Татьяна Никандрова – Бунтари не попадают в рай (страница 25)

Если бы с мамой что-нибудь случилось, я бы, наверное, сдох от горя. Нет, правда сдох бы. Потому что я не знаю, как жить без человека, который в тебя верит и любит, несмотря ни на что.

А Янковский, к сожалению, знает.

– Прости, – хрипло нарушаю затянувшееся молчание. – Я был не в курсе, что у тебя все так хреново…

– Забей, – мотнув головой, Егор обрывает поток моих бессвязных извинений. – Теперь я вроде как твой должник. Если бы не ты, эти гады мне все ребра бы переломали.

– Считай, мы квиты, – улыбаюсь я, туша окурок об лазалку. – Как смотришь на то, чтобы с моими корешами почилить? Так, чисто по-пацански посидим, пива выпьем. Я вообще-то как раз к ним шел, когда на тебя и тех упырей наткнулся.

– Далеко идти?

– Да нет, минут пять-семь, не торопясь.

– Ну тогда погнали, – кивает Янковский. – Только пиво с тебя. У меня, походу, эти говноеды всю наличку отжали.

Он хлопает по карманам куртки и испускает очередной горестный вздох.

– Много было? – спрашиваю я, спрыгивая на землю.

– Пару сотен, не больше.

– Ладно, тогда в следующий раз вернем.

Янковский тоже спускается вниз и, слегка прихрамывая, устремляется вслед за мной. Ни о его родителях, ни о драке мы больше не разговариваем. Все это, конечно, безумно интересно, но хватит с нас на сегодня драмы. Жизнь-то, как ни крути, продолжается.

Глава 32

Глеб

– Привет, – улыбаюсь я, распахивая дверь перед застенчиво переминающейся с ноги на ногу Асей. – Ты что-то рано.

– Ну я просто подумала, что лучше прийти заранее, чем опоздать, – блеет она. – А ты… Ты еще не готов, да? – скатывается взглядом по моему обнаженному торсу. – Извини… Я тебя тогда в подъезде подожду…

– Да заходи уже, – со смехом затаскиваю ее в квартиру и устремляюсь обратно в свою комнату.

Надо хотя бы джинсы с футболкой надеть, а то домовенок сейчас умрет от смущения. Такая забавная она. Вроде почти восемнадцать, а поведение порой как у семиклассницы. Чуть что краснеть начинает, заикаться. И ведь видно, что это у нее не напускное, что реально стесняется. Милота да и только.

Одевшись, бреду на кухню и, проходя мимо Аси, маню ее пальцем:

– Пойдем, чай налью. Мамка какой-то вкусный купила, с жасмином вроде.

Кивнув, девчонка послушно стягивает с себя пальто и, повесив его на крючок, следует за мной.

– Какие планы на сегодня? – воодушевленно интересуется она, присаживаясь на краешек стула.

– Ну… Я вообще хотел с компашкой потусить, – отзываюсь я, разливая ароматную заварку по стаканам. – Ты как? Не против?

– С какой компашкой? – лицо домовенка заметно мрачнеет.

– Да с нашими ребятами, с колледжа. У Никитоса предки куда-то свалили, вот он и решил что-то вроде вписки организовать. Кстати, хавчик за его счет. Так что еще и поедим на халяву.

Обернувшись, подмигиваю Асе, но она, кажется, моего энтузиазма не разделяет. Даже, наоборот, взгрустнула как будто.

– А кто там еще будет? – спрашивает тихо.

– Точно не знаю… Ну Воронин, ясен пень, будет. Друганы его, – поставив перед Асей кружку, сажусь напротив. – А, еще Янковского позвали. Он тоже придет.

– Ты же вроде терпеть не можешь Янковского, – удивленно замечает она.

– Уже нет, – мотаю головой. – Я тебе говорил? Мы с ним на днях так классно зависли у моих корешей. Отдохнули, повеселились… Короче, вражда теперь в прошлом. Он нормальный пацан, сама скоро убедишься.

– Значит, Стелла тоже там будет?

С каждой фразой ее вид становится все несчастней и несчастней.

– Да, наверное… Но ты не переживай, Ась, она тебя больше не тронет. Я с ней поговорил.

– Да? – она напрягается. – И что сказал?

– Что ты мне нравишься и я буду за тебя заступаться, – осторожно отхлебнув горячий чай, надкусываю печенье. – Это правда, Ась. Я тебя никому в обиду не дам.

