Татьяна Ренсинк – Внезапная удача 2 (страница 30)

— Я займусь расследованием, — заметил Пётр приехавших на двор пару крестьян. — Вот и повозка, кстати… Отнесите… тело… туда… Отвезите их домой…

Только Алексей будто не слышал. Он не обращал внимания, как его друзья поднимали, как он, не выпуская из рук тело любимой, вскоре сидел в повозке, и та медленно везла его прочь от этого проклятого места… Только горе не уходило, а боль потери лишь росла…

Как выжил в душащей его душевной безжизненности, Алексей не знал… Оставаясь после похорон у могилы любимой, он не стал подниматься ни на уговоры, ни на попытки увести его домой. Сидя и ночь, и следующий день под начавшимся ливнем, Алексей плакал вместе с небом о своей потере, о своей тоске повернуть время вспять и не выпускать возлюбленную из рук никогда… Только бы жила, только бы была рядом…. только бы их счастье было с ними…. только бы не отнимали у них возможность жить и любить друг друга… Но судьба всё решала иначе, а соглашаться с нею Алексей не хотел…

Достав давно припрятанный за пазухой пистолет, он смотрел на свежий холм могилы перед собой, где под грудою цветов и земли была спрятана жестоко уничтоженная его любимая…. смысл жизни… Слёзы катились по щекам, душа изнывала всё больше, и ливню не удавалось смыть всё прочь, очистив жизнь от случившегося несчастья…

— Может это когда и случится, но не сейчас, — тихо молвил подошедший Пётр.

Он с силой выдернул из рук брата оружие, которое тот только хотел преподнести ко рту.

— Нет!!! — с надрывом после всех дней молчания вырвалось из груди Алексея.

Он пал на могилу любимой, желая откопать, желая то ли забрать её, то ли остаться там с нею, но схвативший брат не выпускал, и оттаскивал всё дальше и дальше…

У ворот кладбища, ожидая с каретой, стояли Николай и Антон. Они помогли усадить пытающегося врываться Алексея в экипаж и, не давая ему освободиться, увезли прочь.

Оставшийся у ворот кладбища Пётр смотрел им вслед и, поправив треуголку, кивнул:

— Хорошо, что жена уговорила остаться гостить подольше… Как всё порой случается… Но клянусь…. узнаю, кто убил, отомстим…. отомстим…

Глава — 48

Слыша шум дождя за окном, словно и природа сама плакала вместе с его душой, Алексей открыл глаза. Он лежал на постели, узнавая, что находится у себя в имении. Помня вновь и вновь гибель любимой, её обгоревшее тело, похороны — он через бессилие поднялся. Зеркало, в котором столкнулся со своим отражением, показало его жалкий вид…

Побритый, с ссадинами на лице, в чистой одежде — Алексей смотрел на себя и вспоминал, как друзья пытались вернуть его в жизнь, но всё казалось бесполезным. Алексей вновь пытался застрелиться, укрывшись ночью в кабинете. Однако и там следивший за ним брат помешал и увёл обратно в спальню, дав успокоительного.

Глядя на себя в зеркало, Алексей снова вспоминал, как стоял на могиле любимой с пистолетом, где так же пытался застрелиться, а голос брата, вошедшего в этот момент в комнату вновь повторил, как и тогда на кладбище:

— Может это когда и случится, но не сейчас.

Душа вновь наполнялась презрением ко всему и всем, ко всей жизни вообще. Алексей смотрел исподлобья на отражение брата в зеркале и молчал…

— Приехали твои дети… Дочь Елена, сын Алексей, которого вы успели усыновить с Софьей, — спокойно говорил тот. — Вот смысл… Ради них живи… А убийцу Софьи найдём…

Но Алексей молчал. То ли ему было всё равно и до детей, и до убийцы, то ли он даже не слышал, что брат сказал. Взгляд был далёким, хоть и пронзительным. Видя Алексея таким, Пётр подошёл ближе и захватил его в крепкие братские объятия. Он несколько раз его встряхнул, погладил, а Алексей зажмурился.

Сдержать слёз всё же не получилось ни у одного из них. Закрыв глаза, они ещё долго стояли так, а тихо появившаяся на пороге супруга Петра так же тихо удалилась. Она вернулась в комнату к детям, где те с Евдокией и Макаром играли, даже не подозревая о царившем в доме горе…

Вскоре туда же вошёл и Пётр, пропуская Алексея пройти вперёд. Множество трудностей мог бы Алексей ещё преодолеть, была бы Софья жива… Каждый понимал, и сам он знал всё это, глядя на играющих детей. Только всё же смысл жить не существовал. Жалея, что дети могут остаться одни, без его отцовской любви, Алексей опустился сесть в кресло.

Уставившись в пол и уже не поднимая взгляда ни на кого вокруг, он молча сидел ещё долго… Приходила новая ночь, тянулась и пропускала появиться новый день… Сколько ещё времени пролетело вот так, в пустых днях, когда Алексей просыпался, что-то через силу ел, смотрел на играющих детей, но так и молчал.

Его безжизненность Петру с супругой, живущим в его доме с момента гибели Софьи уже полгода, наблюдать становилось всё тяжелее. Тревога росла, а выхода из ситуации было не видно. Алексей же догадывался обо всём, но изменить своё состояние не мог. Потеряв смысл жизни с гибелью любимой, ему хотелось умереть, чтобы снова быть с нею, пусть и там…

— Ты бы тоже таким стал, если бы я погибла? — вопросила супруга Петра, а подошедший именно в тот момент к их комнате Алексей остановился за дверью.

