Татьяна Панина – Время снимать маски (страница 39)

– Будет тебе уроком, малыш! – стрелок продолжал связывать ему запястья.

– Но у них никого нет, кроме меня! – взмолился тот, развернувшись. – И Санчо! – он кивнул в толпу. – У него жена вот-вот родит!

Шутер остановился и бросил взгляд по сторонам. Один из бандитов теребил шейный платок и переминался с ноги на ногу.

– Это все? Или есть ещё желающие высказаться?

После минутной паузы из притихшей компании выступил человек и подал Шутеру шляпу.

– Ты победил, приятель. Твое право решать, что с нами делать. А я уже давно хотел покончить с разбоями. Видно, пришло время. А Санчо… – он глянул на друга. – Санчо промахнулся, когда спутался с нами. Да, жаль девчонку…

– Берегись, Генри, – позже говорил Джей Купер, провожая глазами уходящих вдаль людей, оставшихся без коней, оружия и главаря. – Ты стал чересчур мягкосердечным.

Глава 38. Грешная душа

Шутер, верхом на коне, уже поравнялся с церковью и успел ступить на дорогу, ведущую к ранчо, как совсем рядом просвистела пуля и оставила отметину в каменной кладке стены. Неожиданный выстрел со стороны леса застал его врасплох. Не рискуя ехать дальше, он дернул поводья и повернул обратно в город. Кому понадобилось его убивать, было ясно без всяких рассуждений.

Пролетая мимо церковной двери, Шутер краем глаза заметил знакомую фигуру. Он быстро посмотрел назад, следуя любопытству, и в облаке поднявшейся пыли увидел, как Кэтлин шагнула на дорогу с поднятой рукой и что-то крикнула. Конь резко остановил движение, повинуясь команде седока, и развернулся, чтобы подвезти его ближе к церкви. Там Шутер спрыгнул на землю и, не мешкая, вошел внутрь. За ним поспешила женщина, но не успев открыть рот, наткнулась на горящий взгляд темных глаз.

– Теперь твой папаша начал на меня охоту?

Кэтлин опешила от еле сдерживаемой ярости, прозвучавшей в громких словах, а Шутер продолжил:

– Уж конечно, теперь он не упустит случая со мной разделаться. Ведь так? Поверь, дорогая моя, если бы не обещание, данное губернатору, то я давно бы избавился от этой гадюки!

– Генри!

– Гарет Прайс обречен! Если он не желает убраться добровольно, значит будет брошен в тюрьму и кончит на виселице, как только губернатор разберется в его темных делах. Запомни мои слова! Запомни и попытайся вразумить этого упрямого… Господи, да кому я объясняю?! – воскликнул Шутер, всплеснув руками, но тут же добавил: – Передай своему отцу, что дело его дрянь. Пусть собирает пожитки и сматывается, пока не поздно!

– Ты говоришь так, будто я в чем-то виновата! – не выдержала она.

– Да вы, мисс, сама невинность! – с сарказмом высказал он. – Жаль терять такую партию накануне свадьбы! – Он ткнул пальцем в ее плечо. – Запомни одно, Кэтлин Прайс: ты продалась! И продалась собственному отцу!

– Да как ты смеешь?!

– Или ты действительно хотела за меня выйти? Давай же, скажи! – он повысил голос и, сделав несколько шагов назад, вознес руки к потолку: – Время откровений! Мы в церкви, а тут не принято лгать!

Зеленые глаза заблестели.

– Я прав, – разочарованно произнес Шутер. – И прав был Бенито, когда говорил, что с вашим семейством лучше не связываться. А теперь старик мертв.

– И офицер тоже! – вставила она в негодовании.

– Ах да, офицер! Про него-то мы и забыли!

– Он всего лишь защищался, а ты взял и застрелил его! Зачем ты это сделал?

– Затем, что он такой же мерзавец, как твой отец! Или был им.

– Признайся, Генри Бланко, – с презрением сказала Кэтлин, – таким, как ты, просто нравится убивать! Вот и все объяснение.

Шутер почувствовал, как в груди что-то сжалось. Он не мог не ответить на ее вызов. И сейчас, находясь в церкви, ему было это особенно важно.

– Видит бог, – внезапно охрипшим голосом проговорил он, – когда придет моя очередь стоять перед небесными вратами, мне придется признаться в убийстве, но только лишь в одном… А сейчас… Прошло слишком много лет, чтобы о нем вспоминать.

На лице Кэтлин отразилось изумление.

– Много лет?! Ведь это случилось несколько дней назад!

