Татьяна Рыбакова – Пробуждение (страница 4)
Чем он был для меня? Я в него не влюбилась совсем. Тогда почему я согласилась два года ждать его? Он мне обещал, сначала, что через три месяца приедет, потом к моему Дню рожденья. Он знал, что не приедет, просто хотел, чтобы я его ждала.
Зачем ждать принца? Зачем перебирать? Раз есть подходящий кандидат- нужно выйти замуж. Можно и подождать. В то время мне казалось это разумно, а репутация важнее чем счастье. Все девицы хотят выгодно выйти замуж. Он был офицер и мог забрать меня из этого захолустья. С ним я бы вылезла из нищеты, повидала бы мир, получила бы квартиру. Я приняла эту реальность, а не мечты о принце на белом коне. Феликсом я думаю тоже руководил страх, а может он искал поддержки, ведь уезжал на войну. Все наши отношения от страха, но мы дали друг другу надежду. Я спокойно жила, училась. Никто не ранил мою душу. Только долго ждать придется. Но пока мне восемнадцать лет, и я еще не знаю об этом. Мы с Катей бурно обсуждали, как это будет, когда он меня увезет. Хотела, чтобы я не забывала ее и приезжала каждый год в Уссурийск. В июле от него с войны пришло первое письмо.
Глава 3. Замужество
Феликс написал мне много писем, но сохранилось только два из них. Первое и третье письмо я сохранила на память. Может моим детям и внукам будет интересно.
«Привет моя любовь!
Здравствуй МАЛЫШ!
Пишу Вам письмо, а у самого сердце обливается кровью. Местное время 19,44. Любимая извини, что не смог с тобой проститься. Получилось так, что я самый ответственный офицер повез пакет. Да и сам не хотел, чтобы ты, моя дорогая, проливала слезы!
Да в принципе какие слезы. Приедут молодые, с ними веселей и я уйду на второй план, если совсем не сойду со сцены. Да ну ладно. Не будем выяснять отношения по этому письму. Это все бред, потому что я тебя люблю дорогая.
Но я сейчас очень далеко и воюю. Производили зачистку населенных пунктов. Бывает так, что допустим сегодня пьем пиво с утра, а в обед приезжает машина (БТР-80) и уходим на задание дней на пять-шесть, ну почти неделю. Ну как говорится, на войне как на войне!
Извини, я сейчас пишу пьяный, потеряли друга! Адрес мой на конверте.
До скорого, целую миллион раз. Скоро увидемся».
Писал он мне часто. Второе не сохранилось, привожу третье письмо.
«н. п. Ханкала
Здравствуй, моя любовь!
Застываю в низком поклоне возле вас, моя принцесса!
Как твое здоровье, делишки и детишки? У меня все нормально, кроме одного-сильно соскучился по тебе моя дорогая Танечка.
На днях ездил в Грозный поесть местных шашлыков, да и посмотреть на город, а именно, что от него осталось. Ну впечатления у меня очень сильные остались после этой поездки. Во- первых, без оружия ездить опасно. Во-вторых, можно на мине подорваться или фугасе, а мы на жигулях. В следующий раз только на БТР-80 и не меньше. Грозный весь в развалинах. Население в основном живет в подвалах и нижних этажах домов. Побывал на «знаменитой» площади «Минутка», посмотрел на руины президентского дворца. А вот в аулах стоят такие дворцы, что диву даешься, а еще говорят бедный чеченский народ.
Сегодня заступил в наряд по части, думаю, дай напишу письмецо своей любимой и ненаглядной Танечке.
Погода здесь жаркая. Вот уже как месяц прошел с моего приезда сюда, а дождь был пару раз. Сегодня в тени плюс сорок, а на солнечной стороне, наверное, и все пятьдесят.
Перед нарядом лег отдохнуть, то есть поспать, но не получилось. Одеяло и подушка горячие, в душ бегал через каждые полчаса.
Засыпая по ночам, часто вспоминаю тебя мой малыш! И засыпаю под колыбельную канонаду артиллерии. Это здесь называют: «Спокойной ночи, чеченский народ».
Дорогая, напиши, что тебе подарить на твой день рождения. Может быть я подъеду сам поздравить тебя с днем ангела, если комбат отпустит. Но все равно я к тебе приеду в этом году, если Танечка ты меня желаешь видеть.
Но вот, наверное, и все пока на сегодняшний день.
Пиши, жду ответа на мои письма.
Люблю, крепко обнимаю, горячо целую!
Привет Оле!
Еще раз целую!
Это были редкие случаи, когда он делился со мной своими мыслями, когда он еще был человеком. А может эта любовь была от страха? Ему нужен был надежный тыл, надежда, что согревала его сердце. Скорее всего так и было. Может тогда он думал, что любил, но потом выяснилось, что у него натура весьма переменчивая.