— Да, конечно, любимая, — тут же ответил Пётр. — Я понимаю брата, переживаю вместе и оставить не могу.

— Я знаю, — вздохнула его супруга. — Но находиться здесь я уже не могу. Отец вот-вот приедет забрать нас. Он требует, чтобы вернулись. Боится за меня. Да и я по детям скучаю, а они по нам. Да и живот вот-вот виден будет… Тогда уже трудно будет перенести поездку домой. Рожать здесь не хотелось бы.

— Я тебе говорил, — склонился Пётр над сидевшей у окна возлюбленной. — Иона, милая, ты поедешь без меня. Уверен, твой отец поймёт меня. Мне предстоит вернуться во дворец. Дело об убийстве Софьи не ждёт, и я на верном пути. А там я приеду сразу домой.

— Значит…. одна, — кивнула с чувством разочарования Иона. — Понимаю всё, но без тебя… Как долго мне без тебя там жить? А если с тобой что случится?

— Ты знала, за кого замуж шла, — улыбнулся Пётр ласково. — Ну вспомни нас. Неужели есть ещё кто-то, кто поможет Алексею? Нет, — кивнул он, видя реакцию супруги, соглашающуюся с ним. — Вот видишь… Скоро, уверяю, приеду. Уверен, когда выведу на чистую воду преступников, Алексей начнёт возвращаться к жизни…. к детям.

Алексей слушал их, а соглашаться ни с чем не хотел. Удаляясь обратно, он снова ушёл в свою спальню, где лёг на кровать. Уставившись в потолок, он снова видел образ Софьи. Он снова шептал ей о любви, как раньше, звал вернуться, но… только воспоминания…. только боль…. одиночество…

Глава — 49

Снег нового года медленно падал крупными хлопьями. Почти всю землю накрыл тем утром, освежив двор новыми сугробами. Алексей смотрел из окна, словно презирал всё вокруг. Опять видя образ любимой, к которой так рвалась душа, он зажмурился.

Скорее зашторив окна, Алексей поспешил покинуть спальню. Одетый небрежно, не расчёсанный, он вбежал в комнату к детям и резко остановился, видя, как Александра делает знак быть потише. Он обратил внимание, что дети только-только были уложены в кроватки и сладко спали.

Александра хотела выйти с ним в коридор, как на пороге появилась Лиза. Она понимающе отступила и последовала с ними в гостиную, куда Александра привела:

— Я позабочусь о чае.

Она ушла, оставив Лизу с Алексеем наедине, и та не замедлила сразу встать к глазам поближе:

— До чего тебя довело горе, — её рука нежно коснулась его волос, стараясь уложить их более аккуратно, но Алексей отошёл подальше:

— Зачем Вы пришли?

— Я довольно часто прихожу справиться о тебе да детях. Переживаю не меньше за всё случившееся.

— Не знал, — усмехнулся Алексей с недоверием. — Зачем Вам вдруг понадобилось уделять нашему скромному семейству столь внимания?

— Да, — кивнула с грустью в глазах Лиза. — Выдали меня замуж поскорее, чтобы забыла тебя…. да не могу, как ни стараюсь.

Она медленно вновь подошла к нему и прикоснулась к плечам:

— Люблю тебя…. давно и больно… Детей твоих жалко, полюбила, как родных, пока навещала, пока тебе не до них… Хочу помочь, хочу быть всегда рядом, дать тебе любовь…

Алексей смотрел с насмешкой в ответ, а когда она замолчала, выдержал паузу. Лиза уже стала приближаться к его губам, чтобы поцеловать, как он произнёс:

— Никогда… Я останусь один с детьми… Останусь верен Софье…

— Но она мертва, — смотрела со слезами на глазах Лиза.

— Пусть, — усмехнулся снова Алексей. — Я дождусь, когда буду с нею. Потому прошу, — вздохнул он. — Уходите навсегда.

— Алёшенька, — хотела сделать новый шаг навстречу Лиза, но он указал рукой на дверь и крикнул:

— Вон!

Вздрогнув от подобной неожиданной с его стороны грубости, Лиза попятилась к двери. Ту уже открыла Александра, вернувшись в гостиную, но остановилась, наблюдая за происходящим…

— Зачем ты её сюда впускала? — воскликнул с раздражением Алексей, когда Лиза ушла.

— Прости, — развела руками та с сожалением. — Она всегда приходила, когда я была одна. Мне не всегда удавалось справиться с детьми одной. Ты знаешь, Иона уехала, Евдокия больная, Макар с нею сидит. Антон на службе, как и Пётр. Алёна сама на сносях.

— Нет, — отошёл он к окну. — Я не знал… И всё равно…. не впускать её сюда больше.

— Хорошо…. прости, — с жалостью молвила Александра.

Видя в окно примчавшегося всадника и узнав в нём брата, Алексей замолчал. Он смотрел, как вышедшая из дома Лиза резко остановилась перед Петром и тот, приподняв в приветствие треуголку, пронзительно смотрел ей в ответ… Будто что-то неладное творилось между ними, что-то отталкивающее обоих, но оба молча разошлись… Лиза уехала прочь в ожидающих её санях, а Пётр поспешил войти в дом.