Татьяна Шишкина – Проклятая любовь (страница 3)
– Чьё? – бесстрастно спросила она, показывая самолетик классу. – Снова ваших рук дело, мисс Таймлер? – миссис Абигейл строго посмотрела в мою сторону. Почему в мою? Я же ничего не сделала! Аж поджилки затряслись.
– Не, миссис Абигейл, на этот раз точно не я, – весело ответила мисс Таймлер сзади. Ну да, я должна была догадаться.
– Вы же знаете, я выяснять не буду, – пригрозила учительница, откладывая книгу на стол. – Если вам заняться нечем, то будем читать по очереди. Маркус, начинай со следующего абзаца. Живо! Ребята жалостливо загудели. К счастью, всех спас звонок на перемену. Уже через две минуты ни от кого и следа не осталось.
***
После третьего урока, оказывается, полагается обед! Ничего себе! Я как раз проголодалась. Следуя за толпой, словно за белым кроликом, я оказалась в столовой. Ничего себе, как много народу! Дети сбивались в группки и занимали столы. Я же осталась стоять у дверей. Не в силах сделать ни шагу дальше. О, то ужасное чувство, когда не знаешь, куда себя деть!
Внезапно у кафетерия послышались крики. Уже знакомая мне Лидия и ее шайка прихвостней издевалась над еще одной девочкой, выплеснув ей в лицо апельсиновый сок.
– Вот тебе, страхолюдина!
Жертва так и осталась стоять столбом, опустив голову. Сок стекал с ее коротких медно-рыжих волос, переходящих у корней в коричневый. Причем спереди прядки и челка длинные, а к затылку волосы подстрижены совсем коротко и лежат, как попало. Одета девочка была просто: джинсовый серовато-коричневый комбинезон и рубашка с загнутыми рукавами. Одежда слегка пыльная. Ботинки ей немного велики, сразу видно, шнурки неряшливо болтаются. В общем, походила она больше на мальчишку, чем на девочку. А добавь кепи – вылитая Оливия Трис* из одноименной книги про приключения девочки в портовом районе Акваполиса.
Закончив, Лидия и компания с хохотом удалились. За девочку так никто и не заступился. Даже после никто не подошел и не помог. Мне стало так противно, что я чуть не заплакала, сжимая от обиды кулаки. Почему таким людям, как Лидия все сходит с рук? Это несправедливо!
Внутри что-то вспыхнуло. Мимолетно, всего на мгновение. Подпитываемое моей злобой и горечью, чувство вырвалось наружу, завибрировало вокруг. На секунду я забыла себя, и мир погрузился во тьму.
Затем я почувствовала толчок в плечо. Один за другим из столовой выбегали ребята, толкаясь в проходе. Там, у кафетерия я заметила визжащую на полу Лидию, всю обляпанную в продуктовых отходах. Её подружки суетились возле девушки, пытаясь помочь, но при этом качать ее как можно меньше. Она, в свою очередь, отгоняла их, как назойливых мух. Затем встала, и они вместе убежали через другую дверь в северное крыло. Что случилось? Кто-то отомстил за девочку? Не время выяснять. Я рванула к ней.
– Держи, – я подала ей свой носовой платок. Это немного, но хоть что-то.
«Оливия Трис» недоверчиво обернулась на меня. На лице полнейшее негодование. Я все еще держала платок.
– Хей, – усмехнулась она, – у тебя кровь.
Я машинально заткнула нос рукой. Цыкнув, девочка схватила меня за запястье и потащила в туалет. Умыв лицо и руки, она вытерлась о забрызганную соком рубашку. Тем временем я все еще держала смоченный холодной водой платок у носа, попутно иногда споласкивая от крови.
– Тебя стукнул, что ли, кто? – вежливо заволновалась девочка. – Я перевелась из другой школы, – не задумываясь, ответила я. О, Рэй, какая глупость! Ляпнула совсем ни к месту. – То есть нет, я… иногда такое бывает. Само собой.
– Да я уж поняла, что ты перевелась. В первый раз тебя вообще вижу. А-а, я тебя узнала. Это же ты: черноволосая злюка, что сидела передо мной и дала листок на Храмоведении.
В тот момент я не могла поверить, что передо мной стояла та самая хулиганка из класса. Я ведь даже не удосужилась посмотреть на нее.
– А у тебя все нормально? – я решила перевести разговор.
– Спасибо, конечно, – искренне сказала мне «Оливия Трис», – но зря ты ко мне подошла. Теперь все подумают, что ты отбитая.
– Там уже почти никого не было. И что значит «отбитая»? – Какая разница? Даже если видел один, об этом рано или поздно узнает вся школа. Подумают, что ты мне помогала. Какой-то идиот кинул в Лидию – ну, ту вычурную девку – поднос с ошметками, – ответила девочка. На второй вопрос она решила тактически не отвечать.
Немного помявшись, рыжеволосая продолжила.
– Я Даркинэ. Для тебя Дарк.
– Айселла… – ответила я. – Так за что тебя обидела Лидия?