Ко Дню рождения он так и не приехал. Приехал Феликс почти через год- в первых числах мая. Год ждать я никак не подписывалась. Если бы знала сразу- ни за что бы не согласилась. Но я дала ему обещание ждать и порядочность, удерживала меня рядом с ним, а может и жалость. Сыграла свою роль и мать: «Видишь-как за тобой припадает». Согласилась я ждать с моря погоды. По крайней мере, он был, как и я, романтиком. Мы оба жили общей мечтой о счастливом будущем после разлуки. Мы доверяли друг другу. Хотели создать семью. В одном из писем впоследствии он писал, что чудом не погиб и сделал официальное предложение руки и сердца. А еще я мечтала уехать из этой дыры, мир повидать.
Все- таки после Жени Феликс казался лучше. Потому что приземленность первого, его расчетливость убивала меня. Я была очень молодой, хотела жить мечтами, мне нравилась возвышенная любовь Феликса. Весь третий курс прошел в ожидании, но был спокойным и безмятежным, кроме того, что дружба с Олей прервалась, причину она мне не назвала. Я много читала, наш достаток стал лучше. Мама крутилась как могла.
Наконец приехал Феликс с подарками. Я разрешила ему остановиться у нас. Он же ко мне приехал. Приехал без денег. Потерял паспорт. Все время ждал пополнения счета, но так до конца своего отпуска и не дождался. Мы с мамой деликатно молчали. Его сослуживцы, которые приехали с ним, сожалели о том, что я с ним. Он мот, ему нельзя пить, говорили мне, а также- раз он живет у вас, тащи его в ЗАГС, а то уедет и забудет о тебе.
Где-то через месяц его проживания у нас я испытала сильнейшее разочарование в нем. Даже в девятнадцать лет разглядела его безответственность и инфантильность. Сказал, что приехал жениться, но потерял документы. В Чечне ему оставался служить еще год. Я просто так его ждать не собиралась. Или я ему жена или нет. Он нас с мамой заверил, что приехал жениться, намерения у него самые серьезные. Однако в ЗАГСе нас расписать по справке, с которой он приехал вместо паспорта, отказались. Не помогла даже ложь о том, что я беременна. Я психанула, сказала: «Ты даже жениться на мне не можешь» и убежала. Дождь лил. Я бродила где-то не помню сколько. Потом вернулась на автобусную остановку, а он стоял и трогательно ждал меня с зонтом. Он мне как ребенку сказал тогда: «Не все может быть так как ты хочешь» Мне было девятнадцать, я не умела смиряться с поражениями. Я не хочу терпеть и ждать. Он добр ко мне. У него еще есть сердце. Он уже меньше чувствителен, но пока это его самого пугает. Я же еще не люблю его. Мне просто хотелось одеть колечко на пальчик, нравилось слово «жена», я настроилась на то, что сыграем свадьбу, пусть скромную.
Но дело было не в этом даже. Я увидела его несерьезность, неблагодарность, что не так уж он и любит меня. Уже перед его отъездом я испытывала настоящую злость по отношению к нему, и хотела прервать отношения. Эта была здравая мысль, просто озарение, жаль, что тогда не последовала ей. Я сожалела, что поторопилась и пустила его к себе жить, но его друг умудрялся все сглаживать, иначе мы бы точно расстались. От разрыва меня удерживало только то, что, если я с ним расстанусь, как в глаза людям буду смотреть. В те годы чужое мнение имело для меня решающее значение, а вовсе не мое счастье. Но злость и разочарование почти пересилили даже его. Я поняла, что поторопилась.
В состоянии гнева (вскоре после его отъезда) я уехала на практику в Находку в детский лагерь вожатой. Я могла не ехать, но хотелось заработать и лагерь хороший. Я уехала на три недели спустя неделю после отъезда Феликса. Там было очень холодно. Рядом Тихий ледяной океан. Я каждый день зачеркивала дни в календаре, так я хотела домой. Мне здесь не понравилось. В этом лагере я осознала, что педагогическая деятельность вовсе не мое призвание. Учитель дает знания только во вторую очередь, в первую он воспитатель или дрессировщик. Должен поддерживать среди учеников дисциплину, чтобы они не мешали давать им знания. Кроме того, впервые в жизни у меня появилось отвращение к пище. С моей коллегой вожатой мы постоянно ссорились. В свободное время я читала то что было под рукой и отчаянно хотела домой. Я впервые начала ценить свой дом, осознала, как хорошо дома. Думаю, я бы встретила потом другого парня и рассталась бы с Феликсом, но судьба распорядилась иначе. В лагере я поняла, что беременна.