Татьяна Осипова – Исполнитель желаний (страница 2)

Освоились мы с Рексом быстро. Со Шмелём нашли общий язык и жили в одном бараке. Воинская часть небольшая, народ здесь чаще хмурый, особенно если давно тут. Пили многие безбожно. В маленьком баре Сёмыча вечно пьяные драки и сигаретный дым коромыслом. Короче, бардак. Неинтересно мне было посещать это заведение. Шмель как-то вернулся с подбитым глазом, и мы с Рексом поняли, что дружба с местными вояками у нашего соседа не задалась. Давали нам в основном мелкие поручения и доверяли охрану территории части.

Первая ходка самая жуткая оказалась. Наверняка, потому что я никогда раньше не сталкивался с необъяснимыми вещами. Страшные человекоподобные существа. Мутировавшие животные, которых искалечило это место не только внешне, но и внутренне, наделив агрессивным характером. Странное дело – даже кабаны, лоси и зайцы нападали на людей. Морды у них свирепые, клыкастые. Шкура покрыта наростами и гниющими ранами. У некоторых щупальца, как у каракатиц или спрутов. Говорили, мутантов изучали местные учёные. Однако о месторасположении лаборатории группировки «Идеал» никто якобы не знал. Бункер, где находилась подземная лаборатория, по словам бывалых сталкеров, находился достаточно далеко от воинской части, охраняющей покой Припяти. Попасть к учёным пока проблематично, но входило в мои планы.

В глубине Рыжего леса промышляли охотники за удачей и артефактами, их называли сталкерами, и поначалу такие ребята были в Зоне отчуждения вне закона, как рассказывал Карлсон. Он топтал Зону несколько лет, и одним из первых появился здесь ещё при ликвидации аварии. Облысел, говорил, от повышенного фона. Мы с ним скорешились и частенько приходили со Шмелём послушать байки тёртого сталкера.

– Мужики свинец в трусы клали. Боялись, что дома бабы заклеймят, – посмеивался он, крутя папироску в мозолистых пальцах. – Водку жрали, думая, что радионуклиды вывести так просто. А тут дело на самом деле в иммунитете, или в везении. Я лишь волосы потерял и то, может от стресса. Сначала слышишь, мужики рыбу ловили, возили за пределы Зоны. Сомы громадные, жирные, но как узнали местные, что от них фонит, как от боеголовки, эту конторку прикрыли. Зато рыбины ещё больше выросли, даже нападать стали, если у берега зазеваешься. Столько баб и детишек пожрали.

– А разве местных не всех эвакуировали? – удивился я.

Карлсон потушил сигарету и разлил водку в алюминиевые кружки. Не ответил. Мы стукнулись посудой, выпили, захрустели огурцами, а бывалый продолжал рассказ о том, что здесь хорошо, а что плохо и почему он решил меня в помощники пригласить. Шмель клевал носом и, прислонившись к стене, то и дело, приоткрывая один глаз, кивал.

– У тебя Рекс, и я давно наблюдал за вами. Ходишь со Шмелём в дозор, мутантов бьёте, аномалии, что появляются, описываете в своих картах. Зарплата тут неплохая, но не будешь ты тут до пенсии куковать с хлюпнями, да с каракатицами биться. Захочешь вернуться, а Зона просто так не выпустит. Она, словно читает наши души, знает самые потаённые мысли и желания.

– Ага, – отозвался Шмель и всхрапнул. Мы засмеялись и решили, что товарища пора укладывать спать.

Наутро я посчитал наш разговор алкогольным бредом. Кто бы подумал, в лес насовсем уходить. Туда свалишь, объявят дезертиром. Чтобы таинственные артефакты искать его не только знать надо, но и понимать, что обратной дороги не будет. Объявят в розыск, потом домой лучше не возвращаться. Какие такие артефакты стоящие баснословных денег, чушь собачья? Кстати, о Рексе, он уткнулся мне в руку мокрым носом, мотнул большой головой в сторону чащи.

– Погулять хочешь, товарищ Рекс? – Пёс завилял хвостом. Отбежал поодаль, припадая на передние лапы, раскрыл пасть, высунув язык, и морда такая у него, словно улыбается. Я поднялся со скамейки, качнуло в сторону – привет от вчерашнего дня приятного возлияния постучался лёгкой болью в затылок.

Шли по знакомой тропинке, зарядил дождь, завибрировал КПК. Новшество, которое недавно появилось, как и ПДА – детектор аномалий. Военные продавали эти штуки сталкерам, тем, кто прикрывал их торговые дела с Большой землёй. Мне коммуникатор достался от Карлсона, он всё надеялся, что я перейду к нему в отряд «Звезда», говорил, что от обычных солдат в ЧЗО толку мало. Сунул руку в карман, нащупал несколько гаек. Аномалии тут встречались часто. Места знакомые, но всякий раз появлялась какая-нибудь падла и попробуй не прикончи её, не уйти. Выскочит, какой-нибудь ходунок-мертвяк, шума больше, а вот в ловушку влететь, шагнув с тропы проще всего.

Никто не догадывался, что я работал в разведке и у меня особое задание. Вёл дневник, фотографировал необычные места и мутантов и раз в месяц отправлял отчёт. Приходилось платить почтальонам. Они отправляли письма на Большую землю. Зашифрованные послания никто бы не разобрал, если бы письмо вскрыли, но мне так спокойнее.

