Татьяна Озерова – Ведьма повелителя драконов (страница 12)

Мужик заткнулся, полыхая на меня яростным взглядом.

— Я отвечу за тебя, — продолжила я. — Не имеешь. — Я обвела строгим взглядов хмурых мужчин и твёдро добавила: — Зато я имею право вообще ничего не продавать несколько лет. Когда возобновлю торговлю, представьте, насколько поднимутся цены.

Их единая стена дрогнула. Мужчины переглядывались. Многие сплёвывали, и уходили.

Я перевела дыхание. Надо возвращаться на озеро. Удовольствие от ярмарки и чудесного дня оказалось безнадёжно испорченным.

Если это то, о чём меня предупреждала Чернуша, то она была права. Ну их всех.

Хотя в целом я не жалела, что поехала. Я отлично провела время, многое узнала, заказов понабрала.

Я обвела взглядом мужчин. Расходились далеко не все. Большинство осталось стоять молчаливыми истуканами, задумчиво и хмуро рассматривая меня.

Это напрягало, но я была насчёт них спокойна. Сделать они мне физически ничего не смогут, меня защищала моя магия.

Максимум покричат, но ничего мне не сделают. Когда разойдутся, я заплачу Ларвину за возможность воспользоваться одним из его коней, и вернусь на озеро.

— Она сказала на озере, что браслет этого года в дар отдала, — раздался рядом знакомый голос со злыми издевательскими интонациями.

Я посмотрела в сторону. Рядом стоял Герлис — тот самый, который на озере заявил, что станет моим мужем. Рядом с ним стояла пятёрка вооружённых воинов, явно настроенных серьёзно.

Да и сам Герлис переоделся — вместо красной рубахи на нём была плотная кожаная броня, подчёркивающая сильное тело, тренированное явно в реальных боях. Его крупная рука поглаживала рукоять меча на поясе.

Меня поразила реакция других мужчин на него. Только что эти сгустки тестостерона были все из себя важные, прям самцы-самцы. А тут сдулись.

Для меня стало очевидно: Герлиса боялись. Почему я не расспросила у Ларвина, кто это такой?

Кстати о Ларвине. Я оглянулась на него. Стоял, переводя взгляд с одного на другого, но явно не собирался вмешиваться.

— Мы проведём другой аукцион, — голос Герлиса зазвучал громче, издевательски и жёстко. — Зачем нам браслет, когда такой лакомый кусочек можно взять в пользование? Сама спустилась с озера, сама предлагает себя на продажу. Смотрите какой товар! Одни сиськи и задница такие, что член колом в штанах, не говоря про всё остальное. А ведь она и артефактов своему хозяину наделать может. Чаще, чем раз в год.

Чувствуя, что одновременно холодею от и раскаляюсь от ярости, я обвела взглядом мужчин. Глянула на молчащего Ларвина, и снова на Герлиса.

Тот мерзко ухмылялся, поигрывал мускулами и в целом демонстрировал полный контроль над ситуацией.

— Девка хороша, — раздался густой голос из толпы, — я бы её по несколько раз на день заваливал. Всех своих прелестниц бы разогнал. Даже артефактов никаких из её рук не надо.

Я перевела взгляд на заговорившего. Рослый, крепкий, с рыжей бородой, в дорогом узорчатом плаще с мехом на плечах. В его руке был обнажённый меч, а за его спиной два таких же рослых воина, готовых драться прямо сейчас.

— Ты бы разогнал своих девок, — вышел вперёд ещё один, тоже здоровый, поигрывающий жилистыми пальцами по рукояти меча в ножнах на поясе, — а я бы сразу взял в жёны. Мастерица, выходи за меня замуж. Всех этих волков от тебя отгоню. Сам не трону. Только если сама захочешь.

Пока я пыталась понять, как мне выйти из этой ситуации, обстановка накалялась.

Раздавались всё новые и новые сильные уверенные голоса. Предложения звучали разной степени наглости и пристойности. Но суть была одна. Меня хотели забрать себе, кто сразу замуж, а кто в свой гарем для постельных утех.

Причём мои артефакты особо никого не интересовали. Их интересовала я, в качестве жены и постельной игрушки.

Слушая всё это, я стояла, скрестив руки на груди. Соображала, как я могу выйти из этой ситуации.

В целом, ничего такого уж страшного не происходит. Даже Герлис, хоть и стоял близко, а тронуть не пытался — помнил, как его отшвырнуло от меня.

Я была спокойна. Даже если бы озёрная магия бы не действовала здесь, в городке, у меня было с собой достаточно сюрпризов, начиная с занятных колечек на пальцах, заканчивая браслетами и кулонами.

Перед тем, как отправиться в городок, я подготовилась, и точно знала, что делать, если меня попробуют силой хватать. Пожалеют, что связались со мной.

