Татьяна Снимщикова – Дыши со мной (страница 26)

– Приехали, – произнёс хозяин компании ритуальных услуг и остановил машину у ворот.

– Да, – хрипло подтвердила Слава, выбираясь на свежий воздух.

Всё происходящее напоминало зловещую мистификацию. Вита запустила смертельную гонку, передавая эстафетную палочку. Подсознание предложило другой вариант: всему причиной Егор. Он сколотил банду, он подсадил на яд Виту, он придумал правила, он первый решил уйти и первый поплатился. Осталось узнать, кто ещё попытался сбежать и сбежал ли. Вспомнился момент знакомства, когда Егор пришёл с другом в роддом. Пришёл открыто, не таясь. Значит, тот друг был из другой жизни. Многоликость мужа убивала наповал. Сколько ещё секретов он оставил ей в наследство? Слава шла по кладбищу и терялась в догадках. Возле могилы Егора остановилась, глубоко вдохнула и сделала шаг за ограждение.

– Здесь, – сообщила она и вдруг встрепенулась. – Я хочу поменять надпись на надгробии. Ещё не поздно?

– Не поздно, – ответил хозяин ритуальной конторы.

– Напишите: «Быстрее ветра только смерть».

– Что верно, то верно, – кивнул мужчина и озадаченно посмотрел на девушку. – Вы не боитесь закончить вот так же?

– Как так же? Боюсь ли я, что у меня на ходу оторвётся тромб? Без понятия.

– Нет. Как Хитров.

– Не знаю. Наверно, боюсь. Есть какие-то вопросы по цене? У меня дела, – Слава посмотрела на портрет мужа, и сердце снова больно кольнуло. Не мог он быть тем злодеем, которым его рисовали все вокруг.

– Вопросов нет. Всё, как договаривались. Я всё замерил. Работа займёт два дня. Начнут завтра.

– Хорошо. Встретимся здесь через два дня в это время.

Слава торопилась. Ей срочно требовался Интернет, но не такой как в телефоне. Она уже завязла по самые уши, и отступать было нелепо. Душа хотела новой боли и лучше, если она будет острой, колющей, режущей, но не тянущей на дно.

Глава 10. Лекарство от боли

К тому времени, как Слава вернулась домой, Интернет пестрел информацией о Тимуре Хитрове. В комментариях пользователи сети, не стесняясь в выражениях, изливали сочувствие, называли Тимом, рассуждали на тему опасной езды и во всём винили мотоциклы. Но были и те, кто радовался его смерти. Ничего о невесте не проскользнуло, даже намёка, но это уже не казалось странным.

– Всё равно жаль его, – решила Слава и продолжила копать новости о гибели мотоциклистов за прошедший год.

Она потратила на поиски не один час и остановилась, когда в глазах появилась резь. Голова гудела. Плечо затекло окончательно. Теперь уже не только голова не поворачивалась влево, но и рука не поднималась. Попытка вытянуться на кровати закончилась провалом. Боль разливалась по всей спине, отдавала в голову. Слава не могла найти подходящую позу, чтобы облегчить состояние. Промучившись, она с горем пополам соскользнула с любимого матраса и пошаркала на кухню, чтобы найти мазь и таблетки. Оказалось, что гель в тубе засох, а обезболивающие лекарства кончились. Зубы прикусили губу, чтобы сдержать крик. Как нарочно зазвонил телефон, заставляя разворачиваться и шмыгать обратно в комнату. Трель умолкла, но лишь на пару минут, потом снова разлилась мелодичным звоном. Слава выковырнула телефон из рюкзака и прижала к уху.

– Привет. Нет, не спала. Дозу искала. Не смешно. Я уже что угодно приму, – сквозь слёзы девушка выругалась. Она бы с удовольствием наорала на заботливого Юрия, если бы крик помог от боли. – Спина, шея, плечо, рука. Может быть. Да, заснула в кресле. Спасибо. Ты настоящий друг.

Она произнесла это без издёвки. Только друг мог позвонить, когда был нужен позарез, и тут же сорваться с места, чтобы примчаться, словно армия спасения. Слава считала минуты до его прихода. Они растягивались в вечность. Отчаявшись дождаться у двери, она щёлкнула замком и ушла в комнату, где попыталась угнездиться в компьютерном кресле. Кое-как она сложилась на нём и поверхностно дышала, тихонько постанывая. Обычно боль была терпимой.

– Эй, ты жива? – взволнованно спросил тихий голос совсем рядом.

– Частично, – выдавила из себя Слава, увидев перед собой присевшего на корточки Юрия. Она не услышала, как он вошёл.

– Я сейчас.

Он поднялся и скрылся за дверью. Раздался звук льющейся воды, а спустя минуту мужчина вернулся, доставая на ходу из пакета упаковку ампул, шприцы и спиртосодержащие салфетки. Бросив всё на компьютерный стол, Юрий чуть повернул кресло вокруг оси.

– Отлично. Ты подготовила мягкое место. Не двигайся, – воскликнул он, заметив, что Слава потянулась рукой к краю футболки. По счастью, придя домой с кладбища, она переоделась в домашнюю одежду, что значительно облегчало ситуацию, потому что сейчас она джинсы не стянула бы ни за что на свете. – Замри. Не шевелись. Сейчас полечим.

