Татьяна Осипова – Бег сквозь лабиринт (страница 9)

Потом она снова открыла кошелёк и заглянула внутрь, нет, это не было кошмарным сном, деньги исчезли – три тысячи долларов, которые она собирала за всё время, что работала в ателье.

Наташа бросила кошелёк на стол и почувствовала, как внутри начинает закипать гнев, она знала наверняка, кто обокрал её, и была уверенна в этом. Мать вряд ли решилась бы на этот мерзкий поступок, она ещё не потеряла рассудок и не спилась окончательно, чтобы воровать у дочери деньги. Почему-то именно в причастность матери, Наташе хотелось верить меньше всего. Оставался один вор – Валерка.

Она сжала кулаки и ощутила, как в висках застучало, к горлу подкатила тошнота и голова закружилась. Наташа рухнула на кровать и, обхватив подушку двумя руками, заплакала. Она не могла прийти в себя и не могла остановиться, сдаться, слёзы душили её, и теперь, казалось, что она никогда не выберется из этого ада. Наташа была в отчаянье, все планы рухнули – с этими деньгами, она могла что-то начать, а сейчас опять всё вернулось на круги своя. Немного успокоившись, она выпила остывший чай без аппетита, бутерброды показались ей ужасными, и в рот ничего не лезло, теперь в голове крутилась только одна мысль – вернуть деньги и наказать вора.

Ни мать, ни Валерка не возвращались до самого вечера, и Наташа уснула, свернувшись на кровати, обняв большого плюшевого медведя, который с детства был любимой игрушкой.

Ей снилось, что она в красивом свадебном платье идёт по красной ковровой дорожке, её встречают люди и все хотят пожать руку, улыбаясь. Вокруг красиво, под локоть её ведёт незнакомый мужчина, лицо которого размыто, но она чувствует тепло, исходящее от него, какое-то сияние, отчего становится легко и свободно.

Это чувство свободы переполняло, пока впереди она не увидела человека. Он совсем не улыбался, а просто кивал ей, словно давая понять, всё это принадлежит ему. Его глаза похожие на ртуть, в них нет зрачков, только серебристая муть, отражающая свет.

Он кивал и кивал, становясь похожим, на китайского болванчика, и Наташа почувствовала, как почва уходит из-под ног.

На руках сомкнулись чьи-то пальцы, она хотела закричать, но широкая ладонь незнакомца, закрыла ей рот. Наташа всеми порами кожи могла только ощущать ужас.

Она искала глазамитого человека, что только был рядом с ней, но тот исчез. Теперь Наташа оказалась совершенно одна. Вокруг выросли высокие стены из густого кустарника… Она бросилась вперёд, слыша, как за ней крался дикий разъярённый зверь, понимая, что выхода нет.

У её некогда красивого платья обтрепался подол, и оно было всё забрызгано грязью. На какой-то момент, Наташа остановилась, поднеся руки к лицу, и… в ужасе увидела – её руки перепачканы кровью.

Она закричала и услышала тяжёлое дыхание за спиной, точно неведомый зверь ждал, когда она бросится бежать. Его запах заставил её содрогнуться и, вскрикнув, она проснулась.

Перед глазами словно выпала из тумана небритая ухмыляющаяся физиономия Валерки, который, казалось, сидел здесь уже долго и наблюдал за ней.

Девушка подпрыгнула на кровати и отпрянула назад.

– Что ты здесь делаешь?! – сердце бешено заколотилось.

– Ты так вопила, что мне пришлось заглянуть к тебе на огонёк, – ехидно улыбнулся он. Наташа почувствовала неладное, потому что Валерка оказался трезвым, хотя в его покрасневших глазах что-то было, они казались стеклянными и какими-то блестящими. Она смотрела на него и как будто прошла вечность, пока она пришла в себя от кошмарного сна. Теперь же внутри остался страх. Он липкими щупальцами крепко вцепился в сознание.

В эту минуту Наташа забыла о деньгах, перед глазами по-прежнему стоял человек с глазами цвета ртути, кивающий головой, сковывая её пальцами, которые не давали пошевелиться. Ужасный лабиринт со зверем, охотящимся на неё, липкая кровь на руках. Она поднесла снова их к лицу, словно желая убедиться, что они чистые и на них нет ничего, что всё это сон, но ощущение было такое, словно всё это случилось наяву.

– Ты что принимаешь наркотики? – рассмеялся Валерка, он все ещё находился в комнате. Наташа, вдруг вспомнив о пропаже денег, поднялась с кровати.

– Зачем ты это сделал?

– Не понял? – На его лице появилось действительно непонимающее выражение. – О чём ты, детка? Я просто вошёл, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке, а ты бросаешься непонятными обвинениями?

– О деньгах… Я говорю, о деньгах, – уже не так уверенно ответила Наташа, – у меня пропало три тысячи долларов…

– Ни хрена себе, какая ты богатая у нас! Мы значит, с твоей мамкой водку палёную пьём, а ты бабки такие зажала.

