Татьяна Озерова – Невеста верховного мага (страница 37)

Только вот я не хотел возвращаться к прежней жизни.

Я хотел вернуть Велию.

Теперь в ней я видел прежнюю жизнь. Единственную жизнь, которой имело смысл жить.

Припомнился ещё один разговор с Велией, уже в горном замке. Я тогда вернулся с работ по восстановлению замка Адруно — был очередной удар океана, замок накрыло волной, но маги смогли заставить воду отступить в прежние пределы. Холода близились, меня попросили помочь, чтобы ускорить работы.

Разговор со стихией земли всегда давался мне нелегко. Маги Адруно перемещали по воздуху валуны и выставляли их друг на друга, и я чуть не надорвался, сплавляя песок и скрепляя стену. Маги сменяли друг друга, а я работал без перерывов, разрешив себе уйти лишь тогда, когда стена была закончена.

Устал я тогда жутко. Отменил все дела и поспешил домой. Думал, отосплюсь, но ноги сами понесли меня к горному ручью.

Было заполдень, в это время Велия всегда гуляла там. Бросив взгляд на стражников, неприметными тенями стоявших у деревьев и на скале, я одобрительно им кивнул и приблизился к жене.

Велия поднимала камешки и кидала их в ручей. Улыбнулась широко, увидев меня, подбежала и прижалась, крепко обняв за пояс.

Сердце, как всегда, застучало сильнее.

Люблю вспоминать этот момент. Как прижимал к себе, как накатывала нежность и радость, что ждала.

— О чём ты думала? — спросил я тогда.

— Ты будешь сердиться, если расскажу.

Я рассмеялся, немного отстранился, приподнимая её лицо за подбородок и вглядываясь в озорные ярко-голубые глаза.

— Опять о красно-черных книгах?

Она широко улыбнулась и потянулась за поцелуем. Я помедлил, любуясь дивным зрелищем: прикрытые глаза, разомкнутые пухлые губы, предвкушающая улыбка.

И поцеловал. Она сплела свой язычок с моим, отдаваясь моему напору, отвечая на мою страсть. Я замедлился и наслаждался её губами, тем, как она принимает меня и тянется ко мне.

Я с трудом отстранился и спросил:

— Так что там в красно-чёрных книгах?

И не сдержал улыбку оттого, как она поморщилась.

— Тебя не сбить с толку, верховный маг?

Я поднял её на руки и сел на соседний валун, удобно устраивая её на коленях.

— Верховный маг хочет узнать ответ.

Велия прижалась ко мне и затеребила ткань моего рукава.

— Тот стих, Дарио. Который мне показал Теодоро.

Я поморщился от того, что она назвала короля по имени, но она не заметила, разглядывая воду ручья.

— Но терзаем источник забвеньем. Одиночеством, жаждой мужскою. Плод любви лишь подарит покой. От невесты, чей волос как пена. И наследника магов стихий. Утолит вековечную жажду истока плод любви от невесты стихийному магу. Лишь вдвоём скажут слово они океану и вернут королевству покой.

— Наизусть запомнила. Что тебя смущает?

— Теодоро прав, здесь не сходится. Речь про наследника и невесту и плод любви. Это трактуют как то, что невеста и стихийный маг родят наследника, это и будет плод любви. Но почему плод любви должен утолять мужскую жажду источника? И вдвоём это кто? У меня болит голова уже, я столько об этом думаю.

Я прижал её крепче.

— Не ты одна об этом думаешь, Велия. Мы с Тео голову в своё время поломали, и до сих пор ищем ответ. Безрезультатно. Мать с отцом много ругались и спорили из-за этого стиха перед гибелью. Кармилла настаивала, чтобы идти с ним вдвоём говорить с океаном.

Велия замерла, я чувствовал, что она даже дышать стала медленнее, вслушиваясь в мои слова. Я погладил её по волосам и стал рассказывать дальше:

— Отец ругался и запер её в замке. В матери проснулась магия, она вышибла сначала дверь в покоях, затем разворотила стену в кабинет короля. Всех, кто пытался её остановить, включая меня с братом, отшвыривала воздушными потоками.

