Татьяна Серганова – Мой крылатый кошмар (страница 22)
– Простите?
– Ничего-ничего. Ты пей чай, – забормотала Кайни, пряча от меня взгляд. – Он поможет тебе прийти в себя.
Я послушно сделала пару глотков, наслаждаясь теплом и терпким вкусом.
– Меня снова накажут? Простите, профессор, мне не стоило так себя вести, но посещать уроки по межличностным отношениям я больше не буду. Вы имеете полное право отстранить меня от занятий и даже отправить назад, но я… я не смогу. Это издевательство какое-то.
– Не переживай. Мы с… ректором все обсудим и решим, – быстро ответила она, неловко поправляя выбившиеся из прически волосы.
Удивительно, но сейчас куратор выглядела гораздо моложе своего истинного возраста. Такая неожиданно юная, свежая и красивая. С загадочным блеском в глубине глаз цвета моря и мимолетной улыбкой на губах.
– Знаешь, я хотела сказать, что очень довольна твоей работой, – продолжила Кайни. – Я всегда знала, что ты умная девочка и окончательно в этом убедилась.
– Надеюсь, вы не будете благодарить за это Иргара? – кисло усмехнулась я, взяв еще одну конфету и отправив ее в рот.
– Думаю, не стоит, – улыбнулась она, прежде чем сделать осторожный глоток. – Я же понимаю, что дружбы между вами нет. И никакие уроки этому не помогут.
– Нет, – кивнула я.
– Тогда почему такие изменения?
– Вы тоже решили, что я стану ему мешать? Что отыграюсь за прошлое?
– А почему нет? Ты не подумай, я не обвиняю тебя. Но это было бы логично.
– Это подло, – спокойно объяснила я. – Мне все равно, что будет дальше, после диплома. Сами знаете, что на защиту от Черного леса меня точно не призовут. Мой удел – работа в каком-нибудь саду. Так как я первая за много лет дриада, то сад будет весьма богатой и уважаемой особы. Скандал с Иргаром и испорченный диплом никак на мне отразятся. А о нем я этого сказать не могу. Для летуна учеба и высший балл – это вся жизнь.
– И отличный шанс отомстить.
«Что ж они все об одном и том же! Словно кроме мести нет ничего важного».
– Не такой ценой. Я не стану ломать кому-то будущее! Даже в угоду собственному эго.
Кайни довольно улыбнулась и, протянув руку, сжала мою ладонь.
– Я горжусь тобой, Ивилин. Ты настоящая умница.
– Просто очень упрямая и принципиальная.
– Я поговорю с ректором. Уверена, мы что-нибудь придумаем, – пообещала куратор.
Допив чай, я засобиралась назад. Нервное потрясение все-таки негативно сказалось на моем состоянии. Я жутко устала и больше всего хотела вернуться в свою комнату, упасть на кровать и не двигаться до самого утра.
Однако моим желаниям не суждено было сбыться. Стоило покинуть кабинет Кайни, как я наткнулась на летуна, который молчаливой тенью стоял у окна, явно меня поджидая.
– Извиняться не стану! – резко заявила я, вставая напротив и скрещивая руки на груди.
– А я и не ждал, – спокойно отозвался он, как-то очень пристально и странно меня рассматривая.
– Что? – тут же насторожилась я.
– Ты в порядке? – огорошил летун следующим вопросом.
– Э-э-э, а чем вызван твой интерес?
– Ты сбежала с занятий.
– И что? Ректор уже в курсе. И не только ректор. Так что стучать поздно.
– Слушай, Торбург, – с досадой произнес Иргар и даже слегка поморщился. – Может, хватит подозревать меня во всех грехах? Мы же вроде как напарники. Я обязан за тебя… волноваться.
– Надо же, какая честь, – фыркнула я.
А у самой сердечко забилось быстро-быстро.
«Волнуется… он за меня волнуется. И пусть только потому, что так надо, мне все равно приятно».
– Ты действительно боишься высоты? – вывел меня из задумчивости следующий вопрос.
– И что? Решил поиздеваться?
– Ясно. Разговаривать с тобой бесполезно, – неожиданно резко бросил летун. – И почему я вдруг решил, что ты нормальная? Забудь.
– Что значит «забудь»?
– То и значит! Я пытаюсь как-то наладить отношения, а ты…
– Не надо ничего налаживать. У нас нет отношений. И не будет! Всего три недели работы и все, – быстро ответила я.
– Отлично. Надо лишь пережить.
– Да.
– Всего три недели.
– Точно!
– Отлично!
Мы застыли друг напротив друга, тяжело дыша.
Иргар явно собирался сказать еще что-то, но не стал. Лишь махнул рукой и ушел так быстро, что я даже сказать ничего не успела. Так и стояла, хлопая ресницами с ощущением, будто только что совершила непоправимую ошибку.
12
Прошла еще неделя.
Занятия по межличностным отношениям нам отменили. Не знаю, как у куратора это получилось, но я избавилась хотя бы от одного кошмара.
Какой была эта неделя? Сложной.
Кто бы мог подумать, что назначение Иргара в напарники, так сильно изменит мою жизнь, причем не в лучшую сторону. Порой казалось, ставь я ему палки в колеса и всячески издеваясь, чувствовала бы себя лучше. Сейчас же со своими принцами я осталась одна.
Как-то незаметно отдалилась Дженни. Исчезли наши разговоры по душам, смех и шутки. Сначала я списывала это на общую усталость, но потом поняла, что все кончено. Нет, подруга не обижалась меня, не издевалась, не ругала. Просто отдалилась, стала чужой. Даже в глаза перестала смотреть, отделываясь пустыми приветствиями и пожеланиями спокойной ночи. У Дженни не осталось на меня времени. Она и в комнату приходила лишь для того, чтобы поспать. Даже к занятиям готовилась где-то в другом месте. Вероятнее всего, на пару с Оуином.
Друг тоже меня не простил. Я не оставила попыток поговорить и все объяснить. Но лишь спустя неделю удалось поймать его в одиночестве и вывести на разговор. Выскочив наперерез, я схватила Оуина за руку и затащила за угол подальше от любопытных глаз. Он даже не особо сопротивлялся. Это меня воодушевило.
– Поговорим? – быстро спросила я, решительно уставясь на него.
– А надо? – кисло уточнил друг, продолжая изучать стену у меня за спиной.
– Что, так и будем делать вид, будто ничего не случилось?
– Разве я делаю вид, будто что-то случилось?
Мимо проходили отличницы Сибилл и Эверика. Увидев нас, слегка притормозили, но тут же зашагали прочь, о чем-то усиленно шепчась. Я даже догадывалась о чем. Теперь они меня тоже не любили. Раньше просто не замечали, считая недостойной внимания, а сейчас ненавидели за то, что посмела стать лучше них. Хотя я никогда так не думала. И уж точно не задирала нос.
– Если я в чем-то виновата…
– А ты считаешь, что нет?!
Ну хоть какие-то эмоции. И смотреть начал на меня, а не на стену.
– Может, объяснишь? Как моя работа с Иргаром могла разрушить дружбу? Мы же два года работали вместе…
– Да, работали. Но оказалось, что я не настолько хорош для тебя, как Иргар!
– Что? – опешила я. – Что значит «не настолько хорош»? Ты вообще о чем?