Татьяна Новикова – Демонический отбор. Захомутать и обезвредить (страница 8)

– Что ж, вечер подходит к концу, а значит, мой сын должен объявить имя участницы, которая выбывает из смотрин, – ближе к десерту промурлыкала императрица-мать, тотчас испортив всем (кроме меня) настроение. – Мы с нетерпением ждем твоего решения, Эдвард.

Что-то мне подсказывало: уж она-то в курсе, кто не справился с правилами этикета. Хотя за столом все вели себя как по учебнику. Ни единого шороха, ложечки ни разу не ударилась о фарфор кружек, локотки были отогнуты как по линейке.

– Выбор крайне тяжелый, – сухо заговорил император Эдвард, нехотя посмотрев в нашу сторону. – Для начала я должен отметить, что хоть и не познакомился с вами ближе, но уверен: каждая – достойнейшая кандидатура на роль супруги и однажды сделает какого-нибудь мужчину невероятно счастливым. Но условия отбора требуют строгости. Потому… леди Кирата, простите.

Темноволосая западчанка так и застыла с приоткрытым ртом, а остальные уставились на меня как по команде.

– Ты знала? – спросила Тина, и в её глазах плескался священный ужас.

– Знала что? – не поняла я, наблюдая за тем, как западчанка пытается сохранить равнодушное выражение и не разреветься.

Получалось плохо, а вена на её левом виске очень уж вздулась. Казалось, девушка сейчас взорвется от перенапряжения.

– Знала, что Кирата не пройдет испытание… – уже не спрашивала, а утверждала Тина, а две рыжеволосые невесты переглянулись с опаской. – Ты сама сказала, что она не понравилась императору.

– Глупости. Послушай…

Меня перебила императрица-мать.

– Леди Кирата, не спешите уезжать, – она положила ладонь на запястье ошеломленной девушке. – На воскресном балу за возможность поухаживать за вами будут биться лучшие столичные аристократы.

– С-спасибо, – треснувшим голосом произнесла та.

– Леди Виктория, не окажете ли вы мне честь прогуляться по саду? – внезапно поинтересовался император, и я почувствовала, как ненавидящие взоры невест въедаются под кожу.

Кажется, завтра меня сожгут во имя справедливости.

– Разумеется, – сглотнула я.

Правитель как-то очень уж неоднозначно ухмыльнулся, а я вновь почувствовала себя кроликом, которого загнали в клетку к голодному волку.

Тебе конец, леди Виктория.

ГЛАВА 6

Небо усыпало звездами, и темный полог опустился на Иллиду.

Поговаривали, что дворцовый сад – лучшее, что есть в столице. Здесь высаживали растения со всех концов света, в искусственных водопадах переливалась вода, а по выходным лучшие музыканты со всей империи давали концерты на открытом воздухе.

Я не успела побывать тут днем, а ночью сад казался пугающим и мрачным. Силуэты экзотических деревьев как монстры из детских сказок скорчились, искривили ветви. Музыка не играла, только вода шумела, спадая тяжелыми волнами, разбиваясь о землю.

– В северных краях всегда снега? – полюбопытствовал император, отвлекая меня от шорохов и шелеста листвы.

До этого мы шли молча, и мне начинало казаться, что правитель взял меня исключительно, чтобы позлить остальных невест. Сейчас навернем кружок и вернемся в замок.

Ан нет, этот человек всё-таки умеет разговаривать на отвлеченные темы.

– Вы никогда не бывали в Росстаре? – как истинная женщина, я ответила вопросом на вопрос.

– Бывал, – не согласился император. – Студеной зимой, когда продрог насквозь, до самых костей, просто выйдя на балкон имения. А местная ребятня щеголяла в одних рубахах, как будто летом. Мне уже тогда показалось, что северяне отличаются от прочих.

– Чем же? – осмелилась уточнить, потому что определение императора можно было охарактеризовать и в положительную, и в отрицательную сторону.

– Они неординарные.

Он жестом предложил свернуть направо. Прямой. Нерушимый. Рядом с ним я одновременно чувствовала себя защищенной – ну а как иначе, вряд ли тебя удушат прямо при императоре – и беззащитной, оголенной, слабой до безысходности.

Дикие чувства вызывал этот человек. Двух дней слишком мало, чтобы разобраться в них.

Да и хочу ли я разбираться? Зачем оно мне?

