Татьяна Никандрова – Бесчувственный. Сердце на части (страница 10)

Я никогда не была особо раскрепощенной. Все больше стеснялась и пряталась в панцирь. Это происходит и сейчас. Чувство неловкости сковывает тело: не знаю, что сказать и куда деть взгляд.

– Присаживайся, – Витя кивает на диванчик, и я немного неуклюже опускаюсь на темно-синюю бархатную обивку.

Сцепляю пальцы в замок. Зачем-то приподнимаю и снова опускаю плечи.

– Тебе тоже не верится, да? – он правильно считывает мои эмоции.

– Угу, – киваю, а затем добавляю. – Прости, я немного нервничаю.

– Понимаю. Давай сделаем заказ?

За пролистыванием меню и выбором блюд наша беседа приобретает все более непринужденный характер, и спустя уже буквально пять-десять минут мы с Витей начинаем осторожно делиться новостями.

Оказывается, в прошлом году он закончил университет, с чем я его, конечно же, поздравляю. Сейчас работает в крупной логистической компании на должности программиста. Приобрел новую машину, переехал поближе к работе, трижды в неделю ходит в тренажерный зал. Холост и по-прежнему держит лабрадора по имени Майк.

– Ну а у тебя что нового, Дин? – спрашивает Аксенов, когда обсуждение его жизни плавно подходит к концу.

Я знала, что рано или поздно этот вопрос обязательно прозвучит, и боялась его. Потому что, если честно, совсем не знаю, с чего начать рассказ.

Тщательно пережевываю пасту с креветками, промакиваю губы салфеткой и, сделав небольшой глоток воды, говорю:

– Ну… Я брала двухгодичный академический отпуск, а теперь вернулась к обучению. Правда сейчас я на заочном отделении и посещаю институт гораздо реже, – моя речь звучит чуть быстрее, чем обычно.

– Понятно. А что случилось? В связи с чем был отпуск? – Витя подается вперед и слегка сужает глаза.

Вот, кажется, и настал момент неизбежной истины.

Набираю в легкие побольше воздуха и на одном дыхании выпаливаю:

– Отпуск был связан с тем, что я забеременела.

Лицо Вити в этот момент надо видеть. Тут и шок, и неверие, и непонимание… Поначалу парень изумленно расширяет глаза, затем открывает рот, чтобы что-то сказать, но в итоге передумывает и снова его закрывает.

За столом повисает тишина. Некомфортная и наполненная немыми вопросами.

– Забеременела? – выдавливает наконец. – Ребенком?

– Ну не козленком же, – усмехаюсь нервно.

Благодаря юмору – быть может, не совсем уместному – я пытаюсь хоть как-то разрядить напряженную атмосферу.

– Я… Я не вполне понимаю, – на выдохе он проводит рукой по волосам. – Как это могло случиться? Разве ты тогда с кем-то встречалась?..

– Нет, не встречалась, – качаю головой. – Просто так вышло.

Витя вновь округляет глаза. Видно, что ему очень сложно принять и осмыслить услышанное.

– Выходит, у тебя сейчас есть ребенок?

– Дочь. Ее зовут Амелия.

– И сколько ей?

– Почти два.

– Ясно.

Витя несколько раз кивает. Отводит взгляд к окну и какое-то время сидит недвижно, пристально разглядывая городской пейзаж.

– А с отцом дочери ты общаешься? – отмирает спустя минуту-полторы.

– Нет, нас ничего не связывает. Я воспитываю дочь одна.

– Тяжело, наверное?

– Как тебе сказать… Все это время мне очень помогали родители, поэтому я не чувствовала какой-то сверхнагрузки. Сейчас Амелия уже вторую неделю ходит в ясли. Пока всего на пару часов, но скоро, надеюсь, и до полного дня доберемся.

– Значит, ты планируешь работать?

– Да я вообще-то уже, – пожимаю плечами. – Пишу статьи на заказ и время от времени подрабатываю официанткой на выездных мероприятиях.

– Здорово. Ты молодец, что столько всего совмещаешь, – Витя, судя по всему, понемногу приходит в себя от шока. – И материнство, и учебу, и работу…

– Приходится, – я слабо улыбаюсь. – Я ведь не хочу всю жизнь таскать подносы на банкетах.

