяцев ни одного покушения, но дядя продолжает осторожничать.

– Привет, Билли Боб, – машу рукой здоровенному детине, подпирающему плечом серебристый бок флайера. – Как жизнь?

Билли Боб не очень-то общительный. Ему бы шеи сворачивать, а не болтать (это его личное заявление). В прошлом году после неудавшегося покушения мы с ним напились, и он в кои-то веки разоткровенничался. К слову, с тех пор он меня избегает, боится, что сболтнул кое-что лишнее. Можно подумать, кого-то волнует, что он живет вдвоем с любимой кошкой и печет по выходным пироги.

– Будет прекрасно, как только посажу тебя на рейс без происшествий, – отвечает хмуро.

– Еще и премию выпишут? – хмыкаю понимающе.

– Мистер Тайлер слов на ветер не бросает, – важно кивает охранник, подтверждая мою догадку. Включает радио, давая понять, что разговор окончен.

Пожимаю плечами, вручаю Билли Бобу сумку и сажусь на заднее сиденье. Я бы, конечно, с удовольствием сел на переднее или даже за руль, но кто меня туда пустит? Сзади броня толще, стены мягче, а подушки безопасности… безопаснее.

От этих мыслей желание смыться с Лондора еще сильнее.

***

– Привет! – Лэсли встречает на входе в космопорт, пожимаем руки.