Татьяна Никандрова – Бесчувственный. Сердце на части (страница 49)
– Я женюсь на ней, – роняю, помолчав.
Не то чтобы мне нужно его одобрение или, упаси боже, разрешение. Просто я хочу, чтобы окружающие и в том числе мой отец знали, что у нас с Диной все серьезно.
– Женишься? – папа пораженно расширяет глаза.
– Ну да. Уже и кольцо купил. Осталось только предложение сделать.
– Вот это да… – он проводит рукой по седеющим волосам. Туда-обратно. – В таком случае мои поздравления, Булат. Это ответственный шаг.
Я тоже раньше так считал. Что женитьба – это пиздец какая ответственность. Я не собирался связывать себя узами брака лет до тридцати, страшась обязательств и ненужных головняков. А потом сошелся с Диной – и все вдруг стало так просто. Будто дважды два.
Какие к черту страхи? Какие головняки? Быть с ней, вместе воспитывать нашу дочь, смеяться, молчать, трахаться и спать в обнимку – это именно то, что мне нужно. Именно то, чем я хочу заниматься всю оставшуюся жизнь. Так зачем тянуть?
– Спасибо, – киваю я, пряча ладони в карманы брюк.
– На свадьбу-то позовете? – отец глядит искоса.
Усмехаюсь. Это так странно – общаться с ним будто ничего не бывало.
– Может быть.
– Оксана обожает свадьбы, – добавляет с улыбкой. – Прямо с ума по ним сходит.
По привычке тянет брякнуть что-нибудь подростково-протестное, кольнуть отца сарказмом, но я сдерживаюсь. Сколько можно уже? Пора избавляться от детских комплексов и взрослеть. В конце концов, сам не без греха.
К тому же эта его Оксана – вроде ничего. Улыбчивая, хозяйственная, скромная. Чем-то даже на мать мою похожа. Не внешностью, а по энергетике. Такая же спокойная и интеллигентная.
– А вот и мы! – из коридора раздается громкий возглас, в котором я узнаю голос засранца Южакова.
Приперся все-таки.
Вместе с остальными гостями устремляюсь в прихожую, чтобы поглядеть на двоюродного брата, который опоздал на целых три часа. Через двадцать минут уже бой курантов – а этот придурок только явился.
Ко всеобщему удивлению, Демид не один, а со спутницей. Из-за мелькающих передо мной чужих голов мне не сразу удается рассмотреть ее лицо, а когда все же удается, моя челюсть медленно отъезжает вниз.
Длинные белокурые волосы, по-детски вздернутый носик, огромные голубые глаза, как у куклы.
Тася Таманская.
Блядь. Какого хрена он ее сюда притащил?
Я смотрю на эту недотрогу, которою и девушкой-то назвать язык не поворачивается – настолько она мелкая и щуплая – и в груди невольно разливается жалость.
Похуй, кто ее брат.
Похуй, какие ошибки он совершил.
Издеваться над вчерашней школьницей – это подло.
– На минуту, – хватаю скалящегося Южакова за рукав худи и тяну в соседнюю комнату.
– Эй! – возмущается тот.
– Перетереть нужно, – говорю невозмутимо, захлопывая дверь.
– Чего ты пристал, Булат? Я ведь только пришел!
– Зачем она здесь? – перехожу к сути, скрестив руки на груди.
– Затем, что я ее привел, – Юг выдвигает нижнюю челюсть, и его взгляд становится колючим.
– Это я вижу. Я спросил: на хуя? – цежу свозь зубы. – Или ты садист? Кайфуешь от страданий маленьких невинных девочек?
– Пошел нахер, Кайсаров! – огрызается он. – Ей вообще-то восемнадцать!
– И давно ей восемнадцать? – мрачно.
– Тебя это ебать не должно!
– Ты ведь с ней из-за мести, да? Хочешь Таманскому насолить? Думаешь, он узнает, что ты трахаешь его сестричку, и примчится к тебе на дуэль? Так вот тебе новость, Юг: ему пофиг. Он свалил в свою Канаду, а нас даже не вспоминает.
– Да мне насрать на Таманского! Я уже давно не думаю о нем!
– Тогда почему она? – не унимаюсь. – Ты ведь наиграешься. Потешишь свое эго и свалишь. А она потом вены резать начнет.
– Ты дебил, а? – раздражается – Че за хрень несешь?!
– Да потому что я, блядь, знаю ее! Она впечатлительная, ранимая… А ты жестокий гондон, который из-за собственных страданий вконец очерствел!
Юг шумно выдыхает. Мне чудится, что вместе с воздухом из его ноздрей вылетает еще и пар. Желваки напряжены. Линия челюсти напоминает камень.
Друг делает несколько шагов, приближаясь почти вплотную. Мы с ним примерно одного роста, поэтому я отчетливо вижу гнев, плещущийся в его глазах.
– Не лезь. Не в свое. Дело. Понял? – чеканит чуть ли не по слогам. – Мы не малые дети. Разберемся без тебя.
Я разочарованно клацаю зубами, осознав, что так и не смог достучаться до друга. А он тем временем отступает назад и, направившись к двери, с усмешкой бросает через плечо:
– И не порть людям праздник своей кислой рожей. Новый год как-никак.
___
Дорогие читататели, приглашаю вас в новинку про Демида Южакова "Бессердечный". История будет эмоциональная, с огоньком и капелькой стекла. Ну и, конечно, на ее страницах нам повстречаются уже полюбившиеся герои)) Первые главы уже на сайте. Ссылка: https:// /shrt/IiAv
Читать: https:// /shrt/IxDO
Глава 52. Люблю.
Дина
Мы возвращаемся домой вечером первого января. Уставшие, невыспавшиеся, но довольные и счастливые. Праздник в доме Рената Айдаровича прошел на ура. Было весело, шумно и, несмотря на довольно разношерстную компанию, душевно. Мы вкусно ели, много пили, общались, запускали петарды, а под утро – даже пели старые песни, которые, как выяснилось, знают не только взрослые, но и молодежь.
На рассвете все разошлись по спальням и проспали практически до полудня. Потом был совместный обед и прогулка по заснеженному лесу, который находится неподалеку от особняка Кайсаровых.
Словом, это была лучшая новогодняя вечеринка за всю мою жизнь. А еще мне очень понравился Ренат Айдарович. Раньше я знала о нем только то, что рассказывал Булат. Он казался мне беспринципным, властным хищником, зацикленным на личной выгоде и корысти. Однако, познакомившись с ним лично, я в корне поменяла свое мнение.
Во-первых, он очень красивый. Даже невзирая на солидный возраст. Я смотрела на этого элегантного подтянутого мужчину и не без удивления отмечала, как много черт унаследовал от него Булат.