– Вы хотели сказать: чокнутые? – вновь влезла с уточняющим вопросом. – Не боимся издохнуть от холода.

– А ещё слишком прямолинейны и колки, – не удержался от легкого тычка в мою сторону правитель.

– Угу, и бросаемся под кареты, – добавила себе под нос, но император прекрасно услышал.

– Именно. Говорю же: неординарные личности. Но позвал я вас не за тем, чтобы обсудить северный народ, – резко оборвал он разговор. – Леди Виктория, вам знаком Стэн Кёрн?

Имя брата заставило меня оступиться на ровном месте. Если бы не твердая рука императора, что обхватила меня за талию, я бы растянулась на земле и уткнулась бы носом в какой-нибудь диковинный цветок. Например, в вон тот, с колючками.

Впрочем, лучше цветок, ибо так уткнуться пришлось в широкую мужскую грудь. Не представляю, в какой момент меня развернуло к нему лицом, но теперь я в прямом смысле слова ощущала, что такое быть в опасной близости к правителю.

Его тело полыхало жаром раскаленного вулкана, а дыхание выжигало ожоги, и мои щеки полыхали.

– Леди Виктория… – учтиво напомнил о себе император, не мешая мне принюхиваться к аромату его рубашки. – Я спрашивал про Стэна Кёрна.

– Это мой брат, – отрицать очевидное было бы глупо.

Я отлепилась от груди и на всякий случай сделала шажок назад. Мужчина не шелохнулся. Чисто вылитый из бронзы памятник!

– Вы близки?

Пожала плечами.

– Были когда-то. Но в последний раз мы общались еще до моего семнадцатого дня рождения. Стэна направили на повышение в столичную полицию, с тех пор мы не виделись.

– И не переписывались?

Мне не нравились эти вопросы. Ясное дело, императору сообщили обо всех родственниках каждой из претенденток на роль супруги. Но почему он так заинтересовался братом? Что-то случилось?

– До прошлого года – переписывались. В какой-то момент Стэну стало некогда писать.

– Почему? – мягко, почти с дружелюбным интересом.

– Не знаю, – ответила честно. – Отец очень злился на него за молчание, но поделать ничего не мог. Брат не сказал, где конкретно живет. А отправленные нами письма на адрес столичной полиции оставались без ответа. Почему вы спрашиваете?

Эдвард Третий вновь свернул направо. Мне даже показалось, что мы ходим по кругу.

– Дело в том, что Стэн Кёрн обвинен в покушении на действующего правителя Диары и разыскивается, дабы понести заслуженное наказание, – он сказал это таким тоном, будто речь шла не о нем, а о каком-то другом правителе.

Я споткнулась повторно и, кажется, бесконечно долго летела вниз.

В чертову бездну.

В саму тьму.

Великий правитель выжидал, позволяя мне осмыслить сказанное, не вмешивался и не вколачивал в крышку моего гроба последний гвоздь. Мы остановились невдалеке от выкрашенной в белый беседки, и мне дико хотелось плюхнуться на ажурную скамейку, но ноги не двигались.

– Это какая-то ошибка, – пролепетала я, чувствуя, как озноб пробегает по телу.

Не мог Стэн покушаться на кого-либо. Он же добрый и правильный. Герой моего детства. Образец для подражания.

– Исключено. Вина давно доказана и зафиксирована. Сожалею, что вы узнаете о предательстве брата таким образом.

– Но если… если он виноват, почему тогда… – я глубоко вдохнула, чтобы не сорваться на истерику. – Почему меня пригласили на отбор?..

Ведь есть негласное правило: на семью виновного ложится забвение. Они становятся мертвы для общества. Их имена попадают в списки нежелательных гостей. Но отец ни о чем таком не слышал. Пусть наш городок и далекий, и маленький, но информация обязательно бы долетела до Росстара, а меня никогда бы не подпустили к императору.

Бред какой-то.

– Получив запрос от вашего родителя об участии в отборе, я сначала не поверил своим глазам, – хмыкнул великий правитель. – Но ваш род один из древнейших в северной провинции, ваши прадеды защищали империю, а ошибка вашего брата не должна тенью пасть на всю семью. Кроме того, мне было любопытно посмотреть на вас.

– Вы шутите?

– Нисколько. У вас поразительное досье, леди Виктория. Брат – скрывающийся преступник, а вы чисто случайно сталкиваетесь со мной глубокой ночью.

Нет, он всё-таки издевается!