Татьяна Полунина – Любимый книжный. Беспокойный декабрь (страница 5)

А что взять с безмозглой дамочки, которая ночь не спала, да и не завтракала, судя по всему. Вот чаю налила, бутербродов наделала, а поесть не успела, подружку потеряла.

– И? – переспросила я, – а, идемте.

И я посеменила перед этим дядей Степой полиционером. Он, словно цапель, вышагивал сзади меня своими длинными ногами. Замыкал шествие молоденький лейтенант, который тихонько хихикал, глядя на меня и своего не выспавшегося старшего товарища.

Мы вышли из подъезда, я открыла своим ключом служебный вход и пригласила их войти.

– Как у вас все организовано, – пробормотал капитан.

– Все очень удобно, Степан Николаевич, – ответила я, – этот магазин принадлежал моему папе, я здесь выросла. А тетя Лена, хозяйка этой квартиры, переехала к дочери, вот я у нее и арендовала. Так что я практически живу в магазине.

Мы прошли в торговый зал.

– Лизочек, зарегистрируй, пожалуйста читателей на встречу в Перовым, – попросила я.

– Анечка Пална, – заулыбалась она, – приезжал курьер, привез билеты на презентацию. Так что можно не только регистрировать, но и сразу билеты отдать.

Лейтенант купил билет маме, а вот капитан оплатил сразу два. После этого мы распрощались, но дядя Степа напомнил мне, что, если через пару суток Машка не появится, надо прийти и написать заявление, а лучше позвонить ему. У меня в руке оказалась визитка – обычный прямоугольник плотной бумаги с номером телефона.

– Весеновский Степан Николаевич, – прочитала я вслух, когда полицейские удалились.

– А что случилось то? – встревоженно спросила Лиза.

– Ты пока никому не говори, – понизила я голос, – но Мария Вячеславовна куда-то пропала. А в ее комнате все перевернуто вверх дном. Но есть предположение, что она улетела в Турцию или Египет, а на нас свое хозяйство бросила.

– Ну пусть отдохнет, – подмигнула мне Лиза, – вы за прилавком постойте, а я витринами займусь.

– Спасибо, Лизочек, – улыбнулась я.

День прошел суматошно. К обычной рутине, покупателям, приемке товара, добавились новые дела. Приехали мастера, которые каждый год вешали новогодний декор на фасад нашего магазина. Лиза, а потом и Катерина украсили витрины, я заказала закуски для фуршета. Все же на свой страх и риск решила заказать не только печенье, но и кое-какие закуски. Билеты на встречу с Тихоном Перовым разлетались, как горячие пирожки, поэтому к вечеру свободных мест уже не осталось. На протяжении всего дня пыталась дозвониться до Машки, но безрезультатно.

Практически перед самым закрытием появился Тихон Перов. Он был так же прекрасен, как и вчера, несмотря на то, что сегодня он был в теплом синем бомбере с капюшоном, классических джинсах и ботинках. Он с широкой улыбкой направился ко мне.

– Добрый вечер, дорогая Анна.

Он протянул мне руку, а когда я подала свою, нагнулся и коснулся губами тыльной стороны моей ладони.

– Добрый вечер, Тихон, – приподняв бровь, ответила я, – что привело вас в столь поздний час? Мы уже закрываемся.

– Я пришел поздороваться с вами, – улыбнулся он, все еще не отпуская мою руку.

Вот странно как-то. Почему-то мне совсем не верилось, что я заинтересовала его, как женщина. Скорее всего его интерес вызван нашим сотрудничеством.

– Мы уже подготовили зал для встречи, – я показал рукой на еловые ветви и гирлянды, – заказали блюда для фуршета, и не поверите, билеты все проданы. Будет полный аншлаг!

– Честно говоря, – улыбнулся Тихон, – я хотел пригласить вас где-нибудь посидеть, чтобы поужинать, а потом проводить вас домой.

– Я как бы не планировала сегодня куда-то идти, – пожала я плечами.

– Может быть вы сделаете исключение и измените свои планы ради меня? – мягко улыбаясь.

– Анна Павловна, – раздался из-за книжного стеллажа голос Катерины, – вы идите, прогуляйтесь, я все закрою.

– Не волнуйся, Аня, все будет здесь хорошо, мы с Катей проконтролируем, – добавила улыбающаяся Любушка.

– Спасибо девочки, – ответила я, а потом обернувшись к Перову добавила, – а почему бы и … да.

Мы оба засмеялись. Я надела куртку, и мы вышли на улицу. Там уже было темно, в отличии от вчерашнего вечера, дождя не было, но был сильный ветер. На противоположной стороне улицы, там же, где и вчера, я увидела мужчину в куртке с капюшоном, и замерла в нерешительности.

– Что случилось, Анна Павловна? – насторожился Перов.

– Вот там у дерева стоит мужчина. Вчера он тоже там стоял, а еще заглядывал в окна после закрытия магазина, сильно меня напугал.

– Сейчас разберемся, – Перов резко развернулся и направился к наблюдателю.

Но, пока он переходил дорогу, мужчина исчез. Тихон вернулся ко мне, подставил руку, согнутую в локте, слегка наклонившись ко мне:

– Прошу, – с улыбкой сказал он.

