Татьяна Романская – Мачо для стервы (страница 10)

Занятно. У него же своя машина, зачем фабриканту пользоваться услугами такси?

На мой недоуменный взгляд мужчина пояснил, что многим зажиточным и уважаемым жителям города предоставлен такой вот кредит. Доверия — в том числе. Счета приходят на дом, позже, и мистер Харрингтон их оплачивает.

Удобно.

Поблагодарив таксиста, мы двинулись по центральному бульвару куда глаза глядят.

Собственно, городок был крошечный, выбора у нас не так уж много. Одна аллея, на которой собрались почти все имеющиеся в Беллдере лавки — тут и булочная, и сапожная мастерская, и мясной ряд, и рыбный, и ателье, и готовая одежда — все вперемешку.

У детей — да и у меня с непривычки — разбежались глаза.

Тем более магазин игрушек здесь тоже был. Пусть и притаился за углом, не на центральной аллее. Но все дети городка, мне кажется, прекрасно осведомлены о его местонахождении. Вот и Джордж безошибочно потянул нас в нужную сторону.

Полюбовавшись на крошечный поезд, бегущий по замкнутому кругу рельсов, мы двинулись дальше.

Мелких, как ни странно, ничто не прельстило.

— Неужели ничего не понравилось? — уточнила на всякий случай.

Деньги у меня с собой были. И по моим меркам, немало. Мистер Харрингтон выдавал мне ежемесячно зарплату, достойную не то что няни — дворецкого. А тратить мне ее было некуда. Вот и накопилось постепенно.

— Нет, мой заяц лучше! — пискнула Виктория.

Ее брат неопределенно пожал плечами.

И до меня дошло.

Он боится пока что оставаться в замкнутых пространствах рядом с посторонними. Мало ли, магия вырвется из-под контроля. Он выдохся и неплохо себя контролирует. Но вдруг?

Я одобрительно кивнула, взяла за руки детей, и мы отправились гулять. Просто гулять, наслаждаясь осенним солнышком, неторопливо ползущим к горизонту.

Предчувствовала ли я что-то?

Совру, если скажу да.

Но где-то глубоко в подсознании еще с утра зудело невнятное беспокойство. Не просто так ноги сами свернули с центральной аллеи на дорогу, ведущую к фабрике.

Глава 8

Производство, принадлежащее ныне мистеру Харрингтону, основал его прадед. Фабричный комплекс включал в себя самые разнообразные цеха. Обработка древесины, ткачество, набивка, полировка — для всего этого нужны были работники.

А тем нужно было где-то жить. Так появился городок Беллдер.

Часть мастеров со временем заменили современные механизмы, которые как раз мне по должности положено было питать. Но служащие все равно остались в штате — ведь технику нужно обслуживать, поддерживать в приличном состоянии, следить за качеством продукта и прочее. Разве что переквалифицироваться пришлось.

Все это, только словами попроще, рассказала мне экономка. Мы иногда пересекались с ней по вечерам, когда дети уже спали, а мистер Харрингтон еще не вернулся домой. Миссис Хэйзел прониклась ко мне уважением, видя, как я целыми днями вожусь с малышами. Правда, про мой дар она не знала. Подозреваю, обнаружь она что я маг, нашим посиделкам с чаем на кухне быстро пришел бы конец.

Но пока что я, по примеру покойной миссис Харрингтон, наслаждалась иллюзией нормальной жизни.

От города к фабрике вела широкая дорога, гладкая и ухоженная. Вдоль трассы тянулась пешеходная часть, отделенная белым бортиком для безопасности движения. Похоже, именно так люди идут по утрам на работу.

Сейчас она пустовала. Транспорт с грузом ушел утром, а труженики заняты до семи вечера как минимум.

Дома на обочине становились все скромнее и приземистее. Богатые горожане предпочитали селиться подальше от источника шума и загрязнений. Все-таки, несмотря на современные технологии, отходов образовывалось немало. А мусор, пока его не вывезут, еще хранить где-то надо было. Как и отработанные энбрикеты, полироль, клей, краску и так далее. В общем, соседство не из приятных.

