Татьяна Осина – Папка активной мамы (страница 14)

Алёна ещё несколько секунд смотрела на экран телефона, будто сообщение могло само передумать и исчезнуть обратно туда, откуда пришло. Три слова — и каждое как мокрый снег за воротник.

«Видео. Удали. Сегодня.»

Чайник на плите щёлкнул, напомнив о себе самым бытовым образом, словно хотел сказать: “у вас тут, конечно, драма, но вода всё равно кипит”. Алёна машинально выключила конфорку, налила себе в кружку кипяток и не добавила заварку. Просто горячая вода — как маленький компромисс с реальностью: сделать вид, что это обычный день.

Гриша сидел за столом напротив и смотрел на маму так, как дети смотрят на взрослых, когда понимают: взрослый сейчас выбирает, будет он сильным или честным. Алёна решила, что сегодня — и то, и другое.

— Это кто-то ошибся номером? — осторожно спросил Гриша, цепляясь за самую безопасную версию.

Алёна положила телефон экраном вниз.

— Не думаю, — сказала она ровно. — Но мы не паникуем. Сначала — голова. Потом — действия.

Гриша кивнул, будто его назначили ответственным за порядок в стране.

Алёна поднялась, прошла в комнату, достала из ящика старую папку с документами — ту самую, куда складывала “важное”, когда в жизни происходило что-то не просто неприятное, а потенциально проблемное. Папка обычно служила для квитанций и договоров, но сегодня она внезапно показалась самым надёжным сейфом в Липовске.

Она вернулась на кухню и взяла телефон Гриши.

— Дай мне на минуту, — сказала она.

— Я ничего не отправлял, — быстро повторил он, будто оправдывался перед судом.

— Я знаю, — мягко ответила Алёна. — Ты молодец. Просто… мы сделаем так, чтобы оно точно никуда не делось и никто не мог заставить нас “случайно” удалить.

Она зашла в настройки, отключила автозагрузку в мессенджеры и облака — всё, что могло “помочь” без спроса. Потом открыла галерею и нашла тот ролик: шум, тенты, коробка, голоса, и эта фраза, которую теперь невозможно было не слышать.

Алёна не стала пересматривать. Ей хватало памяти.

Она вернула телефон сыну.

— Сейчас самое главное правило, — сказала она. — Никому. Даже если “очень надо” и “я из школы” и “я от ДК”.

— Даже Марине Юрьевне? — спросил Гриша.

Алёна задумалась на секунду.

— Марине Юрьевне можно доверять, — сказала она наконец. — Но даже ей — не по телефону и не через чат. Понял?

Гриша кивнул.

Алёна взяла свою сумку, нашла визитку капитана Молчанова и положила на стол. Несколько секунд она смотрела на бумажку, как будто там было написано не имя и номер, а “вход в нормальную жизнь”.

Потом набрала.

Ответили не сразу. Пауза тянулась, и Алёна успела представить, как капитан в этот момент бегает по площади, ловит людей, телефоны и здравый смысл.

— Молчанов, — коротко сказал знакомый усталый голос.

— Это Алёна Синицына, кружок “Юный журналист”, — сказала она. — Мы сегодня разговаривали в школе.

— Да, — сказал капитан, и по одному этому “да” Алёна поняла: он помнит. — Что-то случилось?

Алёна посмотрела на Гришу. Он слушал, не вмешиваясь, но весь превратился в ухо.

— Мне пришло сообщение, — сказала Алёна. — С незнакомого номера. “Видео. Удали. Сегодня.”

На том конце трубки не было ахов. Не было “кошмар”. Только пауза, в которой капитан, видимо, делал внутри себя ту самую отметку: “пошло”.

— Ничего не удаляйте, — сказал он спокойно. — Номер сохраните. Скриншот сделайте. Телефон не отдавайте никому.

— Я понимаю, — сказала Алёна. — Вы хотите, чтобы я приехала?

— Лучше я подъеду, — ответил капитан. — Адрес скажете?

Алёна назвала. Сказала и почувствовала странное облегчение, будто часть ответственности перешла к человеку, у которого хотя бы есть удостоверение и право задавать вопросы.

— До моего приезда, — продолжил капитан, — никого не впускайте. Даже если скажут, что “от администрации” или “от ДК”. Поняли?

— Поняла, — сказала Алёна.

— И ребёнка не пугайте, — добавил он, чуть мягче.

Алёна бросила быстрый взгляд на Гришу.

— Поздно, — хотела сказать она. Но вместо этого сказала:

— Постараюсь.

Она отключила звонок и поставила телефон на стол. Руки снова дрогнули — уже не от страха, а от привычного раздражения: почему в её городе нельзя просто провести праздник без того, чтобы потом кто-то требовал “удали”?

— Мам, — очень тихо сказал Гриша, — к нам кто-то придёт?

— Придёт капитан, — ответила Алёна. — Он нормальный. Он не кричит. Он задаёт вопросы.

— Он как учитель? — уточнил Гриша.

— Лучше, — сказала Алёна. — Учителя иногда ставят двойки. А капитан — ставит точки.

Гриша задумался над этим, как над философией.

Чтобы занять руки и мозг, Алёна сделала то, что делают все нормальные люди, когда хотят не сойти с ума: начала убирать. Она протёрла стол, собрала чашки, переставила кастрюлю. Чистая кухня не решала проблему, но давала ощущение, что хоть что-то подчиняется логике.

И всё же мысль крутилась, не давая покоя: кто мог знать про видео?

Про видео знали она и Гриша. Ещё Марина Юрьевна — Алёна ей сказала. И капитан — он спрашивал. Тамара Львовна — она странно интересовалась “записями”. А ещё Светлана Викторовна стояла рядом в коридоре и могла услышать половину разговора, если очень хотела.

Алёна остановилась посреди кухни и вдруг ясно поняла: в маленьком городе “знать” — это не факт, это привычка. Здесь даже если ты ничего не говорил, всё равно найдётся человек, который “слышал”.

Звонок в дверь прозвучал через двадцать минут. Ровно, коротко, без истерики. Алёна напряглась так, будто у неё внутри включили сирену. Гриша вскочил со стула.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.