Татьяна Никандрова – Люблю тебя врагам назло (страница 57)

Как быть? Заявиться к нему в офис? И что сказать? "Привет. Помнишь меня? Я та самая бесчувственная стерва, которая разбила тебе сердце много лет назад!" Да, уж очень глупо.

И правда, о чем я думала, когда ехала сюда? На что надеялась? Даже если он и вспомнит меня, то вряд ли захочет разговаривать. А даже если и поговорит, то что дальше?

Загнанная в угол этими вопросами, я купила себе мороженое и опустилась на скамейку. Сладкий пломбир на тридцатиградусной жаре быстро таял и прохладными струйками стал стекать по моим пальцам.

Почувствовал это, я убрала руку в сторону, стараясь не запачкать платье. А в следующий миг, когда я подняла глаза на стоящее передо мной здание, мороженое выпало из мои рук.

Это был он. Широкие плечи, обтянутые белоснежной рубашкой, короткие темные волосы, неторопливая походка. Это был все тот же Ярослав, которого я помнила. Только возмужавший и дорого одетый.

Он выходил из офиса, широко улыбаясь. Как и прежде, его мимика была до безумия привлекательной.

Рядом с ним шла высокая молодая девушка, одетая в шифоновую блузку и узкую юбку-карандаш. Она внимательно смотрела на Калашникова, лишь изредка переводя взгляд на ступеньки, по которым спускалась.

Они о чем-то говорили. Непринужденным движением он провел рукой по волосам, и от этого знакомого жеста, у меня перехватило дыхание.

Я глядела на Ярослава во все глаза. Было ясно, что он в любую секунду может бросить взгляд через узкую дорогу, разделяющую нас, и заметить меня, сидящую напротив с очумевшим видом.

Но я не могла пошевелиться. Меня парализовало. Намертво пригвоздило к скамейке.

Ярослав и его спутница подошли к черному сияющему на солнце Mercedes, припаркованному в нескольких метрах от входа. Калашников сел за руль, девушка опустилась на пассажирское сиденье спереди.

Сквозь идеально чистые стекла машины я видела, как он одевает темные солнцезащитные очки и пристегивается. Все его движения были полны уверенности и спокойствия. Через несколько секунд машина плавно тронулась и скрылась из вида.

Я сидела на скамейке, ставшей моим дозорным пунктом, и поражалась тому, какой шутницей может быть жизнь. Как могло случиться, что Калашников вышел из офиса именно в тот момент, когда я приехала сюда? Глянув на часы, я поняла, что, скорее всего, эти двое поехали на обед. Но от этого мое удивления не стало меньше.

Когда спустя двадцать минут я все же отклеилась от скамейки, в мыслях была безнадежная путаница. Я брела по улицам, пытаясь проанализировать произошедшее.

Что хотела сказать судьба, когда показала мне жизнерадостного Ярослава, покидающего свой офис? Он здоров, красив, успешен. Это прекрасно.

Но он уехал с какой-то симпатичной девушкой. Кто она ему? Коллега или их связывает нечто большее?

Внезапно до меня дошла абсурдность моего желания ворваться в его жизнь сейчас, спустя четыре года. Да, за это время я так и не смогла забыть его. А что, если он забыл меня?

Возможно, что Ярослав счастлив в отношениях с другой девушкой. И тут появляюсь я, нежданный призрак его прошлого.

Я стала злиться на себя за собственную мечтательность и глупость, и вдруг мне ужасно захотелось кофе. В Англии я подсела на этот напиток, несмотря на его неприличную по меркам России, стоимость.

Я зашла в первую попавшуюся на пути кофейню и заняла очередь за высоким худощавым парнем с короткими рыжими волосами. В тот момент, когда он приблизился к кассе и стал озвучивать свой заказ, едва уловимые воспоминания зашевелились во мне.

Голос. Раньше я уже слышал голос этого парня. Он был мне знаком. Я медленно сделала шаг в сторону и, вытянув шею, заглянула лицо к рыжеволосому, чтобы подтвердить свои догадки. И я не ошиблась.

— Паша! — радостно воскликнула я. — Это ты?

Корчагин повернулся ко мне, и на его лице удивление сменилось добродушной улыбкой. Он тоже узнал меня.

— Алиса! Боже… — парень бегал ко мне глазами. — Ты тут? Вот уж кого-кого, а тебя я никак не ожидал встретить!

Он заказал для меня Капучино, и мы заняли небольшой уютный столик у окна.

— Алиса, ты прекрасно выглядишь! Вообще не изменилась! — сказал он.

