Татьяна Прохорова – Сердце. Том 1 Тени Прошлого (страница 9)

– Значит, они дураки и недоучки! Но она все-таки слишком большая и мне нужны мои камни, ведь, как ты верно заметил, я одна.

– Не говори так, они…

– Хочешь защищать тех, кто бросил дело на полпути? – Незнакомка тряхнула головой и вокруг нее замерцали искры. – Если бы ты знал, что в первую очередь важно отсечь тень от любой жизни, потому что она ею питается, то у тебя были бы шансы справиться с тем порождением самому.

– Наверное, они тоже чего-то не знали… – Он не мог объяснить, почему спорил, но и прекратить этот безумный диалог тоже не мог.

– Я и говорю, недоучки. – Она пожала плечами и отвернулась. – Влезли в то, в чем не разбирались, а оставшимся расхлебывать.

– У них не было времени! Тьма наступала, им пришлось разделиться, и…

– Разделиться? – она оборвала его и несколько мгновений смотрела на барьер, а потом спросила: – Умеешь замораживать?

– Замораживать?

– Ну да, создавать зону холода.

– Нет.

– Жаль, значит, будем полагаться на щит. Придется не легко, но, думаю, ты справишься.

–– Ты правда собираешься это сделать? Но если ты разрушишь барьер и не сможешь уничтожить то, что находится внутри?

–– Если хочешь отправиться домой, я пойму тебя.

– Я остаюсь. Ты спасла меня от смерти, даже хуже. Я твой должник. И даже если ты задумала пойти на смерть, то я не брошу тебя.

В ее взгляде появилось удивление. Неужели она действительно считала, что он сможет просто так взять и уехать?

– Я вернусь через час-два. – Девушка отошла от барьера, забралась на лошадь и ускакала наверх. Что там можно было отыскать? «Всех встречных обезвредить и казнить на месте», – в голове снова прозвучал напутственный голос магистра. Интересно, что он сейчас делал? И что предпримет, получив известия? Хотя слишком маловероятно, что деревенские доберутся до крепости раньше завтрашнего утра. Надо было взять зеркало и связаться с крепостью, запросить инструкцию, но Самуэль просто откинулся на спину и стал смотреть в синее небо.

***

Полдень уже миновал, но солнце было еще высоко. На горе раздался стук копыт. Его новая знакомая действительно возвращалась, и лицо ее было скорее задумчивым, чем сердитым.

– Может быть, хочешь перекусить? – Самуэль протянул ей кружку и кусок хлеба.

Она посмотрела удивленно и с недоверием, но взяла хлеб и присела рядом. Необычный наряд, золотистые глаза, в которые было страшно заглянуть. Кто она? Почему пришла на помощь? Вопросов скопилось слишком много, но задать их пока не получалось…

– Спасибо. – Незнакомка присела рядом и стала жевать.

– У тебя появилась идея, что сделать с тьмой за барьером?

– О да! – Она задрала голову к солнцу и улыбнулась. – Это будет очень увлекательно. Барьер еще не так плох, поэтому используем его как щит. Ты усилишь его, а я зайду внутрь и сожгу все дотла.

– Внутрь? – Самуэль задал вопрос и поймал себя на мысли, что последнее время просто повторяет ее последние слова.

– Это самый простой вариант. – Она пожала плечами и, глотнув воды из протянутой фляжки, встала, после чего направилась к коню, обняла его за шею и, хлопнув по спине, сказала: – Беги.

Конь заржал и поскакал вверх по склону. Девушка повернулась и, вероятно, увидев в глазах Самуэля вопрос, улыбнулась:

– Решила вернуть лошадь хозяину. – Она села на траву и развязала один из мешочков. В нем переливались солнечные зайчики, заключенные в яркие янтарные горошины. Девушка запустила руку в мешок, словно пытаясь ощупать каждую. – Знаешь размер барьера?

– Его можно обойти менее чем за полчаса неспешным шагом. В нем пятьдесят печатей примерно на одинаковом расстоянии друг от друга.

Амбер кивнула, положила на колени увесистый кожаный мешочек и засунула в него руку. Пальцы коснулись теплых камней, в которых отчетливо ощущалась сила. Вкладывать переполнявшие ее эмоции в янтарь она научилась в первый же год пребывания в академии. Сначала у нее получались мелкие зерна размером с горошину, но потом она научилась удерживать нужное состояние достаточно долго, и размер самоцветов возрос. Она была уверена в том, что найденного в тайнике янтаря ей хватит, а вот удастся ли сделать все так, как задумано? С другой стороны, отступить и оставить свой дом во власти мрака она все равно не могла. Интересно, сохранился ли фонтан… Амбер подошла к барьеру и положила на него руку. Внутри что-то зашевелилось, но как-то неспешно и вяло. Закричал ее неожиданный спутник. Хороший он все-таки парень, хотя и рыцарь, с другой стороны, что она знала про рыцарей, кроме того, что ей рассказали мальчишки? Она попробовала припомнить хоть что-то, но паладины, о которых она слышала, не имели никакого отношения к магии. Могли ли они просто объединиться с волшебниками? Но как и почему? Она тряхнула головой, возвращаясь к переливающейся стене перед собой. Барьер был простоват, хотя и надежен, если не использовать огонь, то прорваться практически невозможно.