Юрий ловко достал ампулу, вскрыл её, набрал в шприц прозрачную жидкость, оторвал зубами краешек упаковки стерильной салфетки. У него всё получалось быстро. Слава закрыла глаза и молилась, чтобы он поскорее сделал укол и без разницы куда. Она даже не почувствовала, как оголилось бедро, как в верхний край ягодицы воткнулась игла, как в мышцу потекло лекарство.

– Т-ш-ш, сейчас станет полегче. Потерпи пару минуток, – сочувственно прошептал мужчина, аккуратно возвращая спортивные штаны на место. Он снова присел на корточки и нежно стёр слёзы с пылающих жаром щёк. Позицию, в которую скрутилась девушка, не выполнил бы ни один йог. Это было что-то неестественное. Она помещалась на кресле вместе с подтянутыми ногами, но как-то боком с вывернутой вправо шеей. – Потерпи.

– Спасибо, – хлюпнула она, ожидая облегчения.

– Давай в больницу?

– Нет.

– Так и знал. Не любят медики больницы. Тогда другой вариант. Я заберу тебя к себе домой. Возьму пару заработанных дней…

– Не надо, – прошептала Слава. Дикая боль медленно отступала. Получилось спустить ноги с кресла.

– А это не обсуждается. Друзья не бросают в беде, – сказал он, имея в виду, что ему глубоко фиолетово на её возражения. Сейчас к мнению друга, присоединились медик и влюблённый мужчина. Сопротивляться этой троице ей будет затруднительно. – Твоё облегчение продлится не более получаса. Тебе нужна помощь.

– Останься здесь, – сдалась девушка и слегка пошевелила правым плечом.

– Я, конечно, не против занять твою кровать, если ты будешь жить на стуле, – он улыбнулся. – У меня три комнаты, из них две спальни.

– Богатый Буратино.

– В квартире не было женщин, если тебя это волнует. Я купил её месяц назад. Там ещё вещи не все распакованы. Мне до зарезу нужен выходной. Не вредничай. Ты же не хочешь осложнений. Здесь за тобой некому ухаживать. Там я буду под рукой. Не тяни время.

– Ладно. Помоги встать, – попросила Слава.

Она заранее знала, что боль моментально вернёт силу, но чтобы такую, не ожидала. Стоило Юрию приподнять её с кресла, как молния прострелила спину и оглушила на одно ухо.

– Так не пойдёт. Говори, какие вещи взять, – немного грубо приказал он. Его сердце не просто обливалось кровью, захлёбывалось от чужих страданий.

– Там, – Слава махнула рукой на комод и закрыла глаза. Ей было уже всё равно. – Бери, что хочешь.

Мужчина покрутился на месте, нашёл рюкзак и принялся складывать в него трусы, футболки и спортивные шорты. Сходил в ванную за зубной щёткой и расчёской, прихватил по пути дезодорант. Упаковав рюкзак, он быстро отнёс его в машину, подготовил там переднее сиденье, чуть отодвинув его назад и слегка откинув спинку. Вернувшись, Юрий нашёл Славу в коридоре. Каким-то образом она умудрилась слезть с кресла и добраться до двери.

– С ума сошла? Чего тебе не сиделось? – мужчина бережно подхватил её на руки. – Где ключи?

– Вот, – она разжала кулак. В другой руке почти трещал от давления пальцев телефон.

Они прошли по квартире, проверяя свет, газ и воду, и покинули квартиру. Это был самый сложный путь для Юрия. Он проклинал дороги и светофоры, пешеходов, шныряющих, где попало, и заторы. Когда машина притормозила возле подъезда новенькой многоэтажки, Слава искусала себе все губы.

– Потерпи ещё немного, – прошептал Юрий, выскакивая из машины.

«Немного» растянулось на пятнадцать этажей. Лифт полз еле-еле. Слава дышала жаром. Ввалившись в свою квартиру, мужчина отнёс девушку в свою комнату и посадил на компьютерное кресло в ту же сломанную позу.

– Я сейчас вернусь.

Схема лечения уже вертелась в его голове. Благо аптека находилась под боком, буквально в соседнем доме. Безумный вид мужчины подействовал моментально: очередь потеснилась, пропуская его вперёд, фармацевт отпустила лекарства быстро и чётко. Со спринтерской скоростью Юрий вернулся домой, успев забрать из машины рюкзак с вещами. Он мечтал привести однажды Славу в свой дом, но иначе.

– Девочка моя, ты жива? – воскликнул он, врываясь в квартиру.

– Нет. Я – труп, – ответил сиплый голос.

– Я иду, – крикнул Юрий.

Минута ушла на мытьё рук, ещё одна – на набор лекарства в шприцы. Он сделал два укола и замер в тревожном ожидании.

– Можно, я сдохну? – взмолилась Слава.

– Нет.

– Жаль…

Она плохо помнила, что происходило дальше. Боль то наплывала, то отступала и так бесконечно. Юрий был рядом, ухаживал, как профессиональная сиделка, отвлекал глупыми историями, носил на руках в туалет и ванную. К утру боль стала терпимой, в сравнение с адом, и Слава смогла скрючиться на кровати. Она не заметила, как провалилась в забытьё, и очнулась, когда солнце пыталось проскользнуть в щель между шторами. В сумеречном свете девушка не сразу разобрала, где находится. Взгляд перекинулся со штор на стену, потолок, задержался на компьютерном столе. Никакого домашнего уюта. В углу стояли детали будущего шкафа, обтянутые плёнкой, рядом высилась пирамида из коробок разной величины. Всё говорило о том, что хозяин ещё не обжился.