Шутер засмеялся, и горький смех прокатился вдоль стен, как вихрь, едва не погасив свечи.

– Неужели ты веришь всему, что говорят в городе?

– Но ведь ты сам только что сказал!..

– Да, я застрелил его, – не раздумывая, ответил он. – Только офицер оказался слишком живучим и каким-то чудом выбрался с того света.

– Алан? – спросила она, будто не верила в реальность произнесенных им слов.

Отвернувшись, Шутер проследовал к лестнице, ведущей в комнату святого отца. Ему не было дела до того, что подумает Кэтлин. Сейчас его больше заботило отсутствие священника.

Шутер уже успел преодолеть десяток ступеней, как впереди показалась фигура в церковном облачении. Святой отец выглядел бледно и одной рукой опирался на стену, а каждый шаг отражался на лице болезненной гримасой.

– Что с вами? Позвать доктора?

– О нет, не стоит волноваться. Его услугами я уже воспользовался. Лучше помогите мне спуститься.

Они дошли до ближайшей скамьи, и Шутер помог ему сесть.

– Что произошло, отец? Вы выглядите так, будто только что упали с лошади.

– Уж лучше бы иметь дело с животным…

– Чем с кем? – с подозрением спросил Шутер, начиная догадываться о произошедшем.

Священник вздохнул и бросил взгляд в сторону, туда, где все ещё стояла Кэтлин, о чем-то глубоко задумавшись.

– Снова шериф? – мрачно произнес стрелок.

Тот помедлил, так как не хотел вызывать к себе жалости. Но собеседник всем своим видом требовал ответа.

– Как оказалось, у него довольно крепкая рука, особенно когда в ней находится кнут.

– Проклятье! – вырвалось у Шутера. – Он поплатится за это!

– Да будет так! Даже у Бога иногда заканчивается терпение. Скоро придет конец его бесчинствам. Слишком много дурных дел натворил в последнее время этот презренный человек.

– Что он хотел от вас?

– Денег, – просто ответил святой отец и пожал плечами. – Разве вы не слышали? Подобным образом шериф допросил всех наших мужчин и вот добрался до меня.

Шутер отвернулся, чтобы скрыть гнев. Что пришлось пережить людям, пока он преспокойно сидел в своем доме?! Он подверг опасности десятки жизней ради одной офицерской и даже ни разу не поинтересовался обстановкой в городе, упрямо отгородившись от всего мира. Снова промах. Куда бы ни пошел, что бы ни делал, всюду его вина! И, похоже, это никогда не закончится.

– Поднять руку на священника! Боюсь предположить, на что еще способен ее отец! – произнес Шутер в сердцах, оглянулся на Кэтлин и увидел, как она направилась к выходу. – Явиться в церковь после такого! Да в их семействе напрочь отсутствует понятие совести, скажу я вам! Вряд ли она приходила, чтобы извиниться.

Перед самой дверью женщина на секунду задержалась, быстро посмотрела на стрелка и, встретив его холодный взгляд, шагнула за порог.

– Рад, что вы ошибаетесь, – к удивлению Шутера сказал священник. – Эта грешная душа ещё может получить исцеление. О, не удивляйтесь так! Да-да, люди меняются. Кажется, однажды я уже говорил вам об этом.

Глава 39. Тайны и призраки

За окном давно стемнело. Молли с детьми отправилась спать. Майка все ещё не было. Он взял за привычку уходить по ночам, разведывая обстановку, незаметно пробирался мимо патруля и исчезал в темноте, и так же незаметно потом возвращался обратно. Однако сегодня он задерживался, вызывая у других беспокойство.

– Когда-нибудь мы покончим с этим, – проговорил Купер, откинувшись в кресле и выпуская струйку дыма в потолок.

– Мечтатель, – отозвался Шутер с соседней койки. – Из нашего болота уже не выбраться.

– Да? А ведь ты почти добился цели.

– Как видишь, меня затянуло обратно.

– Когда его величество губернатор соизволит приехать, сможешь начать заново. Он наткнулся на завал и водил хороводы по округе, пока не выбрался на ровную дорогу. Потом прямо посреди брода отвалилось колесо и охромела любимая лошадь. В общем, старик тот еще везунчик. К счастью, на наших петушков он уже не нарвется, – после небольшой паузы он продолжил. – Ты уже придумал, чем займешься?

Шутер промолчал.

– Есть у меня один знакомый. Таких скакунов разводит, что твоя кляча им в подмётки не годится. Могу посодействовать.

– Планы изменились, – только и ответил тот.