Татьяна Немшанова – Бог молчит. Книга 1 (страница 10)
Пёс - никакой! Обижен. В кошмарном стрессе. Шёл странно, в стороне, вдоль склона, мимо нас, точно нас боится. К нам не подходит . Позвала:
- Дымка! Дымка!..
- Сразу развернулся и подошёл. Нас он, как поняла, потерял. Не понимаю, что с ним случилось. Предложила еду, - наотрез отказался есть. Точно под гипнозом, заторможен. Глаза в каком-то тумане, неживые. Хвост не тугой баранкой, а висит. Голова тоже висит…
- Не ест, не смотрит на нас. Поражена. Ничего не пойму. Решила: он работал ночь, день, а мы его бросили – ушли, оттого и обиделся, решил, что его предали, бросили. Хотела погладить, - не даёт. Дотронулась случайно ладонью до бока, он резко пронзительно вскрикнул от боли. Осмотрела, - в центре подпухло. Впечатление, что сломано ребро от удара когтя. – Медведь? Кабан?.. Росомаха?.. - Очень сильно травмирован. Почти не стоит на лапах. Обезножил совсем. Глаза смотрят туманом. Лёг всё же рядом со мной, у кедра, у костра. На ласку реагирует странно. Впервые вижу такое. Поняла: пёс схлестнулся с серьёзным зверем и едва выжил. От удара сломано или треснуто ребро, оттого отказали фактически совсем задние лапы.
Столько мыслей! Поблагодарила Лешака, что крутил день и заставил сделать круг, вернул меня обратно в исходную точку за псом, - вывел чётко к костру, - метр в метр! Где нас ждал потерявшийсяДымка. – Спас его и меня тем самым. А я думала, что Дымка сбежал в село или на первую ночёвку. А в селе соседи поднимут панику. Поднимут трепотню на весь свет. Итак их стараниями все кости мыты- перемыты, - жить невозможно, шага без сплетен не сделать. Шла и думала: если Дымка, плутанув, убежал во двор, - как звонить, оправдываться, что не смогу в ближайшие дни вернуться и его взять под контроль. И, - как быть?.. – Сколько накануне непрерывных угроз расправы с ним! – Прямо угрожали заказать местному догхангеру. Он за деньги мочит всех неугодных соседям, конкурентам, лаек, зарабатывает на том. Все о том знают, и законы писаны, да не для таёжного запредела.
С Пулей уже хотела уходить на юг по компасу в село, а не идти в избу. Только это ещё несколько суток пути. Впервые такое случилось. Рада, что Лешак вернул меня обратно, чем спас пса и мою душу. Устала сильно, но душа тепла, совсем не жалею день плутаний по тайге с тяжеленным рюкзаком..
***
Четыре ночи у костра. Четыре дня полной нагрузки. Ногинесносно болят – смозолены до мяса. Чуни отпотевают сильно. Впервые реально плутаю, как в кино. В конце вспомнила все истории про Лешака, что водит. Поверила в его мистику. - Так и вышло. А в итоге его же от всего сердца благодарю, что целенаправленно меня крутил, спасая пса и меня от боли потери. Сидела ночью у костра и разговаривала с ним , улыбаясь и смеясь над собой, что дошла до ручки, - реально общаюсь с Лешим, рада ему, благодарю его искренне. Разговариваю мысленно:
- Мне неудобно называть Вас Лешим… - Как Вас зовут?..
- Пётр Иванович…
- Пётр Иванович, почему Вы живёте в тайге?..
- Так вышло…
- Давно?..
- Около трёхсот лет…
- Вам не скучно тут одному?..
- Нет! - Я не один. Нас много… - всяких… - помощников хватает…
- Спасибо, что вернули мне пса, спасли! Помогите завтра найти избу. Я сильно устала, да на связь не выходила. Дети, чувствую, потеряли. Дальше нельзя плутать мне. - Тревожно очень. Выведите завтра! Помогите! И простите за всё, что делала и делаю не так. Я стараюсь меньше вредить, только не всё получается. Я постараюсь Вас слушать…
***
Вскипел чай. Пью и улыбаюсь, глядя на огонь. Надо спать. Дымка полежал клубком у костра и немного отошёл психологически. Спит. Однако, так и не поел.
Временами подтаскиваю дрова. Подпилила рядом несколько берёзок. Они неплохо горят, не искрят. Отойти от костра в сторону за сухостоем не рискую, да и прошлой ночью всё сожгла рядом. На склоне много поваленных сосен, кедров толстых, однако их ножовкой не напилить. Решила: если дров не хватит, пойду по сумеркам. – Продержусь до них. И, завернувшись в плащ-палатку плотно, прижалась доверчиво к корням уже родного кедра, подогнув ноги, положив голову на корень, с стволу старичка, уснула. Главное, - собаки живы! А завтра целый день, - надеюсь найду избу.
Глава 13
31.09.2025? ( 1.10.2025?) - Точной даты не знаю. Я – в избе! За окном - ветер. Сосны, кедры качают ветками. Дымка успокоился, залез в конуру и блаженно спит. Голова вылезла из конуры со стороны стены, отодвинув брезент, а глаза поглядывают на окно, - на хозяйку. Жутко похудел. Хребет торчит. Сильно устал. Едва стоял на лапах. Не мог даже сесть на попу. Задние лапы не держали пса совсем. В избу зашёл нараскорячку, из последних сил. Особо правая лапа вышла из строя, - волоклась, хромала. Встал у печи, хвост опущен, голова - вниз. Пытается сесть на пол, а не может, -боли не позволяют ни сесть, ни лечь и стоять сил нет. Кое-как смог лечь. Временами вылизывается. Впервые вижу его в таком опасном состоянии. Боюсь, - не умер бы!..