Велия погладила меня по руке, и я признался:

— Это было очень страшно, Велия. Мы с Теодоро в шестнадцать и семнадцать были уже серьёзными магами. Но она взмахнула рукой, и мы отлетели от неё как бумажки. В кабинете Кармилла взяла свиток и переместилась прямо к волне, против которой стоял король со своими магами. Что дальше произошло мы не знаем, только то, что всех защитников и земли поглотил океан.

— Мне страшно, Дарио, — прошептала тогда Велия и прижалась ко мне.

Это воспоминание не шло из головы. Я крутил этот разговор так и эдак, карабкаясь по крутой тропе, а затем взбираясь на скалу.

Наконец, я вышел на вершину, глядя на горный замок. Вдали темнел ручей, возле которого я держал её тогда на коленях и гладил по волосам.

— Не отдавай меня, Дарио. Пожалуйста, — попросила она тогда.

Я смотрел на ручей и замок, а видел переполненные болью и ненавистью глаза Велии, когда её уводил из грота король.

Невеста Истока не может ничего чувствовать. Я был полностью уверен в этом. Как и Тео. Да мы и видели это оба. Теодоро проверял её всё время. Она отзывалась его стихийной силе. И это безучастное лицо во время обряда.

Я снова и снова убеждал себя, что она ничего не чувствовала.

Велия, ну как же так! Девочка моя, слова согласия же не просто так. У тебя же было право отказа. Если ты чувствовала, почему согласилась?

— Не отдавай меня, Дарио, — сказала она тогда.

Осознание своей ошибки обрушилось на меня, я сжал кулаки, а за спиной послышался грохот камней.

Я обернулся.

Такими темпами океану не потребуется разрушать королевство, его сравняет с землёй обезумевший от тоски и боли верховный маг.

Я смотрел, как рассыпается гора, как превращаются в пыль деревья и валуны от выплеска моей силы, и наконец-то знал, что делать дальше.

Исток довольно зажурчал мне на ухо, и я мысленно кивнул.

Теперь я точно знал, что надо делать.

Глава 37. Велия. Лимон

Я встала, отодвинула стул и отступила назад, чтобы оказаться подальше от короля. Успела сделать только шаг, но он схватил меня за талию и усадил на стол.

Через пару мгновений я осознала: юбка моего длинного скромного платья задрана, король прижимается животом к моему животу, расположившись между раскрытых ног. Косынка, которой я прикрывала волосы, полетела в сторону.

Я задрожала в кольце его могучих рук, упираясь носом в ворот тёмно-синего камзола, расшитого серебряными нитями. Сильные пальцы короля расплели пучок волос, и длинные пряди тяжелой волной рассыпались по моим плечам.

Король прижал меня к себе, зарывшись руками в волосы, придавливая к своему мощному высокому телу, а я задыхалась, пытаясь понять, что же я на самом деле чувствую.

— Велия, двенадцать дней ты моя жена, но всё так же холодна ко мне, — прошептал он, поглаживая меня по спине. — Не бойся меня. Я не буду брать тебя силой. Не Буду. И не потому, что обещал брату.

Попили, называется, лимонный взвар. Я читала в библиотеке, когда он зашёл с подносом, заявив, что помнит про мою нелюбовь к винограду, и предложил попробовать лимон.

Мы перекинулись всего парой фраз. Все эти дни после обряда он был подчёркнуто учтив, только бросал жаркие взгляды и за руку брал во время прогулок.

Что я такого сейчас сказала, что он сорвался?

— Почему? — спросила я, ошеломлённая его внезапным натиском, пытаясь осознать себя среди бури противоречивых ощущений.

Король обхватил руками моё лицо, поднимая, заставляя заглянуть в глаза.

— Потому что мне нужно, чтобы ты сама ко мне пришла. Чтобы ты сама этого захотела. Ты захочешь, потому что больше недели прошло. Исток в твоей крови уже говорит. Захочешь, — повторил он жарко. — Моя сила будет убедительна. И я буду убедителен.

Он говорил правду. В моей крови разливалось желание. Я чувствовала растворённую тягу к этому сильному мужчине, которая огнём текла по венам.

Я вдохнула лимонный запах его дыхания, опустила взгляд на его губы. Красивые, с четким волевым рисунком, они были решительно сжаты.

— Я дождусь, когда ты сама попросишь тебя взять, — прошептал король и накрыл мои губы своими.

Жёстко. Остро. Умело. Безжалостно и пылко. Жадно.