Татьяна Охитина – Чудная весна, бабули-попаданки (страница 3)

— Расскажи! Расскажи! — наперебой запищали котята, оказавшись тут как тут.

Красная Шапочка тоже навострила уши.

— Ну, слушайте, — начал свой рассказ кот.

Вскоре весь дом стоял вверх дном — впечатленные рассказом котята прыгали, кувыркались, пытались крутить колесо, падали, поднимались, снова пробовали…

Елена Викторовна не знала, что лучше — дым и гарь или это безудержное веселье. Доставая кашу из печи, она едва не выронила чугунок из-за котенка, попавшего под ноги.

— Так, хватит! — воскликнула она. — Живо все за стол!

На время завтрака «циркачи» угомонились, но, стоило ему закончиться, как безумие возобновилось с новой силой.

— Бабуля, смотри как я могу! — воскликнула Красная Шапочка, пытаясь изобразить кувырок. Не успела встать, как сверху на нее посыпались котята, чья попытка пройтись по бельевой веревке не увенчалась успехом.

Не выдержав шума и гама, Елена Викторовна решила прогуляться.

Одежонка прежней хозяйки, ветхая и коротковатая, давно требовала замены, но денег на покупку еще не накопилось. И не накопится, поняла Елена Викторовна, оглядев беснующуюся в доме толпу. Одевшись, она накинула на голову платок, такой же ветхий и убогий, и вышла на улицу.

«Хожу в рванине, позорище какое», — бурча себе под нос, она двинулась по тропинке, петляющей между елей. И почти сразу провалилась в сугроб. Коварный лесной снег таять не спешил, образуя западни то тут, то там. В одну такую она и попала.

Пока пыталась выбраться, вымокла до нитки, отчего настроение сделалось еще гаже. Снова вспомнился дом, где она после подобного забралась бы в теплую ванну, потом закуталась в любимый махровый халат, сделала себе чаю с бутербродами и шоколадкой закусила…

В нынешнем мире из всего этого был только чай старой хозяйки дома и тела, в которое Елена Викторовна попала. Но чаем это можно было назвать с большой натяжкой — то, что та насушила, больше походило на сено.

Кляня свою жизнь и неведомые силы, которые притащили в этот мир, Елена Викторовна предприняла еще одну попытку выбраться из сугроба, но та оказалась такой же неудачной, как и предыдущие — снег под ногами превращался в месиво, и яма становилась глубже, не желая отпускать.

Елена Викторовна уже хотела позвать на помощь, но не успела — послышались шаги, затем сильная рука схватила ее за шиворот и вырвала из снежного плена.

— Спасибо! — воскликнула Елена Викторовна, с благодарностью посмотрев на Охотника. — Что бы я без тебя делала!

— Пустяки, — улыбнулся тот. — А я, Хозяйка, как раз к тебе иду. С подарочком, — он продемонстрировал большой сверток, от которого исходил умопомрачительно-вкусный запах. — Идем, провожу тебя до дома, а то весна у нас коварная.

Жаловаться Елена Викторовна не хотела, но все же не удержалась, рассказала о творящемся в доме безумии.

А когда пришли, и она открыла дверь, Охотник убедился во всем воочию — ему под ноги выкатился котенок с цветастым лоскутом в зубах, а за ним — еще трое.

— Ух ты, — рассмеялся охотник, — настоящий цирк. Я такое в городе видел.

— Цирк! Цирк! — радостно завопили котята.

— Колбаска! — воскликнула Красная Шапочка, поведя носом.

— Колбаска! Колбаска! — подхватили котята.

В пакете и впрямь оказалась колбаса — домашняя, ароматная, с чесночком, какую Елена Викторовна всегда любила. Из каких говорящих животных ее сделали, она решила не спрашивать.

Усадив гостя за стол, нарезала угощение, налила чаю, и цирк временно закончился — все занялись поглощением колбасы.

Однако, едва тарелки опустели, безумие продолжилось.

Подперев голову рукой, Елена Викторовна вздохнула. «Интересно, — подумала она, — когда им надоест?»

