Татьяна Осипова – Бег сквозь лабиринт (страница 17)
Он не дал ей договорить и, оттолкнув Катю, направился к двери подъезда. Она попыталась остановить его, но увидела в некогда прежних любимых глазах ненависть и отвращение.
– Уйди! – отталкивая её, он бросился к дверям подъезда. Внезапно она распахнулась, и ему преградил дорогу здоровенный детина, который смотрел на парня с насмешливой ухмылкой. Ярослав обернулся и понял, что назад пути нет. Из припаркованной машины, к Кате подходили ещё двое бандитов. Он не успел даже дёрнуться. В глазах потемнело, Ярослав почувствовал тупую боль в затылке и, теряя сознание, скатился по ступеням вниз, к ногам Катерины. Она не могла так просто отпустить его, она должна была это сделать.
– Сейчас… прости, но я должна закончить… – Её руки тряслись, словно она отдавала ему самое дорогое. – Я не могу иначе… – Она, обернувшись, глянула на «шестёрок» Раскина, немного помедлила, не хотела убивать свою первую любовь. Парни Раскина угрожающе смотрели на неё, выбора не оставалось. Стянув зубами защитный колпачок с иглы, Катя вонзила её в пульсирующую вену на шее Ярослава.– Прости меня, Ярик.
Катерина стояла возле своего бывшего возлюбленного, и в её глазах плясала пустота. Девушка уже не отдавала себе отчёт в действиях. Ярик лежал неподвижно и, склонившись над ним, она повернула его лицо к себе. Он был смертельно бледен, а в его широко раскрытых глазах застыл холодный ужас, обжигающий ледяным дыханием смерти.
– Мой бедный мальчик, – она погладила его по щеке, на мгновение, задержав руку, – теперь ты свободен и никто больше не причинит тебе боли. – Она медленно поднялась с колен и направилась к машине. В голове больше ничего не путалось, она верила, что с этого момента у неё начнётся новая жизнь. Теперь она вернётся домой и забудет о том, что сделала, словно это был сон, чужой сон, который-то и снился не ей. Один из бандитов протянул ей пакет с несколькими дозами, хлопая по плечу.
Ярослав так и остался на мокром, после весеннего дождя, асфальте возле дома, поджав ноги к животу. Он лежал с раскрытыми глазами, в них навсегда застыл немой вопрос. Таким его и нашла Елена, когда вышла из дома. Выронив сумку из рук, она бросилась к своему мальчику, единственному, дорогому мальчику, без которого жизнь стала лишённой смысла.
– Ярик, ты что, тебе плохо? – она не верила глазам, и кончикам пальцев, которые касались похолодевшей руки сына, – сыночек… – она приподняла обмякшее тело сына и, прижимая к груди, застонала. Она качала его в объятиях, что-то причитая, как сомнамбула. Взгляд женщины ничего не выражал, она не хотела верить, что её сына больше нет в живых. Когда его рука безвольно выпала из её ладоней, Елена подхватила её, прижимая к дрожащим губам, целуя каждый палец.
– Яричек, что же я наделала, они всё-таки нашли нас с тобой, – она захлебнулась слезами, которые вырвались с хрипом и болью, в груди заныло, и убитая горем мать, всё крепче прижимая к себе мёртвого сына, заревела белугой.
Ирина услышала крик сестры и, выглянув в окно, прижала руки ко рту, чтобы крик не вырвался наружу. Сердце бешено заколотилось, и она, опустившись на стул, налила себе воды из графина. Осушив до дна чашку, Ирина снова подбежала к окну, чтобы убедиться – всё это происходит наяву. Видя, что действительно случилось непоправимое, она бросилась к двери.
Она неслась вниз перепрыгивая через ступеньки и, распахнув подъездную дверь, кинулась к плачущей сестре, обнимающей сына.
– Лена, я вызову «скорую», может… ещё можно что-то сделать…
– Они… они… – еле выговорила Елена, всхлипывая, – его нет… он… мёртвый, Ярик… мой сыночек…
– Я сейчас. – Ирина побежала назад в квартиру, она знала, что нужно делать и, поднявшись на пятый этаж, влетела в распахнутую настежь дверь. Трясущимися руками набрала номер скорой помощи и, сообщив о случившемся, решила заодно вызвать и милицию.
Скорая приехала быстро, и врач, осмотрев Ярослава, сразу же констатировал смерть. Елена бледная, как полотно, слушала молодого врача, а потом и оперуполномоченного, который ей что-то говорил-говорил, теперь ей, собственно, было уже всё равно. У неё словно остановилось сердце и все чувства в мгновение отключились, когда она поняла, что Ярика больше нет.
– Леночка, пойдём, тебе нужно прийти в себя, – обеспокоенная Ирина, взяв под руку сестру, потянула её к подъезду.
– Куда вы его увозите? – вдруг спросила Лена, – не делайте ему больно…
Оперативник, покачав головой, сказал, что свяжется с ней завтра, а пока нужно произвести экспертизу. Он много курил и хмурился, осматривая место преступления. Ирина услышала, что оперативники говорят об убийстве и, ускорив шаг, потянула за собой сестру.
