Татьяна Серганова – Самый эльфийский поцелуй (страница 17)
– Это ты их забрала?
– Вот еще. Делать мне больше нечего – за конфетами какими-то гоняться.
– А где Нэнна? – тут же резко спросила я.
– За служанками не слежу, особенно за такими.
– Какими? – тут же уцепилась я.
– Ненадежными!
– Так это она пыталась меня отравить?
Так и знала, что с ней что-то не так. Надо было хватать за грудки девицу и трясти правду. А еще лучше – тащить ее к Эшфорту, чтобы он тряс!
Фея фыркнула, отмахнувшись от меня рукой.
– Ну нет. У нее пороха бы не хватило. Слишком запугана, забита и труслива. Твоими стараниями, между прочим.
– А я-то тут при чем?
– Катя, – строго завила дама, снова пригрозив пальцем, – начинай отождествлять себя с Катриэль. Больше нет вас по отдельности. Ты – это она, и точка. Это очень важно.
– Ладно, – вздохнула я. – Так что с Нэнной не так?
– Ничего. Скучная и предсказуемая. Внимания она точно не стоит. Вернемся к твоим проблемам. Видела папочку Катриэль?
– Ну?
– Поверь мне, алар Орэйо не будет слушать твои аргументы, какими бы честными они ни были. В его глазах ты будешь убийцей его дочери. Вдруг Катриэль выжила бы, если бы ты не засела в ее теле?
– Но ты сама меня сюда запихнула!
– Выполняя твое желание! – легко парировала фея.
– Обманом.
– Ничего подобного. Сделка была совершенно законная. У меня есть доказательства.
– Слушай, а ты точно фея? – прорычала я, совершенно игнорируя звяканье зеркальца, которое все не унималось.
– А кто же еще, – поправляя бейджик на пышной груди, отозвалась та.
– Может, ты дьявол или демон, которому я чисто случайно продала душу.
Фея смотрела на меня секунд десять и вдруг расхохоталась.
– Душу? Ой, нет, – отсмеявшись, отозвалась она. – Не нужна мне твоя душа. Что с ней делать? Я люблю чудеса совершать, судьбы соединять, особенно такие…
– Какие? – тут же уцепилась я.
– Несоединяемые, – хитро улыбнулась мне фея. – Так что, Катенька, совершенно не в твоих интересах рассказывать кому-либо о том, кто ты на самом деле.
– Они все равно догадаются. Уже догадываются. Я не Катриэль и не могу быть такой высокомерной стервой.
– И не надо. Будь собой. Скажи, что изменилась. Все меняются.
Теперь пришла моя очередь фыркать.
– Никто не меняется. И мой случай тому хорошее подтверждение.
– Катя, не нуди. Тебе и надо-то пережить всего полторы недели. И все. Будешь свободна. Пусть считают, что случилось настоящее новогоднее чудо.
– Угу. Если раньше меня не посадят за покушение на ту княжну, – кисло отозвалась я, не отводя взгляда от зеркальца, которое вновь рябило и трезвонило.
– Не посадят.
– Откуда такая уверенность?
– Я же фея. Ну же, Катя, надо ответить. Твоя матушка столь же нетерпелива, сколь и отец. Иногда даже больше.
Ну вот, теперь и матушка…
Скорчив трагическую мину, я взяла образор в руки и вновь нажала на розочку, готовясь встретиться с родительницей.
– Катриэль!
Красивая какой-то неземной красотой. Вся такая воздушная, невесомая, невероятная. Бледное лицо, светлые, почти прозрачные брови, глаза цвета льда в обрамлении светлых же ресниц, нежно-розовые губы, аккуратный носик и водопад длинных волос цвета лунного серебра.
Если в мире и существовала где-то снежная королева, то она была здесь и сейчас, передо мной.
– Ты где была?! – рявкнула королева, и все очарование исчезло.
– Тут, – автоматически отозвалась я, хлопая ресницами.
Как-то не вязался этот воздушный образ с резким тоном и бешенством во взгляде.
– Твой отец сообщил мне о произошедшем. Как ты могла?!
– Кхм, – только и смогла пробормотать в ответ.
– Ты что, забыла самое главное правило?!
– Э-э-э…
– Никогда и ни при каких условиях не оставлять следов! И свидетелей! – продолжала отчитывать меня маман. – Тебе понятно?
– Д-да…
Ничего мне не понятно! Вот совсем! Она что, сейчас советует мне… Да не может быть!
– Я рада, что мы друг друга поняли, – величественно кивнула элва. – Не разочаруй меня, Катриэль.
Гладь зеркала снова покрылась рябью и стала обычной. А у меня так дрожали руки, что я с трудом смогла положить образор на столик, не свалив при этом поднос с едой.
– Ты куда меня притащила? – сдавленно прошептала я, взглянув на фею.
– А что?
– Это не эльфы! Эльфы не могут быть такими! Они добрые. Да, немного высокомерные и чванливые, но добрые. Они за мир, живность всякую и любовь. А эта… ты слышала, что она мне советовала?
– Слышала, – не стала отпираться фея и протянула мне стакан с водой.
Амулет на груди не среагировал.
– Убить княжну – и концы в воду! Боже, ну и семейка…
Сделав глоток, я попыталась взять себя в руки и успокоиться.
– Ничего, уверена, ты справишься, – нарочито бодро заявила фея, поднимаясь. – А мне уже пора.
– Куда? – И тоже вскочила, испуганно на нее смотря.
Пусть я на нее страшно злилась, но эта фея была единственным знакомым… существом (человеком ее язык не поворачивался назвать) в этом чужом мире.
– Дела, дела, – поправляя вырез на груди, заявила она. – Не переживай, скоро встретимся.
– Когда? – не отступала я.