Татьяна Озерова – Невеста верховного мага (страница 35)

Я перевела взгляд на короля. Несмотря на то, что я не видела его два месяца, меня придавило его властной силой, едва я вошла в комнату.

Теодоро был одет легко, тёмно-синий походный костюм плотно обхватывал его высокое мощное тело, белоснежные волосы доходили до плеч, мужественное лицо хмурилось, чувственные губы были поджаты.

Я осознала, что смотрю на губы короля и представляю, как властно они накроют мои губы. Почему-то я была уверена, что целуется он жёстко и умело. Я перехватила пытливый взгляд Теодоро, он понимающе мне улыбнулся.

Дарио резко встал, глядя то на меня, то на короля. Судя по стремительно мрачнеющему лицу Дарио, он увидел мой взгляд и догадался, о чём я подумала.

— Сила Истока, — мягко сказал Теодоро, в его голосе мелькнуло сочувствие. — Кровь невесты уже заговорила. Тебе придётся принять этот факт.

Король бросил взгляд на меня и продолжил с напором втолковывать Дарио:

— Невесту тянет к сильнейшему стихийному магу. Сила в её крови заговорила, невеста не может противиться зову Истока. И в тебе, брат, сейчас говорит лишь Исток. Печать брака уже треснула, в гроте мы лишь завершим обряд.

Теодоро указал рукой на меня и злобно рявкнул:

— Посмотри на неё. Всё уже началось! Эмоции стираются, лицо каменеет, всё как всегда!

Я хотела возмутиться, но не смогла произнести ни слова. Я будто заледенела. Ни поднять бровь, ни закричать, ни улыбнуться.

Теодоро опёрся обеими руками на стол Дарио.

— Дар, ты же знаешь. Ты же всё понимаешь! Потерпишь неделю, и всё! Ты забудешь её, станешь полностью равнодушным! И Велия примет нового мужа с тем же пылом, как и предыдущего.

Дарио молчал, а король продолжал втолковывать:

— Ты всю жизнь это видишь, Дар! Сотни невест, со всеми одно и то же! Тысячи, сотни тысяч невест до нас. Ты не вылезаешь из древних трактатов, ты знаешь, всегда одно и то же. Нет исключений, Дарио!

— Тео, я знаю, — устало сказал Дарио. — Но и ты знай. Я всё равно буду требовать.

— Твоё право.

Король достал три пергамента с тёмно-синими печатями и протянул нам.

Я безучастно смотрела на Дарио, он пытливо рассматривал меня и медлил. Вся его поза источала напряжение, кулаки разжимались и сжимались, на челюстях играли желваки. Теодоро стоял молча, нарочито расслабленно, и продолжал протягивать ему пергамент.

Дарио обошёл стол и встал напротив короля.

— Я не буду делать глупостей и не пойду против тебя, — сказал он королю. — Люди не виноваты в том, что происходит. Ты ведь поэтому сейчас со мной говоришь?

Король вскинул брови, и Дарио пояснил:

— Я слишком хорошо тебя знаю, Тео. Если бы ты был уверен в том, что говоришь, уже бы держал Велию на плече. А меня бы отравил, чтобы поспал пару суток, — Дарио кивнул на стол с пустыми чашками с остатками виноградного взвара на донышках.

Теодоро усмехнулся:

— Продолжай, твои умозаключения весьма интересны.

— Ты не уверен в том, что говоришь, Тео, — с непреклонной убеждённостью сказал Дарио, — ты сомневаешься, что Велия поведёт себя как остальные невесты. И ты не можешь просчитать меня. Более того. Ты не можешь игнорировать меня. Кто как не ты знаешь, что если я откажусь, королевство утонет в крови, но Велия останется со мной.

— Я говорю с тобой, Дарио, — так же твёрдо ответил король, — потому что знаю, что ты не будешь губить жизни из-за того, что у тебя шевелится в штанах. Учитывая, что через неделю зуд пройдёт, и ты сможешь брать любую в королевстве, как это было до брака.

— Это не зуд, Тео, — процедил Дарио, — впрочем, тебе бесполезно объяснять, не будем тратить время. Но ты прав. Если мы сейчас не договоримся, через три дня половина населения королевства будет мертва. А выжившая половина будет им завидовать.

— Всё так и будет, Дарио, — хмыкнул король. — Маги перебьют друг друга, потому что теперь оставлять себе жён и отбирать чужих невест будет можно, раз самому верховному магу закон не указ. А заодно добьют тех, кто попробует им помешать. Океан затопит территории без защитников. Между делом, воспользовавшись смутой, порезвятся чёрные колдуны, пытаясь жертвоприношениями задобрить океан. Я всё прекрасно понимаю. И сейчас с тобой говорю именно поэтому.