КПК снова пискнул. Прочитав сообщение, свёл брови. Карлсон написал, чтобы я срочно двигал к городу. Приехал экскурсионный автобус. Что? Спросил, скорее, себя, вчитываясь в сообщение товарища. «Людей человек двадцать, в основном молодёжь, с ними гид какой-то мутный. Не нравится мне это».

Я поинтересовался, как они проникли сюда, Он ответил, что сейчас якобы украинские власти разрешили экскурсии в Зону.

«Идиоты, – выругался я, – что дальше»?

«Туристы разбрелись по городу, а со стороны „Дуги“ выехало четыре автомобиля, типа джип, обычно на них ездят бандиты „Воли“».

«Я недалеко от города. Сообщи ребятам», – написал я, думая, что же тут забыли анархисты из «Воли». О них ходили нехорошие слухи. Карлсон много рассказывал о группировке. В душу прокралась мысль, что если они решат взять в заложники туристов. Нехорошо. Сколько «вольников»? На четырёх джипах может быть и пять, и шесть бойцов в каждом, в общем – человек двадцать пять. Связался со Шмелём, он обещал собрать сталкеров. Я прокручивал в голове, как быстро бандиты доберутся до центра Припяти, где прогуливались, по словам Карлсона, любопытные туристы. На автомобилях анархисты быстрее достигнут города. Давно не наблюдал здесь кортежей. Аномалии и мутанты безуспешно снижают желание прокатиться на машине, потому что и те и другие появляются в местах, не обозначенных на карте. Некоторые аномалии имели свойство блуждать. Редкое явление, но неприятное своей непредсказуемостью.

Мы с Рексом кинулись в сторону города. КПК вибрировал, я остановился, читая сообщения. Сталкеры «Звезды» собирали отряд. Вояки из части, откликнулись тоже. Многие хотели вступить в этот анклав. Я по своим причинам отказывался.

За дружком не угнаться. Бежит, как ветер. Остановится, оглянется, и, высунув язык, смотрит, точно просит – быстрее, давай-давай. Чуть не вписался в аномалию, меня аж передёрнуло – разлеглась на тропинке «Топь». Круглая ярко-голубая лужа, с якобы чистой водичкой, вокруг травка шелковистая, былинки ветерок качает, только Алёнушки и Иванушки не хватает. Ступишь в это озерцо и проглотит, не подавится, засосёт без зазрения совести и кислотой ошпарит, что и косточек не найти. Совести, ясное дело, нет ни у кого в Зоне, кроме, людей и то не у каждого. Обогнул «Топь», выбежал на пригорок, откуда вид на город открывался. Пёс вдруг замер как вкопанный, воздух начал нюхать, опустил морду и давай землю рыть, будто нашёл что-то интересное. На меня глянул, лапами передними перебирает, мол, что стоишь, иди сюда.

– Рекс, ты чего? – спрашиваю, а он поскуливает, словно сказать что хочет. – Тихо, – приказываю и опускаюсь с ним рядом на корточки. Вынул бинокль и всмотрелся вдаль. В городе увидел автобус, рядом ним группами ходят по пять человек, по трое – горе туристы. Некоторые в одиночку бродили как у себя дома. К колесу этому чёртовому попёрлись, фотографируют. Не знают, что здесь есть хозяева, и Зона наблюдает за ними. Только спустя несколько месяцев я понял, что это необычное, жуткое место имело собственную душу. Несмотря на окружающую разруху, радиацию и мутирующие виды, Зона не была чем-то дьявольским, нет, она вознаграждала тех, кто заслужил её любовь, если так можно выразиться. Она ценила хороших людей. Наделяла кого-то удачей. Новички – расходный материал, а век бандитов и ублюдков разных сортов недолог.

Рекс и я спустились холма и двинулись к городу. Снова «ожил» коммуникатор. Шмель отписался, что собрал человек десять, идут через лес к Припяти. Написал ему о «Топи», чтобы был осторожен. Рекс внезапно вернулся на холм и давай опять рыть землю в том же месте. Вот незадача! Ругать не стану, собака ошибается редко. Я подбежал, вынул из рюкзака сапёрную лопатку. Всё равно одному против «вольников» не выйти, а тут и свои подберутся. Копаю землю, Рекс в нетерпении рядом скулит, расстроился, что не дали выполнить работу. Морда в земле, суёт её под руку, а я отгоняю, чтобы не мешал.

Лопатка упёрлась во что-то твёрдое. Чую, там ящичек металлический, руками разгрёб землю с крышки, обкопал со всех сторон и, вытащив, поставил рядом с ямкой. Странное дело, зачем его закапывать на тропе и что в нём? Размером он пятнадцать на десять – шкатулка или контейнер какой-то. Замка нет. Осторожно приоткрыл крышку и увидел внутри ослепительно-белое яйцо. От него, казалось, исходил свет. Вспомнилась сказка о Кощее бессмертном. Наверняка здесь и закопана его смерть. А если серьёзно, артефакт необычный. Голыми руками, знаю, брать опасно некоторые арты, и как понять что это? Рекс гавкнул прямо около уха, я чертыхнулся, рука дёрнулась, и артефакт выскочил из ящика. Покатился к склону. По какой-то случайности, чтобы не упустить, возможно, ценную вещь, чуть не растянулся на траве, теряя равновесие. Подхватил яйцо и ощутил, как от арта тепло исходит. Поднялся на ноги, размышляя, что же будет дальше. Есть электрические артефакты, такой взял без защиты и уже бы разряд получил, а от этого ничего.