Татьяна Снимщикова – Дыши со мной (страница 27)

– Как ты? – послышался тихий голос.

Слава скосила глаза вбок и увидела на краешке бескрайней кровати Юрия. Он лежал в тех же джинсах и рубашке, что был и вчера.

– Жива, – ответила она, удивляясь тому, что не орёт от боли. То ли поза оказалась удобной, то ли действовали лекарства, но страдания уменьшились на треть. По-прежнему шею, плечо и лопатку стягивала мёртвая петля, но на стенку лезть не хотелось.

– Это хорошо. Я сейчас встану. Надеюсь, матрас оправдает свою цену и не пойдёт волнами, – с величайшей осторожностью Юрий оторвал плечи от подушки и сполз на пол. Матрас мужественно держал марку и не шелохнулся. – Укол через полчаса. Терпи. Мы и так все дозировки нарушили.

– Спасибо тебе, – смущённо ответила Слава. Ей стало неловко от того, что навязалась человеку, поселилась у него дома, посягнула на кровать и подарила незабываемую выматывающую ночь. – Ты спас меня.

– На то и нужны друзья, – ответил он, роясь в огромной сумке. Наконец, он вытянул из неё чистые джинсы и футболку. – Извини. Я быстро.

Он поспешно вышел из комнаты и заперся в ванной. Ему срочно требовалась бодрость духа, потому что глаза слипались. Тело ощущало усталость точно такую же, как после тяжёлого дежурства. Вспомнив о работе, Юрий взбодрился молниеносно.

– Ещё успею, – решил он, добривая лицо.

Время ускорилось. Меньше чем за час мужчина успел собраться, заварить чай, приготовить омлет, накормить немощную гостью, а заодно и в себя как в топку закинуть еду. Последним по плану был укол.

– Я сгоняю до работы. Напишу заявление на отгул. Надеюсь, что быстро. Будь на связи, но лучше спи. Тебя здесь никто не побеспокоит, – давал наставления Юрий, пока завязывал шнурки на кроссовках. – Объяснять тебе, как себя вести, не буду. Сама всё знаешь. Главное правило?

– Не навреди, – отчеканила Слава.

– Умница. Придерживайся его. Всё. Я ушёл.

Хлопнула дверь, и в квартире стало тихо. Первой мыслью, несмотря на предостережения, было вскочить и прогуляться по комнатам. Вторая мысль охладила порыв в момент, когда голова начала отрываться от подушки. В глазах мгновенно вспыхнули звёздочки. Во избежание ухудшения состояния, Слава смирилась с постельным режимом. Уставший от боли и переживаний организм провалился в сон, и на этот раз настоящий, глубокий, потому что завершился он привычным кошмаром.

– Эй-эй, тихо. Спокойно. Всё хорошо. Слава, спокойно, – гудел мужской голос сквозь крик.

До сознания медленно доходило, что рядом кто-то есть. От этого видение из прошлого начало рассеиваться, рассыпаясь на звенящие осколки.

– С тобой не соскучишься, подруга, – укоризненно прозвучал всё тот же голос.

– М-м-м, – невразумительно промычала Слава, вырываясь окончательно из плена кошмара.

– Вот-вот, м-м-м, – передразнил Юрий. Пронзительный крик произвёл на него неизгладимое впечатление, прибив к полу на пару минут. Когда он вернулся, девушка спала. Узрев в этом знак свыше, мужчина прикрыл дверь в гостевую спальню и занялся домашними делами. В соседней комнате он принялся разбирать упакованные вещи и размещать их в гардеробе. В целом уютная хозяйская спальня была готова. В ней царил минимализм с элементами современного дизайна. Юрию нравилась модульная мебель, которую можно было легко менять местами, обновляя пространство. Для себя он выбирал спокойные тона без ярких вставок. Впечатлений ему хватало и на работе. Дома хотелось отдыхать душой. Именно в тот момент, когда полка легла в свои пазы, раздался оглушительный, леденящий кровь крик. Скинув оцепенение, мужчина перебежал в соседнюю комнату и успел поймать летящую на пол Славу. Он упал вместе с ней на кровать, моля Бога, чтобы девушка перестала орать.

– Очнулась? – спросил он, всё ещё удерживая её рядом с собой и надеясь, что та не успела себе навредить.

– Я орала? – шепнула Слава, открывая глаза и упираясь взглядом в мужскую грудь.

– Как сирена, – подтвердил он, и чуть сильнее сжал руки, почувствовав, её попытку дёрнуться. – Давно практикуешь?

– Стаж приличный. Ты меня обнимаешь, друг? – чуть запнувшись, произнесла она.

– Со всем усердием. Как-то не хочется пускать всё лечение насмарку. Как твоя шея?

– Терпимо. Завтра съеду. Ты был прав. Доделаю дела и поеду к родителям. Поживу у них. С тобой хорошо, но…

– Вот и правильно. Поезжай. Моё предложение в силе. Отвезу, если захочешь, – согласился Юрий, ощущая её дыхание на груди. Больше всего ему хотелось, чтобы она осталась в его квартире, принимала его заботу и нуждалась в нём, но пока было достаточно доверия. – Какие дела? Помощь нужна?

– Пока не знаю. Завтра принимаю работу у мастеров по благоустройству на кладбище. Если всё нормально, плачу деньги и свободна, – ответила Слава, греясь в объятиях, потеряв всякий стыд. Ей было уютно. От тепла плечо и шея расслаблялись, наступал покой. Отголоски сна не мучали, как обычно. – Ты – целитель.