Терпение у «циркачей» оказалось железное. Под восторженные комментарии Охотника они принялись скакать еще сильней.

— Вам бы в город податься, на ярмарке выступать, — произнес он после очередного кошачьего кульбита.

— Выступать! Выступать! — радостно завопили котята.

— Да мы бы хоть сейчас, — ответил кот, — только до города далеко идти, котятам тяжело будет.

— А зачем идти? Можно поехать. Могу вам сани свои одолжить. Если вместо полозьев поставить их на колеса, а сверху на дуги рогожу натянуть, отличная кибитка получится, — воодушевился Охотник. — Хотите?

От радостного вопля «да!» Елена Викторовна чуть не оглохла.

— Мы и Красную Шапочку с собой возьмем. И тебя, Хозяйка, тоже.

— Ну уж нет, — вздрогнув от разбившейся мечты пожить в тишине, воскликнула Елена Викторовна. — Давайте как-нибудь без меня.

— Ты все-таки подумай, — продолжил охотник. — Будет весело, да и деньжат можно подзаработать — посмотреть на кошачий цирк много кто захочет.

Елена Викторовна вспомнила про худую одежонку, затем про еще более худую обувку, махнула рукой и произнесла:

— Ладно, поеду с вами, так уж и быть.

Она ожидала, что отъезд случится не скоро, однако сани свои Охотник переделал быстро, не иначе как магию подключил, и уже через три дня к дому подъехала кибитка с матерчатым верхом, странноватая, но довольно крепкая на вид. Осталось собрать вещи и приготовить еды в дорогу.

Рано утром перед отъездом в дверь постучали. Елена Викторовна была уверена, что это пришел охотник, но ошиблась.

За дверью обнаружился волк.

— Хозяйка, ты это… говорят, в город собралась, — произнес тот, нервно оглядываясь.

— Ну допустим, и что?

— Так я это… могу подвезти.

— В смысле?

— Ну, повозку тянуть и все такое… У меня опыт есть, сама знаешь!

— Спасибо, не надо, у нас лошадь есть.

— Уже нету.

— Чего?! — оттолкнув волка, Елена Викторовна выскочила из дома. Лошадь, которую она сама этим утром впрягла в повозку, действительно исчезла. — Ах ты жрун! — воскликнула она, сжав кулаки.

— Так я ж и говорю — сам повезу! Доставлю в лучшем виде!

— Вы чего тут ругаетесь? — из сосенок вышел Охотник с мешком на плече.

— Этот поганец снова лошадь сожрал!

— Да не, — усмехнулся Охотник, закинув мешок в повозку, — лошадь я сейчас в лесу встретил. Сказала, волк пригрозил, чтобы убиралась.

— Очень интересно, — Елена Викторовна сердито прищурилась. — А ну, волчок, давай-ка, рассказывай, что удумал! Котят моих сожрать хочешь?

— Фу, нет!

— На внучку мою, Красную Шапочку, зуб положил?

— Да что я, совсем из ума выжил? — невдалеке хрустнула ветка, и волк вздрогнул. — Расскажу, все расскажу, только по дороге! Давай, бабуля, запрягай! — он кинулся к повозке. — Ходу, бабуля! Ходу!

Котятам и внучке тоже не терпелось пуститься в путь, и вскоре нагруженное вещами, едой и пассажирами транспортное средство двинулось в сторону города.

Бросив на дом последний взгляд, Елена Викторовна отвернулась.

— Все будет чудесно, вот увидишь, — приобняв ее за плечо, произнес Охотник, — я же рядом.

Едва они уехали, как к дому вышел медведь, за ним — медведица, последним приковылял медвежонок.

— Опоздали! Ушел серый! — понюхав землю, рыкнул глава семейства.

— Ух ты, какой дом! — воскликнул медвежонок. — Давайте останемся и будем тут жить! Наша-то берлога после той девчонки из деревни совсем развалилась.

Он взобрался на крыльцо и уже хотел дернуть за веревочку, чтобы открыть дверь, но мамаша-медведица, схватив за шкирку, оттащила его назад.

— Совсем с ума сошел, — пробурчала она. — Знаешь, чей это дом?