Татьяна Смит – В поисках истинной (страница 2)
– Ну, рассказывай… Зачем разбила мою машину? – прозвучал жёсткий, но в то же время очень приятный мужской голос.
Я подняла взгляд и увидела стол, скорее всего, рабочий стол, а за ним сидел мужчина. Очень красивый мужчина. Куртай. Его трудно не узнать. Видела его несколько раз издалека, когда проходила мимо дорогого ресторана, и он сидел там в кругу каких‑то мужчин в костюмах, а на улице толпились девушки и вздыхали о том, какой же он классный. Его внешность трудно забыть.
И вот он сидит передо мной и…
– Я жду! – я опять вздрогнула.
От этих мужчин мне сегодня нервный тик обеспечен точно.
– Я случайно разбила стекло вашей машины… Извините! Мы сможем договориться? – и посмотрела на него взглядом, полным надежды, но… Его взгляд насмехался надо мной и смотрел, как на букашку, которая посмела побеспокоить его.
– Интересно, интересно. То есть ты разбила стекло просто так… Случайно? – я кивнула. – Хм… И зачем ты это сделала? Вроде не подросток…
Я лишь пожала плечами. Ведь это и правда выглядит странно: девушка двадцати двух лет просто так разбивает стекло. Да я бы сама себе не поверила. Хотя я не выгляжу на свой возраст, но на подростка точно не тяну.
– Я видел видео с камер, – моё тело тут же напряглось. Ведь понимала, что он сейчас скажет дальше. – И это была не ты. Зачем ты кого‑то покрываешь?
Ну, скрывать уже нет смысла, я лишь вздохнула.
– Да, вы правы, это была не я. Это был мой брат, он раскаивается и переживает из‑за этого, и…
– Почему тогда он сам не пришёл сюда, а отправил тебя? Слабак тот…
– Это не так! Он ещё маленький и не понимает, что не всегда нужно слушать друзей. Иногда лучше быть слабаком, чем попадать вот в такие вот ситуации.
– Это не снимает с него ответственности за то, что он…
– Я понимаю, но, пожалуйста, давайте не будем его трогать, может, как‑нибудь решим этот вопрос мирно?
Я сказала это! Я молодец!
Посмотрела на него, но, увидев его глаза, которые горят злостью, а ноздри раздуваются, как у быка, дёрнулась.
Что‑то я явно сделала не то, но что? Первый опыт общения с таким знаменитым человеком, и, похоже, я получу печальный опыт в этом.
– Ты! – он соскочил со своего кресла и преодолел расстояние в три метра за два шага. – Не смей меня перебивать! – рявкнул он и схватил меня за плечи, встряхнул.
Потом произошло то, чего в принципе не должно было быть.
Он втянул в себя воздух, видимо, пытаясь успокоиться, но, как будто что‑то учуяв, начал опять вдыхать, только теперь приближался всё ближе и ближе ко мне, при этом прикрыв глаза.
От меня пахнет чем‑то, что ли?
Он замер, открыл глаза и начал всматриваться в моё лицо. Я вообще не понимаю, что сейчас происходит…
– Что с вами?
– Молчи! – опять рявкнул он и притянул меня к себе.
Теперь он уже вдыхал запах на моей шее, и у меня мурашки побежали по всему телу. Что вообще за реакция? Я должна трястись от всего этого, а мурашки‑то побежали от того, что мне приятно то, что он делает. Нет, и со мной тоже что‑то не то. Такая реакция на незнакомого мужчину, хоть и красивого, – не норма! Или, может, у меня давно мужчины не было, вот поэтому так реагирую?
Я попыталась высвободиться, но куда там, он как скала стоит непреступно.
– Истинная… Единственное… Спасение… – прошептал он и резко отступив на три шага назад от меня, сказал охрипшим голосом: – Отойди!
– Что? – хлопнув глазами спросила я.
– Я сказал, отойди! – ответил он резко и громко.
Я, не ожидав после таких объятий такого вот поворота, чуть заикаясь, уточнила:
– К… Куда?
– К двери отойди! Стой там и не вздумай приближаться ко мне ближе, чем на три метра!
Приближаться к нему я и так не собиралась, это он сам подлетел ко мне. Но спорить не стала и выполнила то, что он сказал – отошла к двери, через которую сюда вошла, но чуть сдвинулась в сторону. Мало ли, вдруг охранник опять кого‑нибудь притащит сюда. Прибьёт меня ею и даже не почувствует.