— Спасибо, — смущенно улыбнулась я. — А вот ты изменился, состриг свои кудряшки, окреп.

— Да, сейчас такая духота в городе, а кудряшки греют похлеще шерстяной шапки, вот я и подумал, ну их на фиг!

— И правда очень тепло, в Лондоне такой жары практически не бывает, — сказала я, отпивая из чашки.

— Как у тебя дела? Ты давно тут? — с нескрываемым интересом спросил Паша.

— Второй день, — усмехнулась я. — Четыре года не была в России, а тут ни с того, ни с сего надумала.

Корчагин долго расспрашивал меня про Англию, про учебу. А когда он утолил свое любопытство, настала моя очередь задавать вопросы.

— Теперь ты расскажи о себе. Как институт? Работа? Личная жизнь?

— Ох… С чего бы начать? После школы, я поступил в Москву, на бюджет. В этом году закончил бакалавриат, поступаю на магистратуру, буду учиться заочно. Уже два года работаю в сфере IT технологий. Мне нравится.

— Здорово. Только, наверное, очень сложно?

— Больше интересно, чем сложно, — отозвался Корчагин. — Личная жизнь… С ней у меня все в порядке. В том году мы с Наташкой поженились.

— С Одинцовой в смысле? — обомлела я.

— Ну, теперь уже с Корчагиной, — не без гордости заявил парень.

— Вот это новость! Паша, поздравляю! Вы такие молодцы! — я сжала его пальцы, а он благодарно улыбнулся в ответ.

— Спасибо! Мы после школы так и не расставались, переехали сюда вместе. Сейчас она танцы преподает.

— Я за вас очень рада!

— Ну а у тебя как с этим? Есть кто-нибудь? — подмигнул мне Павлик.

— Нет, — я покачала головой. — Как-то не сложилось.

— Ты… Ты общалась с Калашниковым с тех пор? — неуверенно спросил он.

— Ни разу, — призналась я. — А ты?

— Да, мы поддерживаем связь. Раз в месяц встречаемся, делимся новостями. У него сейчас очень насыщенная жизнь, — поведал Корчагин.

— Правда? — мне было так интересно, что я неосознанно подалась вперед.

— Ага. Он же все-таки уехал в Москву. Друг из детдома, Сева, кажется, чуть ли не силой его в поезд запихнул. Яр был сам не свой после того, как ты исчезла. Переживал сильно. Но потом взял себя в руки, собрался. Начал учиться, затем пошел в "IGM", перевелся на заочку и стал работать полный день. Уже неплохо продвинулся по карьерной лестнице.

— Понятно, — протянула я. — Он женат?

— Ярик-то? — заулыбался Паша. — Не-не-не, это не про него.

— Почему?

— Ну, он и в школе-то девчонкам нравился, а сейчас с хорошей работой, машиной и вовсе стал нарасхват. Если ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю, — отозвалась я, а в груди неприятно защемило.

— Слушай, Алиса, он будет чертовски рад тебя увидеть!

— Думаешь? — я с сомнением покосилась на него. — После того, как я поступила?

— А как ты поступила? — вскинул брови Паша. — Он прекрасно знает, что отвертелся от той заварушки с грабежом только из-за тебя. Ярик никогда о тебе плохо не говорил. Всегда с теплотой и уважением.

— Ты знаешь про ту ситуацию? — удивилась я.

— Да, он мне рассказал спустя полгода, как ты уехала.

— Ну не знаю, Паш. Если честно, у меня у самой была мысль его увидеть, но потом я подумала, что это лишнее. У него своя жизнь…

— Что ты такое говоришь? — воскликнул парень. — Ты та, благодаря кому, он весь год благополучно проучился в нашей школе! Точно тебе говорю, он будет очень огорчен, если узнает, что ты была в Москве и не повидалась с ним. Позвони ему.

— Ой, нет, — я замотала головой. — По телефону я вообще не могу. Не общались четыре года, и тут звонок. Хуже не придумать.

— Тогда поезжай к нему домой, — не унимался Павлик.

— Что? — испуганно заморгала я.

— Давай свой номер, я сообщением скину тебе его адрес. К чему вспоминать старые обиды? Встретитесь, поговорите. Вам же есть, что вспомнить.

Мы проболтали с Пашей еще минут двадцать, а потом он заторопился обратно на работу. Пообщаться с бывшим одноклассником было приятно, все моменты школьных дней заново ожили в моей голове. Только самые приятные воспоминания того времени, как ни крути, были связаны с Калашниковым.