Когда они поднялись к себе, Лена прошла в зал и, рухнув на диван, сжалась в комок, обхватывая голову руками, у неё больше не было сил, слёзы словно пересохли, комом застряв в горле. Телефонный звонок заставил её вздрогнуть, трубку подняла Ирина и пожала плечами, сославшись на то, что кто-то ошибся номером.
– Сестрёнка, сегодня же тебе нужно уехать, но… ты в таком состоянии, что же делать.
– Я никуда не поеду, – гробовым голосом отозвалась Елена, – теперь мне уже всё равно… Лучше бы они это сделали со мной, они знали… они знали… как убить меня…
– Леночка, дорогая. – Ирина горячо обняла сестру. – Я не могу смотреть, как тебе плохо и не должна говорить, что всё будет хорошо, но ты должна жить…
– Зачем?! – резко оборвала сестру Елена, – ты понимаешь, что сейчас я не хочу жить, я своими руками сделала всё, чтобы они уничтожили Ярика.
Ирина не знала, как утешить сестру, её горе было так сильно и рана, нанесённая гибелью сына, могла стать смертельной. Она не хотела оставлять её в таком состоянии и, позвонив на работу, сослалась на плохое самочувствие, взяла несколько дней без содержания. Весь день тянулся чертовски медленно и только глубоко за полночь, Елена забылась тревожным сном. Во сне она вскрикивала, и только под утро впала в какой-то транс. Ирина сидела около неё и, склонив голову на руки, задремала, облокотившись на стол.
Прошло несколько дней. Выяснилось, что Ярослав погиб от передозировки героина, но судмедэксперты были едины в том, что инъекция наркотического вещества была сделана насильно, так как на голове погибшего имелись следы от удара тупым предметом. По данному происшествию было заведено уголовное дело.
На какое-то время, после похорон Ярослава, Ирине показалось, что Лене стало немного лучше, и она стала приходить в себя и не пугала больше сестру разговорами о смерти. В один из вечеров, когда они сидели на кухне и разговаривали, доедая скромный ужин, раздался телефонный звонок.
– Это тебя, – протянула ей трубку Ирина, – говорят из прокуратуры.
– Да, – ответила Лена, и Ирина заметила, как сильно она сжала трубку телефона, и как побелели костяшки её пальцев. Женщина положила трубку и, повернувшись к сестре, что-то пробормотала о расплате.
– Что ты говоришь? – не поняла Ира.
– Я говорю, что теперь мне всё ясно. – Она подошла к раскрытому окну и в мгновение, вскочив на подоконник, шагнула навстречу своей смерти в темноту майской ночи. Ирина, не до конца осмысливая происходящее, замерла с окаменевшим лицом. Очнулась она от звона разбитого стекла. На её пальцах была кровь, она и не заметила, как сильно сжала бокал, что тот лопнул в руке. Ира не чувствовала боли, её всю трясло, слишком многое произошло за последний месяц. Опустившись на стул она закрыла глаза, пытаясь прийти в себя. Рука заболела и женщина, поднеся окровавленные пальцы к лицу, заплакала.
Глава 3 Полет над пропастью
1
Наташа не жалела ни о чём, казалось, мир перевернулся и теперь всё налаживалось. Девушка словно очутилась в сказке, и ей не терпелось поскорее увидеть Азизу, чтобы рассказать о своём новом романе и о том, что принцы на белом коне существуют на самом деле.
– Погоди немного, – говорил Антон, он всё время был занят и не мог отвезти её в город. – Вот будут выходные, и тогда съездим.
На мгновение её лицо потемнело, Наташа вспомнила квартиру, где ей столько пришлось пережить. «Только дёрнись, и я тебя разрежу на кусочки и смою в унитаз, никто, ничего не найдёт»! – пронеслось в голове, она помнила страх, от которого просыпалась, когда уже находилась в безопасности. «… Я сделаю с тобой все что захочу…» «Зачем тебе всё это, ты… не похож на маньяка»? «А что раньше ты была знакома с Чикатило или Джеком – Потрошителем»? – Воспоминание о его смехе заставило покрыться спину мурашками, а подмышкам неприятно похолодеть.
«Когда-нибудь узнаешь». – Голос мучителя всплыл из подсознания, – «жизнь так не предсказуема, детка».
– Наташа. – Антон тронул её за плечо, возвращая в реальность. – Что происходит, ты бледная такая, тебе нехорошо?
Наташа поёжилось, тонкая блуза прилипла к телу и, от нахлынувших, грязной топью воспоминаний, ей захотелось залезть под душ и стоять там, подставляя лицо, горячим струям воды.
Она глянула на него и, прижавшись к его груди, заплакала:
– Я такая глупая, наверное, ведь с тобой мне нечего бояться, правда? – Она подняла на него прозрачно-зелёные глаза и доверчиво по-детски посмотрела на Антона. От этого взгляда внутри него что-то ёкнуло, он отвёл глаза в сторону и тяжело вздохнув, сказал, что всё плохое осталось позади и теперь они начнут новую жизнь.