Зато земля дешевле. И, соответственно, жилье.

Малышня глазела по сторонам и упоенно лизала леденцы на палочках. Я взяла им по штучке в кондитерском отделе. Пообедали они хорошо, до ужина еще далеко, а поощрить ребят надо. Уже почти час ходим среди людей, и ничего.

— Зайдем, покажем вашему отцу, какие вы молодцы? — предложила детям. Те обрадованно закивали.

Их общение с мистером Харрингтоном обычно сводилось к скупым "доброутрам" за завтраком.

А потребность в любви и одобрении со стороны родителя никуда не девалась. Потому малейшую возможность порадовать отца — да просто с ним поговорить дольше, чем минуту — они воспринимали как праздник.

Меня же глодало некое мазохистское желание посмотреть на несостоявшееся место работы. Чтобы отчетливее и проникновеннее ценить нынешнее, после сравнения.

Забор, отделявший территорию фабрики от городской, высился метра на три. Не перепрыгнуть, и точно не заглянуть. Посторонних допускали лишь через ворота. А до них еще дойти надо.

Уже издалека стало ясно, что на фабрике что-то неладно.

У входа столпилась куча народу в серых робах — униформе.

Люди все прибывали.

Они галдели, показывали на что-то за кирпичной оградой, и выглядели встревоженными.

Насторожившись, я подошла ближе и лишь тогда разобрала невнятные возгласы:

— Пожар!

Вот только этого не хватало!

Я собиралась развернуться и увести детей от греха подальше, но Виктория вырвалась из моих рук и с воплем "Папа!" бросилась в сторону ворот.

Мне ничего не оставалось, как метнуться за ней. К счастью, успела перехватить девочку раньше, чем она забежала на территорию. Малышка брыкалась и кусалась, но я держала крепко.

И сама застыла столбом.

Фабричный комплекс гудел, как потревоженный улей.

У выхода собрались, оказывается, единицы. Большинство бегало с ведрами от центрального корпуса к дальнему строению в углу.

Все здания строились по одному проекту, различаясь лишь масштабами. Огромные арочные проемы, гладкие бетонные стены и плоская крыша. Странноватое сочетание, на мой взгляд, особенно учитывая, что стекла закрывали решетки. Почти как тюрьма, только вход свободный.

И одна из них сейчас полыхала. Дым клубился, просачиваясь через разбитые окна. Двустворчатые массивные двери распахнуты настежь, и внутрь пытаются заливать воду, но получается не очень.

Слишком сильное пламя, или что-то его питает.

Джордж вцепился в мою юбку и смотрел на пламя дикими глазами.

— Что здесь происходит? — растерянно пробормотала я.

И тут рвануло в соседнем здании.

Действительно рвануло. Не знаю уж, что именно там произошло — коротнул один из энблоков или же кто-то постарался и подложил взрывчатку, но загорелось внутри все очень бодро.

— Хорошо хоть там никого не было! — выдохнула топтавшаяся рядом со мной женщина в сером халате. Чистом и относительно новом.

— А где был? — уточнила я.

— Так мистер Харрингтон лично приходил инспектировать цех набивки. Кто же знал... — работница сокрушенно покачала головой, а я почувствовала, что у меня подкашиваются ноги. — Он как зашел, так и полыхнуло. У меня там подруга осталась, Марта. Трое детей, как они теперь будут-то, сиротинушки...

Дальше я не слушала.

Не только у неведомой Марты дети.

Мой спаситель, даровавший целые месяцы свободы, сейчас заперт в горящем здании! Я обязана что-то сделать!

Собственно, судя по всему, я единственная, кто может что-то сделать.

Ноги сами понесли меня вперед. Но не пройдя и трех шагов, я натолкнулась на неожиданное препятствие.

— Отойдите, мисс. Тут опасно. К тому же вы не сотрудница, — оттеснил меня подальше один из охранников. — Подождите за забором, а еще лучше идите домой. Нам только зевак не хватало.

— Мистер Харрингтон действительно там? — выдавила я пересохшим ртом.

— Да, но не переживайте, мы уже вызвали пожарных. Они едут.