Татьяна Серганова – Эквей. Одна из пяти (страница 38)

Ведь действительно была рада. Она заслуживает счастья. Там глядишь и Грета замуж следом отправится.

Но порадоваться как следует мне не дали.

— Поздравляю, ива Бертран, — к нам подошёл Дерион и неожиданно крепко схватил меня за руку. — Вы позволите, я украду вашу подругу. Алексия, нам надо поговорить.

— Простите, но мы с вами уже всё выяснили, — я попыталась вырваться из болезненного захвата, но не смогла, этот наглючий эквейт на глазах у всех потащил меня из столовой. — Пустите. Пустите меня немедленно, что вы… Чёрт, Дерион, ты что творишь?

Помещение, куда он меня затащил, оказалось уже знакомым кабинетом. Я, пользуясь тем, что эквейт меня отпустил, отскочила в сторону и решительно сложила руки на груди.

И если он думает, что я позволю так со мной обращаться, то глубоко ошибается. Разборок с Дерионом мне совершенно не хотелось. Но у него явно были другие планы, потому что в один шаг он преодолел разделяющее нас расстояние и схватил за плечи.

— Пустите меня, ив Дерион, — прошипела я, как можно спокойнее, и вновь попыталась вырваться.

Но не тут-то было. Силён, зараза.

— Тебе самой не противно, — в тон мне ответил тот.

— Я не понимаю, о чём вы говорите, — сказала и огляделась, ища пути к отступлению. Может статуэткой его стукнуть по голове?

— Ты видела себя со стороны? Да на это же гадко и мерзко смотреть, как ты расстилаешься перед Князем.

Значит, всё-таки видел.

— Не нравится — не смотрите! — мне всё-таки удалось вырваться, и я быстро сделала два шага назад. Сделала бы и больше, но упёрлась бедром прямо в стол.

— Может и в постель к нему залезешь?

— Надо будет и залезу!!!

Нет, зря я это сказала. Потому что эквейт и до этого был не в лучшем настроении, а после моих слов совсем почернел.

— Ты… — прорычал и замер, явно пытаясь найти подходящий эпитет для обозначения моего поведения.

Спросил бы меня, подсказала бы. Шлюха, например, вполне подходит. Я и чувствовала себя соответственно. Подумала и вздрогнула. Противно, гадко, словно в грязи изваляли…

Господи, как же мне всё это надоело… да, я знаю, что вела себя по-идиотски.

— Слушай, чего ты хочешь? — устало спросила и отвернулась. — Ты отлично знаешь, что я делаю и по какой причине. Я думаю Князь тоже об этом знает, не так ли? Так что всё честно. А для своей семьи я из… скафандра выпрыгну, только чтобы они были живы и здоровы.

Мгновение тишины и уже спокойное:

— Твоя семья сейчас находится в нашем центральном посольстве на Земле.

— Что?

— Их привезли два часа назад. Они в безопасности, и будут доставлены сюда на следующем корабле.

Из меня будто разом выбили весь воздух, а ноги подкосились. Я бы наверняка упала на пол, не успей Дерион вовремя меня подхватить. Поймал и крепко прижал к себе.

— Спасибо… спасибо… спасибо, — только и могла шептать я, уткнувшись носом в его шею и уже не сдерживая льющихся из глаз слёз.

У меня ни на секунду не возникло сомнений в том, кому я обязана спасением своих родных. Это была не истерика, а просто слёзы облегчения и счастья. И мне совсем не было стыдно за них.

— Ну, всё, тише, уже всё хорошо, — бормотал он в ответ, сильнее прижимая к себе и гладя по голове свободной рукой. — Никто не причинит им вреда. Я обещаю тебе.

Как-то незаметно для меня, его шёпот и поглаживания сменились лёгкими поцелуями в лоб, щёки, глаза… губы. Раз… второй… третий… прикосновения были нежными, почти невесомыми. Он словно ожидал моей реакции, спрашивал разрешения на продолжение. Наверное, мне стоило вспомнить про ту голограмму Залии, что я нашла утром, но не получалось.

Я вообще ни о чём не думала, кроме того, что Дерион сделал для меня и моей семьи. О том, что он совсем рядом, целует, обнимает, что больше всего на свете мне хочется стащить с него всю одежду и ощутить внутри себя.

— Дерион, — мой шёпот едва слышен, и он тут же исчезает в оглушающей тишине, где есть только мы.

А тот отстранился на мгновение и внимательно всмотрелся в моё лицо, лаская взглядом. И этот взгляд — требовательный, жгучий и в то же время нежный — окончательно лишил меня последних остатков разума.

— Ты хоть представляешь, как действуешь на меня? — хрипло выдохнул эквейт и…

…его пальцы на моём лице, что бережно приподнимают за подбородок.

…его дыхание, что опаляет губы и заставляет дрожать от нетерпения… от предвкушения.

Его губы сминали мои, пальцы до боли сжимали плечи, прижимая к себе, так сильно что ещё мгновение и мы просто растворимся друг в друге… А я хотела этого больше всего на свете. Мне мало нашей ночи. Наверное, меня можно назвать ненасытной, но я всё ещё хочу его и ничего не могу со своей сексуальной жадностью и прожорливостью.

