Татьяна Ренсинк – Колумбина или... Возвращение голубков (страница 18)

— Да, — наполнилась она верой и даже немного успокоилась.

Пусть и переживал каждый за то, как Габриэла доберётся до Петербурга, до возлюбленного одна, но Петербург был уже совсем рядом. Это безумное поведение Габриэлы тоже каждый понимал. Любовь часто заставляет поступать иначе, не так, как планируется или хочется, а так — как зовёт поступить душа или сердце… Порой безумно, необдуманно, с ошибками…

Весна летит, и вслед за ней

Амуры с матерью своей.

В природе всё живится вновь:

Там средь кусточка

Два голубочка

Блажат любовь!

Семнадцать минуло мне лет,

Пустым казался весь мне свет;

Не знал Венеры я оков,

С презреньем видел

И ненавидел

Кого ж?.. Любовь!

Но Клою лишь узрел я раз,

Стал пленником её зараз;

Внезапный огнь зажёг всю кровь,

Узнал мученья

И утешенья,

Узнал любовь.

Ах! Кто с горы меня манит!

Не Клоя ль?.. Сердце всё дрожит,

Её то стан… её то бровь…

И цвет прекрасный…

К утехе страстной

Спеши, любовь!**

Иона пела, придерживая рядом с собой клетку с голубкой и её двумя птенцами. Тряска в карете мешала спокойно путешествовать. Тревога в душе и за Габриэлу, и за безопасное путешествие птиц не давала покоя, но хотелось верить в лучшее и Ионе, и её супругу, и сопровождающему их другу.

— Колумбина, — ласково улыбнулась Иона голубке. — Мы обязательно вернём тебя хозяйке. Она так тебя любит. Ты символ любви, дитя надежды на светлое. Да, — кивала она. — И детки твои такими будут. Они тоже будут нести в мир любовь и свет.

Голубка же спокойно сидела в клетке, словно всё понимала. Она обнимала под крыльями двух прижавших к ней с каждого бока птенцов и вера в лучшее побеждала. Сидевший рядом с Ионой Пётр нежно обнял любимую и встретил её счастливый взгляд… Да, пока они вместе, все неприятности победят…

* — М. В. Ломоносов.

** — Д. И. Вельяшев-Волынцев.

Глава 31

Петербург… Великая столица, с душой и красками, смесь различных обычаев, языков и нарядов. Однако этот город имел не настолько богатый вид и был довольно плохо застроен. Главные здания, храмы и дворцы сияли красотой, а частные постройки были зачастую двухэтажными, простой и часто деревянной наружности, с безвкусно украшенными фасадами и маленькими окнами…

Уже проехали район, другой, но ещё часто встречались пустыри. Вот, и знакомый деревянный мост через Неву к Васильевскому острову. Вот, и улицы, покрытые крупными булыжниками, по которым карету трясло ещё круче, чем по ухабистым дорогам.

Вечер медленно спускался на столицу, фонарщики стали суетиться с освещением, но и того было мало…

— А полиция здесь имеется? — вдруг спросил Тико, отвлекаясь от рассматривания Петербурга за окном почтовой кареты, в которой путешествовал с Ионой и Петром.

— Скудная, увы, — вздохнул Пётр. — Лёшка пишет, что недостаточно и людей, и навыков. Учить бы всех. В принципе, как и у нас в Швеции, с чем боремся.

— Да…. вот и разводится разгильдяев, воров да убийц, — кивал Тико, вновь разглядывая улицы, по которым проезжали. — Но как всё по-другому здесь. Всё равно не как в Европе.

— Да, — с гордостью улыбнулась Иона. — Русский дух не изжить!

— А император новый как? — поинтересовался Тико. — Пишут всякое.

— Время покажет, — пожала плечами Иона. — Однако государь столицей горд. Объезжает набережные и главные улицы каждый день!