***
Первым делом, зайдя в избу, растопила печь, вскипятила себе чайник, запарила кофе кружку. Не пила пять суток. Одновременно поставила варить кашу лайкам. Они пять суток без еды. Давала немного сахара, хлебца, сухарей и по конфете. – Это не еда для лайки, а лишь немного калории, оттого и давала комковой сахар, - немного совсем, ведь несу на себе.
***
У печи стоит кастрюля с кашей,напревает. В бутылке нашла заначку - смесь круп: пшено, кукуруза. Воды очень мало. Приложится жёстко экономить. Добавила в кашу старое растительное масло. Его в прошлый приход, остатки, перелила из пластика в стеклянные бутылки от мышей и медведей. Бутылки поднакопились от гостей. Медведь их не прокусывает. Пластик защищает только от мышей.Три бутылки сохранилось в избе, что радует, - будет, чем кормить лаек, да и самой пожарить грибы, мясо можно...
Дымка проголодался. Ужарел у печи. - Язык висит, пасть открыта. Пять суток не ел. С реки, как подошли к нашему причалу, звала идти в избу, уговаривала,- никак не шёл, - сил не осталось у лайки. - Депрессия невероятно сильная. Всю дорогу с ночёвки приходилось его ободрять, контролировать, звать, чтобы не лёг, а шёл. На реке немного ожил, зная уже точно, что идём в избу, а на причале лёг и не идёт – обессилил. Едва подняла. До избы за Пулькой шёл по тропе, что облегчило ситуацию. А в избе совсем обессилил. Из пасти плохо пахнет, - вероятно, повреждено что-то внутри, не только ребро сломано. Похоже, зверь крепко его ударил лапой с когтями, что повредил и лапы, и рёбра, и внутренности, нервы, мышцы. Боюсь, - не выживет.
***
Остыло. Дала по миске каши каждому– немного. Съели. Теперь спят, - умаялись. Теперь и мне можно и поесть, и попить кофе, и передохнуть, расслабиться.
***
Утром, на рассвете, вскипятила на костре, попила чая кружку, и пошла вдоль бугра,где ночевала, ища тропу в избу. Была уверенна, что нахожусь рядом с ней. - Не нашла! Приняла решение идти без тропы на восток, через болота, чтобы выйти на нашу гриву. Болото более километра. Без тропы по нему идти край, как сложно, но иного выхода нет.
Пошла на восток, полагая, что просто не нашла тропу западного путика и пересеку болото, выйду на свою гриву. Сориентировалась по восходящему солнцу, сопоставив его место нахождения с компасом. Суть в том, что наше северное солнце летом восходит на севере, не на востоке, а зимой и заходит и восходит на юге, совсем не на востоке и не на западе. Сейчас – осень. И светило смещается. День рванул в полярную ночь, стремительно, ежедневно сокращаясь, тогда как ночь растягивается в полярную. Вот и определяю, где сегодня солнце взошло относительно сторон горизонта.
Повезло: солнце восходящее видно на востоке. Оно ещё и низко. Само не видно. Благо, - солнце поднималось,и свет жёлтый неба в месте восхода отчётлив, тогда как остальное небо дышит синим холодом. И потом стало виден сам солнечный диск над лесом, - нежаркий, красный. На него уже можно спокойно глядеть, не щурясь. – Не слепит, не греет. Хорошо различима корона, типа волосы на голове. Повезло! День – ясный, однако надо спешить: в любой момент натянет облаков и тайга опять потемнеет. В урмане сейчас постоянен сумрак. А идти, непрерывно смотря на компас, на ветки деревьев, мхи и смолу на стволах, - канительно и ненадёжно.
Шла: продиралась сквозь топкие болотные заросли. Собачата побежали вперёд, контролируя и меня. - Болото, кочки, топи. За предгривной низиной пересекла верховое моховое болото. А за ним видна - типа грив лесных. Решила: «Моя». Пыталась свернуть на гривы, но заставила себя идти на солнце, независимо от местности, выискивая проходы в непролазных местах. Собаки побежали вперёд. Пуля далеко бегает и охотится, а Дымка идёт рядом, далеко не убегает. Кругом - звериные тропы. Собаки рыщут. Опасаюсь, чтобы не выгнали серьёзного зверя. – Не до экстрима с медведями. Те сейчас агрессивны, - ищут берлоги на зимнюю залёжку. Можно и поднять уже с берлоги, что край нежелательно! Использовала тропы, - по ним легче идти.
Продралась сквозь топкие буераки, полагала: вышла на свою гриву. Не знала, где я нахожусь. Просто шла на восток, рассчитывая выйти на западный склон нашей гривы кедровой.
- Где я?.. – выше или ниже путика… - Не могу понять. Волевым усилием заставила себя опять идти только на восток, не сворачивать никуда, где легче идти - на лесные твёрдые участки. И опять вместо леса пошли болотА уже с мелкими лужами, озерцами. Пришлось их обходить, искать проходы - перемычки.