Похоже, что мои скрещенные руки и в целом скептическое выражение лица, произвели впечатление.

Фразы об аукционе и том, что меня бы завалили, забрали, и вообще купили — стихли.

В мужской перепалке всё пошло иначе. Похоже, что теперь все пытались мне набиться если не в мужья, то хотя бы в любовники.

Говорившие называли себя, величину гильдий и славу родов, которые возглавляли. Расхваливали богатство, влияние, сколько войск, и прочее и прочее.

Пока мужчины занимались тем, что мерялись величиной своих достоинств, уже и про меня позабыв, я села и стала складывать артефакты. Пока не знаю, когда у меня отсюда получится свалить, но оставаться здесь я больше не собиралась.

Когда я складывала с помощью щипцов мелкие браслеты и кольца в шкатулку, рядом со мной раздался голос Герлиса.

— Я тебя уведу отсюда, — пялясь на меня лихорадочно сверкающими глазами, тихо сказал он. — Я не прав был на озере. Не следовало мне забирать твои решения. Все они твои, я согласен. Реши сейчас идти со мной. Я доведу тебя назад, на твоё озеро. Никто тебя не тронет больше. И я не трону. Пойдёшь?

Я не ответила и продолжила собирать щипцами мелочёвку в шкатулку.

Герлис снова заговорил, то ли угрожая, то ли убеждая, то ли умоляя. Я не слушала.

Внезапно грохот мужских голосов стих. Воцарилась полная тишина.

Я озадаченно подняла голову.

Все эти разгорячённые мужчины отхлынули от моего стола, образовав полукруг. Молчали и пялились на тот самый браслет — на широком запястье повелителя драконов.

.

.

Глава 14. Дар

Я и сама пялилась на этот браслет, невольно отмечая, что если кому его и носить, то именно повелителю.

Уж больно гармонично эта во всех отношения непростая штукенция смотрелась на этом во всех отношениях выдающемся образце доминирующей мужественности.

От браслета мой взгляд поневоле потянулся вверх. По мощному телу, по кожаной броне с неброским изысканным узором, пока не упёрся в глаза с вертикальными зрачками.

Лицо повелителя было бесстрастно, только брови слегка сведены, а глаза прищурены.

Непонятно было, от чего, от гнева или день ярковат.

И снова по моему телу пробежала дрожь. Я стиснула бёдра от жаркой волны, зародившейся внизу живота и хлынувшей по венам.

Повелитель смотрел на меня неотрывно, скользил взглядом по лицу, задерживался на губах, спускался на грудь, и снова поднимался на губы. А мне всё сильнее хотелось, чтобы он отбросил в сторону стол, шагнул ко мне.

Как тогда, на озере, или у себя в спальне, прижал властной ладонью мою поясницу, вдавил меня в своё жёсткое рельефное тело, а ещё… до тьмы в глазах я хотела ощутить его губы на своих губах.

Повелитель медленно перевёл взгляд на Ларвина рядом со мной. Тот тут же поклонился, попрощался со мной и… ушёл.

Эээ… А ничего, что он должен был помочь мне вернуться на озеро?

Повелитель повернул голову в сторону. От этого его неторопливо-хищного движения все, кто был из мужчин рядом, только что так громко возмущавшихся… как один отхлынули, отступили на шаг.

Я с тоской наблюдала, как всё вокруг пустеет. Даже те, кто торговал рядом со мной, вставали и уходили с торговой улицы, где стоял мой стол, заворачивая за угол.

Понятно. Решили переждать рядом с таверной. Ярмарка большая. Найдётся, чем заняться, пока повелитель драконов разберётся с ведьмой.

На меня накатила злость. Или ведьма разберётся с повелителем драконов.

Я приветливо улыбнулась.

— Доброго дня, повелитель, — я встала, почтительно поклонилась, — интересуют другие мои товары?

— Да товары интересуют, — сказал он своим низким сильным голосом. — Ещё больше интересует другое. Я посылал за тобой. Почему не пошла?

Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула, чтобы обуздать дикую вспышку ярости. Хотя казалось бы, с чего бы мне так сильно злиться. Да с того! Посылал он за мной. Просто ррр…

— Заскальные ведьмы не покидают своё озеро, — улыбаясь шире и пристально глядя на него, вкрадчиво ответила я.

Повелитель сделал несколько шагов в сторону, вдоль моего стола, а потом обратно.

Точно как свирепый тигр перед жертвой, которую пока не знает, как из-за неожиданной преграды достать.

Это движение оказалось настолько неспешно-естественным, хищно-грациозным, преисполненным гармоничной грации и силы, что у меня — очередная горячая волна по телу, и досадливо закушенная губа.