– Угу. Ужинать будем?

– Ужинать? Уже вечер? – встрепенулась она, неосторожно задрав голову, и тут же поплатилась болью.

– Уже, да. Не делай резких движений, а то накажу, – прошептал Юрий. В его глазах блеснул опасный огонёк.

– Садо-мазо? – Слава подняла одну бровь и подозрительно посмотрела на уставшее, но привлекательное лицо мужчины. Она уже и забыла, каково это ощущать так близко другого человека, вдыхать запах его кожи, слушать, как бьётся сердце, дышать в унисон. Сердце пропустило пару ударов.

– Почти. Привяжу к кровати и буду кормить с ложечки, – его губы шептали в опасной близости от её губ.

– Это извращение, – улыбнулась она и позволила себя поцеловать. Получилось сладко до лёгкой истомы. Его губы оказались необыкновенно мягкими, чувственными, ласковыми. Они обволакивали, вдыхали жизнь в изнурённое страданиями тело. Объятия стали чуть крепче. – Отличное лекарство. Выпиши мне рецепт.

– Можно принимать в любое время. Дозировка не имеет значения, – произнёс он, чуть отстраняясь. Ему было мало. Он жаждал обладать ею, любить, привязывать к себе. – С перерывами на ужин, уколы и сон.

– Соблазнительно. Гарантируешь выздоровление? – спросила Слава, имея в виду излечение от кошмаров и прошлой жизни, в которой уже ничего нельзя исправить. Она знала, что рано или поздно Юрий поцелует её, потому что всё к этому и шло. Его отношение с первого дня меньше всего напоминало дружбу. Влечение – да, но не дружбу.

– Увы, в сердечных делах гарантии дать сложно, но мы сделаем всё возможное, – нежно произнёс он, лаская взглядом. – Укол или ужин?

– Укол, потом ужин, – вздохнула она, поняв, что продолжения чудесного поцелуя не случится.

– Правильное решение.

Расцепив объятия, Юрий отстранился и помог устроиться на кровати в одиночестве. Неприятный холод вызвал дрожь, но девушка промолчала. В душе родилось стеснение, похожее на стыд. Ей казалось, что она предлагает себя, лишь бы найти средство от вечной боли потери, забыться. Чувствительный укол напомнил о том, что за всё в жизни надо платить.

– Полежи немного, – виновато сказал Юрий, закутывая девушку в одеяло. – Станет легче. Макароны будешь?

– Буду, – буркнула Слава.

– Хорошая девочка.

Вечер прошёл спокойно и по-семейному тихо. О поцелуе вслух никто не вспоминал, но оба думали о нём и той неге, что захватила в плен. Слава с облегчением поняла, что может передвигаться самостоятельно и пользоваться правой рукой, спокойно держать вилку и чистить зубы зубной щёткой. Вчера и это выглядело подвигом. Пока девушка умывалась, хозяин квартиры сменил постельное бельё, проветрил комнату, прибрал на компьютерном столе, выбросив использованные шприцы, ампулы и салфетки.

– Зови, если что, – предупредил он Славу, когда она пришла в комнату.

– Хорошо.

На том и расстались, не досказав всего, что вертелось в мыслях. Слава стянула надоевшие спортивные штаны с вытянутыми коленками, выключила свет и забралась в кровать. Шея не возражала. Прохладное бельё приятно пахло. Тишина старательно убаюкивала, но сон не приходил. Мешали приятные воспоминания о тёплом дыхании.

«Вот жук. А ещё другом прикидывался. Ну, какой из него друг, если он так роскошно целуется? Решил доказать, что жена друга – это любовница? – припомнила Слава. – Вот ведь. Прав искуситель. Между нами не может быть дружбы. Я хочу, чтобы он был рядом. И он не друг моего мужа. Я предаю Егора? Видимо, да. Но так хочется тепла».

Признание окатило сначала холодным потом, а затем опалило жаром. Одиночество больше не привлекало. Душа требовала тепла, тело поддакивало. Поворочавшись в постели около часа без сна, Слава осторожно поднялась с кровати и поплелась на кухню. Привычка запивать кошмары ледяной водой никуда не делась. Ей не мешала чужая территория.

– Куда пошла? – донеслось из соседней комнаты, едва девушка прошелестела мимо по коридору.

– Пить, – тихо ответила она и остановилась.

– Зачем встала? Могла попросить, – Юрий в момент оказался рядом.

Очертания его тела едва проглядывали в полумраке. Слава скорее ощущала его, чем видела. Сердце принялось энергично приплясывать, отбивая чечётку.

– Думала, ты спишь, – шепнула она.

– С тобой уснёшь… – немного раздражаясь, ответил мужчина. Руки тянулись обнять и не слушались приказа вести себя пристойно. – Иди в постель. Я принесу тебе воды.

– Хорошо…

Они разошлись в разные стороны, обуреваемые одинаковыми желаниями. Слава вернулась в свою комнату и послушно забралась в постель. Мучила уже не жажда, и даже не больная шея. Противную песню завыло чувство вины. Назидательный голос в голове вещал, что счастья ждать нечего, впереди мрак и одиночество, тоска по разбившейся вдребезги любви, беспросветная вдовья доля.