Наташа в упор смотрела на него. Что-то в этом разговоре было не так, и она должна понять, врёт он или нет. Она не должна доказывать, что это он украл деньги, она знала это. Он забрал её деньги! Надо держать себя в руках и всё расставить по местам, думала она. Его долго не было, да и она сама не ночевала дома, чем предоставила ему прекрасную возможность обчистить её кошелёк.

– Валера, я тебя пока по-хорошему прошу, если это не ты, то я извинюсь…

– Интересно как же ты это сделаешь? – Он скользнул глазами по её ногам, и Наташа почувствовала, что ещё немного, и она взорвётся. Не смотря на его наглуюухылку, она взяла себя в руки и продолжила.

– Я заявлю в милицию.

– Ты угрожаешь мне?! – он встал с кровати и вплотную придвинулся к ней. В покрасневших глазах плясали бесенята, и от этого взгляда, Наташе стало вдруг по-настоящему страшно.

– Нет, – как ни старалась она, но её голос дрогнул, и Валерка, почувствовав её страх, больно сжал ей запястья, – Валера, я хотела уехать, и живите вы тут как хотите, но мне нужны деньги…

– Надо было раньше говорить, – ухмыльнулся он, продолжая стискивать ей руки клещами- пальцами, – если бы ты знала, – он облизнул обветренные губы, – если бы ты знала, моя детка, обо всём, ты бы давно уже уехала, и тебе было бы наплевать на твои денежки.

– Я не понимаю, о чём ты говоришь? – Страх сжался в комок внизу живота, и Наташа покрылась испариной.

Валерка не казался крепким парнем и был всего на голову выше её, но Наташа понимала, что если он захочет, то запросто справится с ней. Самое ужасное, что он тоже знал это и, читая в её глазах боль, отвращение и страх, с благоговением ощущал власть над ней.

Валерка давно хотел её, как только увидел ещё в первый раз. При мысли о том, что Наташа будет стонать и извиваться под ним, у мерзавца затрепетало внутри, а кровь прилила к вискам.

С Вероникой он жил только из-за квартиры, так как нигде не работал, а несчастная женщина алкоголичка, могла худо-бедно его содержать, да и квартира у неё была вполне сносная. Когда же он понял, что красавицу дочку некому защитить, в его голове начал зреть омерзительный план, завладеть квартирой, а заодно и Наташей. Тут ещё подвернулось одно дело, за которое обещали отлично заплатить. Ему предложили организовать доставку «подарка» для важного человека. Презентом должна был стать девушка, которую он прекрасно знал, только вот беда она совершенно не доверяла ему. Поэтому Валерка решил действовать по-своему.

– Знаешь, моя дорогая, у нас с твоей мамой праздник, – он, улыбаясь, потёр ладони, – теперь это и моя квартирка…

– Нет, – покачала головой Наташа, – мама бы никогда… – она попыталась встать.

– Обидно ошибаться. Да? – он резко швырнул её на кровать, – она всё сделала, как я ей сказал, и теперь ты можешь выметаться отсюда, когда захочешь! Только сначала необходимо оплатить коммунальные услуги.

Он снова мерзко рассмеялся.

Наташа не могла понять, что происходит, за один какой-то миг ей показалось, что кошмарный сон обретает реальные очертания и скоро превратится в её жизнь.

Она ещё не осознала до конца, что происходит, одно стояло перед её глазами – ухмыляющаяся физиономия Валерки, который, склоняясь над ней, что-то приглушённо говорил.

Наташа, не слыша его, смотрела на обветренные губы сожителя матери и на почти что зажившую ссадину на щеке. В чувство её привело его прикосновение, от которого, она, взвизгнув, подскочила на кровати и начала отчаянно отбиваться.

Это не помешало ему прижать её к кровати. Наташе стало трудно дышать, как будто Валерка весил в два раза больше, чем казалось.

Наташа никак не могла освободиться от его жёсткой хватки, сковавшей, словно наручниками запястья. Он шумно дышал ей в лицо, а в глазах появился жадный блеск, на лбу выступили капельки пота. Валерка с трудом сдерживал её, отчего тёмные волосы сальными прядями прилипли ко лбу. Наташа ощутила прилив тошноты, её лицо горело, а в животе противно сжалось в предчувствии чего-то мерзкого, грязного и отвратительного. Она знала, что не сможет одолеть Валерку, и в отчаянии закричала. Собственный крик ей показался каким-то сдавленным и хриплым. Он закрыл ей рот широкой ладонью и рывком выдернул ремень из брюк, быстро замотав им её руки.

Как у него это получилось сделать, Наташа не могла понять. Вырваться уже не удалось. Она, изгибаясь, пыталась освободиться, но теперь, когда руки привязаны к спинке кровати, её попытки стали тщетными. Переведя дыхание, она посмотрела на него, тяжело дыша. Ни верилось, что она лежит связанная и беспомощная и что теперь её жизнь в руках этого омерзительного опустившегося существа.