– Благодарю, – я зацепилась рукой за его локоть, и мы пошли вдоль улицы.

Глава 5

Несмотря на то, что Тихон был ниже ростом, чем капитан Весеновский, ему все равно приходилось идти слегка склонившись. А ведь капитана я и под руку взять не смогу. Только за руку и скакать, как мячик, пытаясь не отстать от его длинных шагов. Вот почему мне эта мысль в голову пришла? Оно мне надо? Черствый сухарь, который отказался искать мою подругу. Зато билетики на встречу с известным писателем купил, целых два. Интересно, с кем он придет на презентацию? Посмотрим.

– Так куда направимся? – повторил свой вопрос Перов.

– Ой, простите, Тихон Альбертович, я немного задумалась.

– Давайте просто по имени, Анна, если вы не против? Я предлагал на выбор ресторан «Галерея» или небольшое, но уютное кафе «София».

Знаем мы эту Галерею. То есть не знаем, а видели и слышали. Готовят там вкусно, но до такой степени дорогое и пафосное место. А вот кафе София – очень уютное со своей изюминкой и вкуснейшими пирожными, но там можно было заказать и пиццу, и сэндвичи, и салат

– Для ресторана я не одета, – сказала я вслух, – так что давайте в «Софию», там очень приятная атмосфера.

Надо сказать, что популярность этого кафе не давала спокойно спать Машке. Она достаточно часто заходила туда, ела там с удовольствием, но постоянно искала какие-то огрехи и неправильности. А, положа руку на сердце, завидовала. Очень ей хотелось быть хозяйкой такого вот заведения. Я ей всегда говорила, что нет ничего невозможного, надо просто найти инвестора, подобрать отдельное помещение и решиться сделать первый шаг. У Машки же всегда находились какие-то отмазки и отговорки. А вот желания и зависть не проходили.

С этими мыслями я и вошла в кафе. Навстречу нам вышла сама хозяйка – Софа. Невысокого росточка, худенькая женщина лет сорока, расставив широко руки шла мне навстречу.

– Анечка, дорогая! Как я рада тебя видеть! Проходите! И вы молодой человек, не стесняйтесь!

Перов, широко улыбаясь, смотрел на нее.

– София Аркадьевна, вы меня не узнаете?

Женщина замерла, прислушиваясь к голосу, внимательным взглядом карих глаз окинула посетителя, задержалась на лице.

– Тихон! – просияла она, – да тебя и не узнать! Ты так изменился! Когда я видела тебя последний раз, ты был долговязым несуразным мальчишкой, а сейчас прямо представительный мужчина!

Мы стояли посреди зала, и на нас уже начали обращать внимание.

– А пойдемте-ка, я вас усажу за столик подальше от чужих глаз, а то не только я тебя узнала. Вон, дамочка какая-то телефончик достала, фотографировать собралась.

София подхватила нас обоих под руки и утащила в другой конец зала. Столик стоял несколько обособленно. От остальных посетителей нас отделяли «стены» из вьющихся растений, расположенных на резной перегородке. Официант сразу же принес нам меню, а хозяйка села с нами за столик и, радостно глядя на нас, сказала:

– Ну рассказывайте!

– А что рассказывать, – пожал плечами Перов, – пишу книги, издаюсь. Вот, вышел новый детектив. Мой агент предложил устроить встречи с читателями в разных городах нашей страны. Первая встреча в родном городе, в магазине Анечки.

Я внимательно посмотрела на него, услышав «Анечку», но ничего не сказала.

– И наконец то я с нею смог познакомиться, – улыбнулся Тихон, глядя на меня, – слышал о тебе каждый день от твоего отца, какая ты умница и красавица. А сейчас предоставилась такая возможность.

– Такая возможность у тебя была последние несколько лет, – заметила София, – Сразу Павел вспомнился. Как он вас обои любил! Так что это мы о грустном?

– Я с папой не часто общалась, когда училась в универе, – вздохнула я, – у него другие интересы были.

Я конечно же намекала на мачеху и ее дочь. Ведь папа умудрился девочку удочерить. Я, если честно, была на него тогда очень обижена. С другой стороны, он меня не бросал, помогал деньгами, настоял на продолжении учебы. Наверно, все дети немного эгоисты.

– Зря ты на него обижаешься, – вздохнула София, – он любил тебя больше всех на свете. И еще вот этого мальчика, – она кивнула на Тихона, – в браке с Мартой он быстро разочаровался, твою маму никто не смог ему заменить. Практически все время он проводил в магазине, от чего Марта бесилась еще больше, требуя закрыть его. А помещение сдавать в аренду. Они часто из-за этого ругались.

– Папа ничего такого никогда не рассказывал, – я не верила своим ушам.

Я все это время думала, что папа был счастлив во втором браке. А то, что Марта мне не нравилась, так же, как и ее отпрыск, было не моим делом.

– Так и есть, – кивнул Перов, – он практически все время проводил в магазине. А еще очень много рассказывал о тебе. У него в телефоне была куча твоих фотографий. Анют, он очень любил тебя.