Пристроившись на безопасном расстоянии от двери, сжала лямку сумочки, посмотрела на Курта. Он стоял, уперевшись на стол, с закрытыми глазами и скрестив руки на груди. Морщился, и даже видно было, как он тяжело дышит. Что‑то ему не понравилось. Конечно, кому понравится, что кто‑то разбил ему машину. Правильно, каждый будет зол, а если это ещё и глава «Белой стаи», то мне определённо «повезло».
А когда он резко распахнул глаза, я даже чуть отпрянула ближе к стене, его взгляд меня напугал. Он с раздражением оглядел меня с ног до головы оценивающим взглядом, поморщился, а потом опять закрыл глаза и помотал головой.
У меня было такое чувство, что я для него сейчас как товар, который ему не понравился, и он зол из‑за этого. Чёрт, что за человек такой? Ну почему же брат именно ему разбил стекло, а?
Мне же оставалось только вздыхать. А что ещё сделаешь?
Разбитое стекло есть? Есть.
Решать это надо? Надо.
Как? Неизвестно.
От внутреннего моего монолога отвлекла открывающаяся дверь, причём очень резко открывающаяся, даже без стука. Я была очень довольна своей интуицией в данный момент, что отошла в сторону. А то не стояла бы тут живой и невредимой, а лежала лепёшечкой на полу.
– Босс! Мальчишка рвётся сюда. Говорит, это он разбил вашу машину!
И тот же охранник, который привёл меня сюда, втащил за шкирку моего брата. У меня аж дар речи пропал.
– Это я! Я разбил вашу машину! Сестра здесь ни при чём! – выкрикнул Сашка и метнув на меня испуганный взгляд, добавил: – Я буду отвечать за свой поступок!
Что я хотела сделать в данный момент с братом?
Во‑первых, прибить за то, что разбил стекло и не послушался, пришёл сюда. А во‑вторых, хотелось расцеловать за то, что не оставил сестру.
– Сашка! – взмахнув руками, бросилась к нему, хотелось отцепить от брата охранника, но проще оторвать ворот, чем отцепить его пальцы от одежды Сашки.
– Какая семейная идиллия у нас здесь… – сказал Курт и начал аплодировать нам. Оторвавшись от стола, сделал шаг к нам, но остановился, поморщился, смотря на меня, встал как вкопанный.
Нет, с ним точно что‑то не то! Не может же от меня так пахнуть, что он так морщится… Это ведь не так?
– Дружная семья у вас… – сказал с долей грусти Курт и взъерошил свои волосы. – Сначала сестра… – быстрый взгляд на меня и его лицо тут же исказилось, что он чуть отпрянул назад. – Покрывает брата за то, что совершил он. Потом брат, видимо, совесть загрызла, и он решил спасти сестру. Так? – закончил он, смотря в упор на Сашку, меня он показательно игнорировал.
Да что с ним? На парня ему приятней смотреть, чем на девушку, что ли? Он что, не той ориентации? Да нет! Чтобы такой вот мужчина. Мужские черты лица, никакой слащавости. Тёмные взъерошенные волосы и карие глаза, что, кстати, никак не увязывается с названием «Белая стая». А тело – прям гора мышц и ни грамма лишнего жирка, хоть он и в одежде, но через облегающую белую рубашку всё видно. Шикарный мужчина.
– Я… Испугался… – ответил брат и опустил взгляд на свои ноги. – Лина ни при чём здесь, пожалуйста, отпустите её. Я отвечу за свой поступок!
– Сашка! Всё нормально, я же сказала тебе сидеть дома. Зачем пришёл?
Я обняла его за лицо руками и всмотрелась в его глаза. Во взгляде не было уже того ребячества, а была уверенность и капелька страха. Как он мог так повзрослеть за тридцать минут?
– Значит, Лина?! – проговорил Курт. Я перевела на него взгляд, не отпуская при этом брата. Теперь он смотрел на меня в упор и, не отрывая взгляда, сказал:
– Уже поздно… Сашка! Твоя сестра будет отвечать за твой проступок, – Сашка убрал мои руки от своего лица и хотел было возразить, но ему не дали. – И решения я своего не поменяю!
– Но почему? Я же пришёл и признался, значит, мне и отвечать!
– Ты не сможешь сделать то, что может твоя сестра.
– Что это значит?
– Ты не она! А теперь свободны, – сказал Курт. Он кивнул на дверь и направился к своему столу, но замер, вновь взглянув на меня, и добавил:
– А ты задержись‑ка.
Видимо, это мне было адресовано, раз смотрел на меня?
Охранник вывел брата, хотя тот и сопротивлялся.