– Что здесь было перед тем, как появился барьер? – Амбер напряженно смотрела на рыцаря и ждала ответ. Станет ли он тоже рассказывать про древнее зло, как и мальчишки? Был шанс, что паладин знал больше, тем более появился он тут явно неслучайно, но будет ли он об этом говорить?

– Когда светлые паладины пятьсот лет назад уничтожили тирана и освободили жителей княжества, темные колдуны, которые управляли всеми делами на самом деле, не хотели сдаваться, они подготовили…

Амбер посмотрела в небо и сжала в кулаке край платья. Она сразу понимала, что спрашивать бессмысленно, а сидевший перед ней рыцарь не виноват в том, что ему вбили в голову полную ерунду. Он искренне верил в то, что говорил, да и, похоже, был не плохим парнем. Только вот его слова были слишком далеки от того, что она знала и помнила… Владимир… Мог ли он предположить, что для потомков станет тираном?

– И вот когда светлый магистр решил дать шанс даже темным колдунам и прибыл к ним на переговоры на их землю с небольшим отрядом, на него вероломно напали. Колдуны во чтобы то ни стало хотели уничтожить орден и призвали на помощь тьму. Многие рыцари погибли, но оставшиеся сумели создать барьер и запечатать ее навеки. – Рыцарь замолчал и с явной опаской посмотрел на нее. Похоже, на лице слишком ярко проявилось все, что она думала о его рассказе…

– Ты веришь в то, что рассказал? – Амбер понимала, что спрашивать об этом бессмысленно. Больше всего на свете хотелось пойти и разнести эту светлую обитель на части. Янтаря хватит, чтобы сравнять с землей любую крепость, но вот потом можно и не уйти… Тогда тьма останется над ее домом на неопределенный срок. Нет, подобного нельзя допустить, тем более это единственное, что она могла сделать для своего дома и тех, кто оказался там внутри. Подарить покой земле. А крепость паладинов еще дождется своего часа, ведь умирать тут она не собиралась.

– Я вижу перед собой то, что скорее подтверждает эту историю. А ты знаешь другую? – говорил он медленнее, чем раньше, явно осторожно подбирая слова. Неужели она его напугала настолько сильно?

– Ладно, пора приниматься за дело.

Солнце уже садилось за лесом, когда она закончила. Она обошла барьер. На каждом шагу останавливалась, брала янтарную горошину, а иногда несколько, прикладывала руку к барьеру и пела. Янтарь непонятным образом проникал внутрь, оставлял за собой светящийся след и падал на землю, продолжая слегка светиться. Девушка отошла от барьера и, сев на траву, открыла второй мешок, а Самуэль понял, что до сих пор не знал даже ее имени.

– На это можно купить целый город! – слова вырвались у него раньше, чем он успел подумать, но он никогда не видел магических камней подобной величины в таком количестве. В ордене было несколько волшебных камней, которые берегли как реликвию давно ушедших времен. Их показывали во время обучения рыцарям. Он даже держал камень, наполненный силой, ощущал скрытое в нем волшебство, которое можно призвать себе на помощь, но никогда не слышал о тех, кто мог бы подобное создавать. Магистр говорил, что это наследие тех времен, когда волшебников было много, и они творили что хотели. Память об ушедшем могуществе и вседозволенности магов, которой орден положил конец. Столько камней в одном месте сразу – это было что-то непостижимое.

– А еще можно стереть город с лица земли, – девушка смотрела вдаль, но голос ее был серьезным.

Самуэль поежился. Он был уверен в том, что она не шутила, и в очередной раз подумал о том, что он совершенно не понимает ни кто же она такая, ни зачем ей уничтожать тьму за барьером. Личные счеты? Но это звучало слишком неправдоподобно. Картинка не складывалась, а он очень не любил это. Представить могущественную заморскую волшебницу, которая тайно ни с того ни с сего оказалась на запретной горе, да еще и с благими намерениями, было затруднительно, да и не слышал он о подобном волшебстве. Девушка тем временем продолжила:

– А еще можно зайти туда и вернуться обратно невредимым. – Она сжала в руке один из камней и, посмотрев на барьер, добавила голосом, от которого у него по спине пробежали мурашки: – Сегодня я выберу именно это. – Потом она отвернулась и сказала уже обычно: – Я пойду внутрь с восходом солнца. Ночь – время тьмы, а я устала. Советую тебе тоже отдохнуть.

***

Утренние лучи солнца выглянули прямо из-под лап Рысь-горы. Самуэль открыл глаза. Легкий свежий ветер обдувал лицо. Неужели он уснул и увидел сон… Самуэль сел и наткнулся взглядом на новую знакомую. Она стояла вплотную к барьеру и смотрела на солнце. Ее волосы развевались на ветру и искрились, на руках и шее появились плетеные украшения. И когда она только успела?