Рывок…

…И я уже сижу на краю стола, широко расставив ноги, а между ними Дерион — тёмный, опасный, страстный. Его ладони, обжигающе горячие, слегка шершавые, забирающиеся всё выше и выше по бедру. Мне хотелось ответить на ласку, изогнуться в спине, потереться об него…

В следующее мгновение жилетка полетела прочь, туда же улетел пояс. Ловкие и сильные руки быстро стащили топ, отбросив его в сторону, и требовательно накрыл холмик груди.

Мне не хватает воздуха, и я уже не могу сдержать слабых стонов, что вызывают его ласки, что с каждым мгновением становятся всё более чувственными и пламенными.

Он быстро снял меня со стола и поставил на пол. После чего принялся стягивать узкие шорты вместе с бельем. Я старалась ему помочь, нетерпеливо переступая ногами, чтобы скинуть ненужные кусочки ткани, которые только раздражали и мешали почувствовать любимого. И всё это, не прекращая поцелуев и ласк. Как только с бельём было покончено, Дерион вновь усадил меня на стол.

Прохладный воздух в контрасте с горячей кожей эквейта вызвал дрожь во всём теле и болезненные мурашки. Я больше не могла и не хотела сдерживаться, мне необходимы были его прикосновения, мне необходима его близость… он сам.

Мы занимались любовь прямо на столе Князя. И никакая этическая дилемма даже не затронула меня в тот момент. За этим столом принимались исторические решения государственного уровня, да что уж там — галактического масштаба. А мы тут страсти предаёмся. Я не обращала внимания на то, что край стола больно впивается в бёдра, что пальцы Дериона оставляют синяки на моей коже, что сама расцарапала его спину в кровь, что в любой момент кто-то может войти, что я вообще не должна этого делать, потому как голограмма Залии, должна стеной стоять между нами.

Каждое движение, каждый толчок, вызывал такую бурю внутри, что вскоре всхлипывания перешли в стоны, а затем и в едва сдерживаемые крики. Мой мир осязаний настолько порочен, отчасти, даже груб, что я воспринимаю его касания, как ожоги, и вязь его поцелуев, чуть ниже ключиц, вихрем срывает остатки разума.

Разрядка наступила быстро, даже слишком быстро и мы одновременно достигли пика наслаждения. Я всё-таки закричала, впиваясь ногтями в его плечи и вздрагивая всем телом и чуть не теряя сознание от захлестнувших меня эмоций.

Окончательно пришла в себя от нежного поцелуя в висок.

— Что ты со мной делаешь… — прошептал он и уткнулся носом мне в волосы, вдыхая запах, и нежно огладил обнажённое бедро. — Маленькая землянка с удивительными глазами… Бесстрашная девушка с добрым сердцем.

— Дерион…

Он слегка отодвинулся в сторону и заглянул мне в глаза.

— Я не отпущу тебя, слышишь? Не позволю уйти… ты моя, Алексия. Только моя.

А может, ну её эту голограмму? Потому что так проникновенно и искренне врать никто не может. Я действительно ему небезразлична. А то, что было в его прошлом, меня волновать не должно, главное, чтобы этого не было в нашем настоящем. Он мой и какой-то там желтоглазой блондинке я его не отдам.

— Твоя, — я улыбнулась и нежно провела пальчиком по его щеке.

Его глаза ярко вспыхнули, и он вновь крепко прижал меня к себе. А я обескураженно нахмурилась. Готова поспорить, что они только что вспыхнули на мгновение лазоревым цветом. Но как такое возможно? Неужели он и есть тот самый Лазоревый принц? Но тогда каким образом вписывается в эту схему Залия? Ничего не понимаю. Не может он разрываться на два фронта, и Богиня наверняка сказала бы… или… Я слабо тряхнула головой, прогоняя нелепые мысли. Самое главное, что мы вместе, со всем остальным разберусь позже.

Оделись мы довольно быстро. Могли, конечно, и быстрее, но мы отвлекались — то и дело целуясь и трогая друг друга, словно боялись расстаться даже на мгновение.

— Дерион, а как ты смог так быстро перевести мою семью в посольство? Мы же с тобой расстались всего час назад?

— Я отправил приказ ночью, когда ты спала.

— И ты молчал? Почему ты утром ничего мне не сказал? Ты хоть представляешь, что я пережила? — ахнула я.

Видимо у меня на лице отразилось что-то такое кровожадное, потому что эквейт быстро поднял руки, словно признавая поражение, и быстро произнёс:

— Не злись, я не был уверен, что получится. Я же не знал, что ты такая шустрая и сразу пойдёшь покорять Князя. Надеюсь, больше ты так с ним заигрывать не будешь? — и посмотрел на меня не менее кровожадно, чем я секунду назад.

Я быстро мотнула головой.

Нет, спасибо, не надо мне такого счастья.

— Вот и умница. Из дома никуда не выходи. Пообещай мне, — произнёс Дерион, поправляя пояс.

— Хорошо. Какие-нибудь новости есть?

— Пока ничего конкретного.