Личико девушки наконец проясняется, и на нем появляется слабая улыбка:

– Спасибо тебе, Глеб. Но я все же лучше к Воронину не пойду… Незачем это. Они меня не ждут, да и мне среди них некомфортно…

– Ася, Ася! Стоп! – перебиваю возмущенно. – Хватит прятаться в свою скорлупу! Сколько можно? Я ребятам сказал, что с тобой приду. Они не против.

– Но я…

– Ты же классная! Умная, чуткая, добрая! А еще ты круче всех играешь в Города! Дай и другим разглядеть твои достоинства!

– Подумаешь, игра в Города, – фыркает Ася. – Тоже мне достоинство…

– Опять ты начинаешь? – угрожающе щурюсь. – Обесцениваешь себя и свои сильные стороны? Я, например, до знакомства с тобой знать не знал, что столицей Мадагаскара является город Антананариву.

– И что тебе это дало? – усмехается она.

– Интеллектуальное превосходство над основной массой сверстников, как минимум, – поясняю я, пережевывая печенье.

– Ох, как сказал, – Ася, не удержавшись, смеется.

– Видишь? С тобой я прям на глазах умнею!

– Да ты и так умнее всех, Глеб! Просто у тебя практичный ум, а у меня сплошные академические знания, неприменимые в реальной жизни…

– Еще одно уничижительное слово в свой адрес – и я запульну в тебя печенькой! – приподнимаю повыше руку с бисквитом. – Это не шутка, Ась.

– Ладно-ладно, молчу, – девчонка примирительно улыбается.

– Пей чай давай, – командую я. – Как тебе жасмин?

– Вкусно, – Ася снова прикладывается к кружке. – Только это не жасмин, а чабрец.

– Да какая хрен разница, – отмахиваясь я.

– Ну в общем-то да, – соглашается она, а затем мы вместе смеемся.

С Асей всегда так: легко и уютно. Она, конечно, местами закомплексованная и частенько любит позанудствовать, но это, по большому счету, мелочи. Главное, что с домовенком я отдыхаю душой. Не выделываюсь, не стараюсь произвести впечатление, не напрягаюсь.

Если честно, раньше у меня такого с девчонками не было. Ну, не получалось у меня с ними дружить, хоть ты тресни! А с ней как-то само собой сложилось, я даже усилий не прилагал… Вот, что значит совместимость характеров. Я взрывной и импульсивный, она мягкая и вдумчивая. Идеальное сочетание, не находите?

По-хорошему мне бы давно пора перестать мечтать о Стелле и сосредоточиться на чем-нибудь более доступном и приземленном. На той же Аське, например. Конечно, я не думаю, что привлекаю ее как парень, но, если б захотел, вполне мог бы и привлечь. Я ведь не какое-то там чучело огородное – нормальный пацан. Помнится, моя бывшая даже говорила, что я красивый. Врала, наверное, зараза, но все равно приятно было. И самооценку здорово поднимало.

Но это, конечно, так… Мысли вслух. Без каких-либо реальных намерений. Потому что в реальности я просто физически не могу выкинуть чертовку Кац из головы. Особенно, когда она то и дело маячит передо мной в своих провокационно-коротких юбках и колготках в сеточку…

Ох уж эти колготки в сеточку! Сколько они энергии из меня высосали! Сколько раз я представлял, как рву их прямо на Стелле, как освобождаю ее длинные ноги и упругий зад из тисков капрона, а потом…

Ладно-ладно, не буду говорить, что потом, а то еще решите, что я озабоченный. В общем, фантазирую я о Стелле. Много и изощренно. Прокручиваю в голове моменты наших случайных зрительных контактов и весь трепещу от воспоминаний. Потому что будоражит она меня адски. И злит тоже безудержно. Слишком сложная, слишком гордая, слишком красивая…

Знаете, у меня такое ощущение, что все песни в мире написаны о ней. И добрые, и веселые, и трагичные. Стелла – это апогей эмоций. Буря, сумасшествие! Я конкретно подсел на нее и совсем не уверен, что когда-нибудь смогу излечиться…

– А, может, лучше фильм посмотрим? – с надеждой в голосе предлагает Ася. – Или у тебя мама скоро придет?

– Ась, не юли, – подхожу к раковине и споласкиваю чашки. – Уже ведь решили, что к Воронину идем. Ты, если чего-то боишься, держись рядом. Я за тебя любому глотку порву, поняла?

– Поняла, – вздыхает она смиренно. – Только и ты от меня не уходи, ладно?

– Обещаю.