Признавшись в своем главном секрете, я чувствую колоссальное облегчение. Больше не придется заминаться, увиливать и прятать глаза в пол. Да и Витя, надо заметить, отреагировал на удивление здраво. Изумился, конечно, поначалу. Напрягся. Но, в целом, вполне достойно справился со столь неожиданной информацией.

После преодоления непростого эмоционального рубежа наш с Аксеновым разговор дальше идет как по маслу. Мы наконец по-настоящему расслабляемся. Начинаем смеяться, шутить и по-доброму подкалывать друг друга.

В прошлом наше общение закончилось, едва начавшись, поэтому в настоящем я не хочу строить какие-то грандиозные планы. Пусть все идет как идет. Неспешно и без завышенных ожиданий.

Если нам с Витей суждено сблизиться, то так оно и произойдет. А если нет, то я не сильно расстроюсь. У меня сейчас и так забот хватает.

Глава 11. Проза жизни.

Дина

В роскошном светлом зале полно народу. Человек двести, не меньше. Все нарядные, веселые, улыбчивые. Ари говорила, что планирует грандиозную свадьбу, но я и не предполагала, что настолько. Подобного размаха я не видела никогда.

У входа гостей встречает оркестр во главе с элегантной арфисткой. Под потолком парят сотни полупрозрачных бабочек голубых и бледно-розовых оттенков. А свадебная арка, сплетенная из живых цветов – пионов, гортензий и гипсофил – поражает воображение своим размером и красотой.

Такое чувство, будто я попала в волшебную сказку.

– Дина, привет! – ко мне приближается Полина, та самая девушка, которую я уже видела на девичнике, и легонько касается моего плеча.

– Привет, – отзываюсь я, испытывая некое облегчение при виде знакомого лица. – Ты… Ты чудесно выглядишь.

Это не лесть. Полина правда очень красива. Золотистое струящееся платье хорошо сочетается с ее длинными светлыми волосами, уложенными в крупную объемную косу.

– Спасибо, Дин, ты тоже роскошна, – Полина улыбается, обнажая ровный ряд жемчужных зубов. – И как ты только завила такие классные кудри?

– Я не завивала, – пожимаю плечами. – Это мои натуральные. Просто в последнее время я их частенько выпрямляю. Мне кажется, так красивее.

– Ну уж нет! Выпрямлять такие волосы – преступление! – возражает она.

– Думаешь?

– Конечно! Прямые волосы у всех, а такие клевые кудряшки, как у тебя, – большая редкость!

Забавно. Раньше я не думала об этом в таком ключе. Мне казалось, что буйные непослушные кудри выглядят сумбурно и даже немного неопрятно. А вот гладкие волосы – стильно и симпатично. Однако Полина права, с естественной прической я действительно выделяюсь из толпы. Может, пора отказаться от утюжка насовсем? Тем более, что он изрядно портит волосы.

Мы с Полиной подходим к большому картонному стенду в виде облака и принимается отыскивать свои имена в списке гостей.

– О! Я сижу за шестым столиком, – сообщает она, ткнув пальцем куда-то в верхний край облака. – И ты тоже!

– Здорово, – роняю я.

А сама тем временем продолжаю рассматривать план рассадки в поисках одного конкретного имени. Возможно, это глупо, но от того, где расположится Кайсаров со своей девушкой, зависит уровень моего душевного спокойствия, так что…

Уф. Слава богу. Булат и Глория сидят за восьмым столом. А значит, мне не придется лицезреть их тандем на расстоянии вытянутой руки. Это уже хорошая новость.

Полина берет меня под руку, и мы пробираемся к своим местам. И только усевшись и поздоровавшись с остальными соседями, я вдруг вспоминаю, что имя Демида Южакова было в списке восьмого столика, а не нашего. Выходит, их с Полиной тоже рассадили. Но почему? На девичнике мне показалось, что между ними что-то есть…

– Ничего, что Демид не здесь? – осторожно интересуюсь я.

– Это даже к лучшему, – вздыхает Полина. – Моим нервным клеткам нужен покой.

Вот, значит, как.