— Вот что, брат, — сказал, подумав, Дарио. — Мы пойдём сейчас в грот, ты расторгнешь наш брак, а я проведу обряд для тебя. Я признаю твоё право короля владеть королевством и остаюсь верным тебе. И не буду противиться воле и законам Истока.

Теодоро облегчённо перевёл дыхание, что не укрылось от меня, настолько внимательно, несмотря на оцепенение, я следила за двумя мужчинами, владеющими судьбой королевства, от чьих решений зависело столько жизней.

Верховный маг жёстко посмотрел на короля:

— Но у меня условие.

— Говори.

— Ты дашь Велии время освоиться в новом статусе.

Король прищурился.

— Поясни.

— Исток даёт неделю, чтобы невеста привыкла к новому мужу. Ты же, Тео, не будешь консумировать брак две недели.

Король вздёрнул брови, а Дарио с нажимом сказал:

— Формально закон будет соблюден: полгода прошло, невесту передали, это всех устроит. А вот насчёт консумации, Тео, мне плевать, как ты будешь разбираться с другими стихийниками, у тебя есть способы надавить на особо резвых, разберёшься. Но ты дашь Велии время решить самой. И даже спустя две недели не будешь брать её против её воли. Только, если сама захочет.

Теодоро покосился на меня, по его красивым губам скользнула уверенная улыбка.

— Идёт. Но и у меня условия. Ты, Дарио, держишься подальше от дворца. Что касается стихийных магов, ты прав, я с ними разберусь.

Дарио бросил на меня нечитаемый взгляд и протянул руку королю. Когда они пожали руки, вокруг них вспыхнуло и тут же погасло голубоватое свечение.

— Не будем терять время, — заявил Теодоро.

Король подошёл ко мне, по хозяйски взял мою руку и вложил в неё пергамент. Я смотрела на то, как его большой палец погладил при этом мою ладонь, и впервые не нашла в себе желания отстраниться.

— Не оттягивай неизбежное, красавица, — ласково сказал Теодоро, возвышаясь со мной рядом, и распорядился: — ломай печать.

Глава 35. Дарио. Грот

Все мы правы.

Я прав. Ты прав, Тео. Исток прав.

Все правы, но легче не становится.

В гроте Истока пахло сыростью, плесенью и болотом. Я шагнул вперёд и повёл рукой: огоньки пламени пролетели по залу, зажигая оплывшие свечи, расставленные по полу и на стенах грота.

— Выглядит и пахнет так, будто с нашего бракосочетания сюда никто не спускался, — упрекнул я.

— Позавчера спускался сюда, — озадаченно ответил Тео, оглядываясь. — Был полный порядок, даже лилиями с северного побережья пахло.

Я старательно отводил взгляд от Велии, занимая себя уборкой в гроте: прогнал мусор воздушными потоками, пустил ветерок по залу, разгоняя спёртый воздух.

— Вроде получше, — сказал Тео. — Давай начинать.

Кивнув, я посмотрел на Велию. Она всё ещё была в тёплых сапогах и зимней одежде после прогулки по горным тропам вокруг замка, но обхватила себя руками, будто мёрзла, несмотря на тёплый воздух в гроте.

Велия смотрела прямо перед собой с отсутствующим выражением на лице и оцепеневшим видом, который так раздражал меня в ней полгода назад после испытания.

За последнее время я так привык к ней, живой, весёлой, яркой. Видеть снова тупое и безвольное лицо невесты казалось невыносимым.

Я насмотрелся на невест Истока. У всех такой вид. Тупой и безучастный, как у куклы. Подходи стихийный маг, бери за руку, и веди в постель — сила Истока в её крови откликнется на твою силу, невеста будет с тобой покорна и нежна.

Когда же Исток решит, что вы, как пара, бесполезны, она будет покорна и нежна с другим стихийным магом.

Тео смотрел на меня с затаённым сочувствием и не торопил. Я видел это самое сочувствие в его глазах, злился, но был благодарен. Мне в самом деле нужно время осознать и принять.

Мы знали, что так будет. Каждый стихийный маг знает. Поэтому брат и не женился до сих пор. Поэтому и я не решался называть кого-то своей.

Слишком много невест мы видели. Каждый раз эта безвольная покорность мужчине со стихийной силой. С силой Истока.

На что я рассчитывал, когда предъявил права на этот брак?

Когда поднял Велию из воды после испытания, и чувствовал, что она прижалась ко мне, будто к единственному во всём мире?

На что я рассчитывал? Знал же, что она — не моя.