– Не повезло тебе, Айселла, – вздохнула Дарк, карабкаясь на раковину и пытаясь дотянуться до окна. – Школа Святого Эльхарда – сущий ад, и Лидия – одна из его приспешниц. Она из третьего класса, и уже возомнила себя главной среди младшеклассников. Никого не боится, даже учителей. Говорят, ее отец какая-то важная шишка в портовом районе, все время на материк ездит, но я в это не верю, ведь тогда бы она здесь не торчала. Похоже, она и тебя уже успела смешать с грязью? По глазам вижу, – спросила моя новая знакомая.
– Немного…
– Ха! Слава Рэю, что мы не в одном классе с ней учимся. За отбитых она принимает всех, кто не в ее банде. Типа, мы бедняки. Ну и сука!
Я тот час же закрыла уши. Я знала, что это плохое слово, и мама не разрешала мне даже слушать такое. Даркинэ не казалась мне плохой, но…
– АХА-ХА-ХА! – рассмеялась надо мной она в добром тоне, перестав ковырять карманным ножичком оконную раму. – Ты, оказывается, пай-девочка. И откуда такая, ха-ха!
– У нас дом в горах, где никто не знает… – снова ляпнула я. Надо было молчать. Дарк опешила.
– Это же рядом с Лендс Энд. Говорят, там опасно… КРУТО! Пригласи меня как-нибудь, никогда там не была!
– Куда ты? – снова тихо спросила я, видя, как моя новая знакомая, выдавливая наружу стекло, залезла на окно.
– Прогуляться хочешь?
– Но уроки еще не закончились, – наивно ответила я.
– Сейчас будет биология. Я прогуляла ее в прошлый раз, так что мадам Гольдштейн меня накажет. Только если я появлюсь, конечно.
– Я… Я не знаю… – совесть не позволяла мне согласиться.
– Да идем! – настаивала Дарк на своем. – Тебя никто не заметит! Эта старая грымза тебя даже не знает.
Я засомневалась. Опасная авантюра с едва знакомой девчонкой. Еще и в первый учебный день. С другой стороны, ничего такого Дарк не предложила. Кажется, она во мне заинтересована. Ведь если же все было бы наоборот, то она бы даже говорить со мной не стала. – А мне за это ничего не будет?
***
Серые стены тесного кабинета дамам Пинкс давили мне на мозг. Не успели мы сбежать, как тут же очутились у директрисы. Она, захлебываясь слюной, читала нам обеим лекцию о поведении. Я ее практически не слушала – просто сидела и тряслась, как осиновый лист. Что теперь скажут родители, когда узнают? Дарк не слушала мадам Пинкс и подавно.
– …администрация школы должна следить за вами, хочется вам того или нет, – говорила директриса. – Вы, мисс Таймлер, испорченный член общества. На вас жалуются учителя! Вы постоянно сбегаете с уроков! Мне надоело это терпеть, поэтому вас ждет наказание.
– Да-да, – буркнула себе под нос копия Оливии Трис, закручивая на пальце одну из прядок волос.
– Что касается вас, мисс де-Айс – на первый раз обойдемся предупреждением, – наклонилась ко мне мадам, складывая перед собой руки. – Вы обе должны уяснить, что эта школа все же заботится о вашем воспитании. Вы сюда не развлекаться приходите, – директриса подошла к столу и достала из ящика указку.
– Вы можете идти, – сказала мадам Пинкс мне. – А вы, – ткнула она указкой в Дарк, – думаю, итак знаете, что делать.
Дарк, пренебрежительно отводя от старушки глаза и закатывая рукава, подошла к ней. Я же поспешила выйти из кабинета. Через секунду, как я закрыла дверь, послышался хлесткий удар и невнятный стон моей знакомой, от которого бросало в дрожь. Через 5 минут Дарк вышла, пряча ссадины от ударов под рукавами. Зрительного контакта избегала.
– Сильно досталось? – жалостливо обратилась я.
Дарк печально улыбнулась, пряча глаза под челкой. Присела рядом на скамейку у окна.
– Да ну, ерунда. Мне еще повезло, что только через раз попадаюсь. Сегодня явно не мой день, – усмехнулась она. – Тебя только жалко, пай-девочка.
***
После инцидента меня забрал папа. Так получилось, что от охранника он узнал, что я натворила. Хотя бы не пришлось рассказывать такие стыдные вещи самой. Тем не менее, на душе скребли кошки.
Папа у меня добрый. Ругать не стал. Я, не выдержав, рассказала ему все, как на духу. И про Дарк, и про того мальчика, и про Лидию. Мимо, с рюкзаком, прошла моя злополучная рыжеволосая знакомая. Видимо, направлялась домой. Она помахала мне рукой. Я в ответ, стесняясь перед папой, тоже.
– Ты не злишься? – уточнила я у отца, строя максимально виноватое лицо.
– Я не запрещаю тебе общаться с этой девочкой. Если обещаешь больше не убегать с уроков, – он мягко улыбнулся. – Тем более, мне кажется, – он перешел на шепот, говоря мне будто по секрету, – что она так хотела с тобой подружиться.
Я не ослышалась? «Подружиться»? Так это работает? В животе разлилось теплое нечто. Мама называла это чувство «счастьем». Неужели у меня действительно появился друг, о котором я мечтала все это время.
За ужином родители общались по работе. Я из этого не особо что понимала, поэтому и не вслушивалась. С папой договорились маме ничего не рассказывать. Не буди лихо пока оно тихо, как говорится. Однако, от всевидящего ока мамы никому не убежать.