Татьяна Рубцова – Добрые и сильные (страница 3)

Медведев подался к ней и подхватил резко обмякшее тело с беспомощно откинувшейся головой.

– Кто это? – приседая, спросил один из вошедших.

– Жена Сидоренко, – ответил Медведев, осторожно опуская тело женщины на пол и стараясь нащупать пульс на ее шее.

– Умерла что ли?

– Пульс бьётся, только слабо.

– Ее же… того…

– Изнасиловали… – подошел и присел еще один из приехавших. – Кровищи-то. И с пузом. Ну и дела.

– Подними ей голову, – сказал Медведев, отстраняясь, и сняв с себя куртку, свернул и положил на пол. – Клади теперь.

Другой парень снял с себя пиджак и прикрыл ей живот и ноги.

– Там, у сарая я одного подстрелил, его нашли? – Медведев поднялся.

– Нет.

– Надо искать. Он в наручниках, далеко не уйдет.

– Найдем, капитан, от нас не скроется.

– Егоров, останься, – сказал Медведев, направляясь к сеням.

– Есть, командир.

Капитан даже не обернулся, выходя из ставшего душным дома, в котором даже стены, казалось, давили на людей. А на поляну уже выруливала машина «Скорой помощи».

– Вот они, приползли, – сказал, выходя за Медведевым, один из его парней. – Могли бы и побыстрее.

Врач в серой короткой куртке направился прямо к дому.

– Где раненые? – спросил он.

– В доме.

Врач быстро поднялся на крыльцо, его догонял медбрат с чемоданчиком.

– А где наш подранок? – спросил Медведева парень, вставший рядом с ним.

– Я оставил его около сарая. Это был первый.

– Пошли, ребята, поищем.

Парни, все вместе пошли к сараю и стали рассматривать темную землю с еще более темными пятнами на ней.

– Сюда бы поисковую собаку.

– Хорошо бы. Но раз ее нет, сами будем нюхать землю.

Они, всматриваясь в землю, глядя по сторонам, стали продвигаться к лесу, а Медведев остался стоять на месте, хлопая по карманам брюк в поисках сигарет.

Из дома вышел медбрат.

– Неси носилки, – крикнул он, маша рукой.

Водитель «Скорой помощи» в одежде санитара быстро вышел из кабины, поднял заднюю дверцу, выкатил из салона носилки и, спустив их, покатил к крыльцу.

К удивлению Медведева, первым из дверей вынесли мужчину. Сергей Сидоренко, сжатый ремнями, неподвижно лежал, слегка повернув вбок голову.

– Он живой? – спросил Медведев, пристраиваясь и помогая спустить носилки с крыльца.

– Живой. Он потерпевший или…

– Сам не знаю.

– Будет сопровождающий?

– Пока нет. Хотя… Если поместится.

– Поместится.

– Егоров, поедешь в больницу, – крикнул в дверь, поднимаясь на крыльцо, Медведев.

– Слушаюсь, командир. Чуть что и сразу – Егоров. Фамилия у меня, что ли, запоминающаяся.

Медбрат с водителем быстро вернулись с теми же носилками, бесцеремонно отстраняя Медведева.

– Мы положили его сбоку, на кушетку. Кто его будет сопровождать?

– Я.

– Он.

– Будете придерживать его, чтобы не свалился.

– Слушаюсь. Я и токарь, я и плотник, я и лучший медработник.

Медведев заглянул было вовнутрь, но тут же отстранился. Из комнаты снова выкатывали носилки, теперь с женщиной, и ремни удерживали ее только у груди.

– Жить будет? – глядя в обращенное к небу бледное безжизненное лицо, спросил Медведев.

– Нет, – ответил врач, выходящий следом за носилками. Теперь уже он сам держал чемоданчик. – Разве только чудо случится. Она важный свидетель?

Медведев не ответил, продолжая смотреть.

– А к тому труповозку вызывайте, – сказал водитель, катя носилки к машине.

Последним из дома вышел Егоров, держа в руках кожаную куртку и свой пиджак.

– Вот, капитан, а я потопал.

– Иди.

Медведев, не глядя, взял куртку и стал одеваться, ища на ощупь рукава. Смотрел он, как врач и водитель захлопнули дверцу, как оба прошли, почти пробежали к кабине. С шумом захлопнулись дверцы, машина завелась, плюнула в землю черным дымом, дала задний ход и, легко развернувшись, взлетела по насыпи.

– А вот и наш фазан подранок.

Медведев обернулся на голос. Трое парней толкали перед собой хромающего, при каждом шаге почти падающего и волочившего за собой ногу человека со скованными за спиной руками.

– Он что ли? – зачем-то спросил один из оперативников в дешёвом китайском джинсовом костюме.

– Он, – Медведев отвернулся.

– Давай, топай, или беременную бабу легче насиловать, чем отвечать за свои поступки.

Человек: страшный, взлохмаченный и уже избитый – мрачно и упорно продвигался вперед своим неверным шаркающим шагом.

Глава 2

– Ну как, капитан? – поднялся из-за стола сорокалетний мужчина в мундире с приколотым к лацкану значком о высшем образовании.

Медведев, проходя к столу, бросил на него спортивную сумку, приблизился к мужчине и крепко пожал ему руку.

– Это? – кивнул тот на сумку.