— Да, — засмеялся вдруг Пётр. — Лёшка написал, как плохо бывает тем, чьи наряды или физиономия не понравятся ему. Все в экипажах и прохожие, все должны остановиться, если едет процессия государя. Многие, завидев приближение императора, разбегаются попросту в разные стороны. Однако некоторых удаётся словить полицейским драгунам и привести к государю. Не позволяет тот бояться.

— Строгий какой, — удивился Тико. — Не хотелось бы с ним пересекаться.

— Вот, — смеялся Пётр. — Ты уже и боишься!

— Мы не будем во дворце, — улыбалась Иона уверенно. — Мы едем к Алёшеньке с Софьей. Пусть пока без детей вышло, но хоть увидимся.

— Узнать ещё предстоит, где обитает сей барон Герцдорф, — задумался Тико. — Может, ваши родственники знают.

— Наверняка помогут, — был уверен и Пётр.

Радость очень скоро посетила каждого. Алексей и Софья были счастливы приезду дорогих гостей, хоть и расстроились от того, что случилось в дороге. Иона и Пётр за ужином рассказали о своих неприятных приключениях и были рады прочитать письмо, которое Алексей с Софьей получили из Швеции.

Родители заботятся о детях, там всё хорошо, хоть и не знают, как Иона с Петром и когда вернуться. Им тут же составили ответное письмо и отправили на почту…

— Что ж, — вздохнул Пётр расслабленно, когда слуга покинул дом в спешке передать конверт в отправку. — Осталось найти барона.

— Это не составит труда, — улыбнулся Алексей, стоя с ним у окна гостиной, откуда виден был двор и ворота дома, через которые спешивший слуга только что проехал верхом. — Если он человек столь знатный… Жаль, мало о нём известно. Но я наведу справки. Немедленно пошлю нужного человека разузнать.

— Благодарю, — улыбнулся Пётр в ответ. — В остальном, вижу, покой у вас настал долгожданный. Радостно видеть вас счастливыми. Семья. Детки.

— Зато у вас не без приключений всё же обходится, — добродушно засмеялся Алексей и обнял брата за плечи. — Идём к нашим любезным и твоему Тико, а то уж скоро на покой. Завтра будем знать, где сей барон обитает, да посетите его.

Этот вечер привнёс веру в успех и скорое благополучное возвращение в Швецию. К сожалению, гостить на этот раз вновь не выходило долго, но на будущий год сразу уговорились о встрече. Пётр и Иона обещали приехать сюда вновь уже с детьми и без приключений.

Оставшись в спальне, Иона поставила клетку с Колумбиной и птенцами на стол и улыбнулась:

— Сладких снов, голубки. Ещё немного, и будете дома.

— Интересно только в каком доме, — встал рядом Пётр. — Я весь в раздумьях о том, каким окажется сей барон. Габриэла уже наверняка с ним, если её никто не похитил.

— Думаю, да, с ним, — повернулась к любимому Иона и тут же попала в тепло объятий. — Не пугай меня похищениями! Я верю, что сама бежала. Я ей желаю и остаться с ним. Что может быть важнее жизни в любви? После здоровья. С детьми вот только трудно им будет…

— Наверное, ты права, — нежно провёл он по её заплетённым волосам и стал вытаскивать шпильки. — Разберёмся ещё во всём. А пока… мне сейчас нужна любовь… И тебе…

— Да, — чувственно прошептала она. — Продолжай…

Локоны её освобождались от причёски и падали на плечи, закрывая спину до пояса… Иона соблазнительно стала двигаться, медленно их расправляя и бросая игривый взгляд любимому. Пётр так и держал её в руках, прижимая всё жарче к себе, и с неудержимой страстью впился в губы поцелуем.

Снова этот вечер был их. Словно давно не были вместе… Опять и опять… Сладкое и чувственное посвящение друг другу, танец тел на двоих… и только их…

Глава 32 (барон…. сын…. Врангель…)

Хоть вся теперь природа дремлет,

Одна моя любовь не спит;