реклама
Бургер менюБургер меню

Татьяна Мужицкая – Зоопарк в твоей голове. 25 психологических синдромов, которые мешают нам жить (страница 11)

18px

Человек не зря считается высшим приматом. Наши эмоции — это не украшение серых будней, а сигнальная система, информирующая о том, что для нас значат те или иные события. Она отлично работает и в отношениях, как с близкими людьми, так и с коллегами, обществом. И если мы не замечаем сигналы — эмоции — естественным образом, то на помощь приходят реакции тела. И чем они грубее, больнее, тем сложнее их игнорировать.

В этом скрыта одна из причин преследующей Ульяну головной боли. Давайте разберем некоторые инструменты, которые помогут ей и другим «загнанным домохозяйкам» справиться с этим состоянием.

Наш мозг похож на мощнейший компьютер, а управляет им специальная программа, которую мы знаем как «внимание». Этот ресурс достаточно ограничен. Чтобы экономно его расходовать, мы фокусируемся на чем-то одном, а остальные детали картины воспринимаем как шум. Отвлекаемся только на значимые отклонения от фона. К примеру, в метро многие из нас разговаривают на обычной громкости, хотя вокруг гул и грохот. Это потому, что умеем слышать важное. Или мама обращает внимание на младенца не только когда он громко заплакал, но и если неожиданно затих.

Хорошо и с полной включенностью мы чаще всего способны делать что-то одно. Для примера, попробуйте одной рукой рисовать круг, а второй — квадрат. А вслух называть цвета радуги. Получилось? Респект! А теперь попробуйте увеличить темп. Заметьте, насколько это труднее.

Мозг решает задачи последовательно, быстро переключаясь между ними.

Если же задач много одновременно, то мы начинаем «перегреваться», как самый обычный компьютер.

Производительность падает. Число сбоев возрастает. Именно так и генерируются ошибки в бурной деятельности Ульяны.

Очевидное спасение — «есть слона по кусочкам». А как?

В цирковом училище будущих жонглеров сначала учат… позволять предметам падать! Подкидывать и давать упасть, не стремясь поднять. Научиться не уводить внимание за тем, что УЖЕ вне поля контроля. И только когда получается не отвлекаться на лишнее (упавшее), начинается обучение жонглированию. Где внимание — там и действие, энергия. Если отвлеклись на упавшее, падает и то, что еще в полете. Важно уметь следить за тем, что еще летает: оно же продолжает движение и требует контроля.

Какое отношение это имеет к нашей проблеме? Важно заранее определять для каждой задачи временной промежуток, в котором фокусировать внимание только на деле. И переходить к следующей задаче, даже если предыдущая НЕ решена.

Многие из систем тайм-менеджмента разработаны людьми, которых можно назвать «рационалами». Их сила в способности действовать по плану. Но любое отклонение от этого плана для них — катастрофа. Впрочем, «загнанными домохозяйками» такие люди становятся редко.

Гораздо чаще с нашим синдромом сталкиваются те, кто опирается на ощущение процесса, — «интуиты». В спонтанности есть много возможностей для адаптации к сюрпризам. Тогда звонок ребенка во время переговоров или новые обстоятельства, появившиеся уже после начала проекта, лишь один из элементов увлекательного пазла.

Поэтому Ульяна решила больше не следовать жесткому плану работы, который все равно никогда не соблюдался. Она стала выделять для тех или иных дел фиксированный интервал от 15 до 40 минут. Словно есть две корзины: из первой «To Do» она берет цветные шары и в своем комфортном в рамках выбранного интервала темпе перекладывает их во вторую — «Done».

Если задачу невозможно регламентировать по времени, то важно определить, что будет считаться «сделано достаточно много» или «достаточно хорошо».

То есть всегда выбрать критерий остановки еще до начала движения. Чтобы вовремя остановиться и перейти к другой задаче.

К примеру:

• заниматься одним делом 15/30/50 минут (а-ля метод pomodoro);

• делать To Do/Checklist для простых дел типа покупок в магазине, сборов в поездку или в детский сад и выполнять его, не отвлекаясь ни на что другое;

• при принятии решений отводить на размышления 5–10 минут. И ЛЮБОЕ принятое решение считать достаточно хорошим. В крайнем случае расценивать как опыт;

• создавать критерии по объему работы. Например, пишу текст до объема 2500 знаков, и потом — пауза;

• разделять дела на несколько этапов, сходных по характеру действия: «Прочитаю эти 30 писем и только потом перейду к выполнению действий по ним».

Мы помним, что одна из причин Ульяниной загруженности — убеждение, что «хороший человек всегда занят делом», которое из большой любви ей подарила бабушка. Но быть занятым, чтобы быть хорошим, и получать удовольствие от своей жизни и работы — это сильно разные задачи.

Теперь внимание!

Для нашего мозга одно полностью завершенное дело, требующее усилий в 1 балл, дает такую же порцию дофамина, что и одно дело сложностью в 100 баллов.

А что если разбить это 100-балльное дело на столько-то разумно маленьких сегментов? Можно получить многократно больше удовольствия! Даже если разбить одно дело напополам — это уже в два раза больше дофамина. Еще один аргумент за то, чтобы «есть слона по кусочкам».

Это поможет с бо́льшим энтузиазмом браться за новые задачи. А в конце дня такой подход принесет удовлетворение собой.

И голос бабушки постепенно затихнет, уступая место самостоятельно выбранным критериям, когда и сколько нужно быть занятой, чтобы чувствовать себя хорошо.

Этот же внутренний голос, который указывает на наше несовершенство, может неожиданно звучать из уст других людей. Так мы находим того, кто вместо бабушки скажет, что «уроки еще не сделаны» или «сделаны плохо». Может быть, теперь это руководитель? Он дает нам заряд собрать волю в кулак и закончить дела, чтобы успеть «пойти погулять» (ой, вовремя уйти с работы!).

Какое же противоядие от иллюзии необходимости в таком голосе? Внутренний стержень! Нужно выстроить собственную систему ценностей, которая соответствует внешнему миру, но не подчиняется ему целиком.

Если для Ульяны ценно, чтобы муж ходил в чистых рубашках, то ее обязанность — вовремя включить стиральную машинку. И пойти пить чай. При этом заметить, что рубашку пора бросить в стирку, — все же зона ответственности мужа. И важно вернуть ему эту ответственность.

В отношениях с руководителем Ульяна должна осознавать свой график и объем трудозатрат на каждую задачу. И в ее ответственности — обдуманно брать на себя новые задачи или аргументированно отказываться от них. Оставаясь при этом хорошей не потому, что «на все согласная», а потому, что профессионально планирует работу группы.

Когда есть внутреннее ощущение достойности, нет необходимости «покупать» индульгенцию на признание.

Оказывается, нам не нужно одобрение от всех и каждого!

Еще одной опорной точкой может оказаться ответ на вопрос: «Зачем откладывать на завтра то, что можно не делать вообще?»

Если принять на себя ответственность за это, встретить возможные риски, то появляется и приз! Свобода сохранить в целостности свое достоинство, свое «Я». Как говорит на тренинге «Зеркало» известный психолог Татьяна Мужицкая: «Ян принимает решение быстро, молча, правильно. Если Ян ошибается, то встречает последствия и принимает новое решение. Быстро, молча, правильно».

Один именитый академик однажды сказал аспиранту, который дневал и ночевал в лаборатории физики высоких энергий: «Голубчик, а когда же вы думаете?!»

К чему это я?

Мы живем в эру информации. Мозгу нужно время для ее переработки. Чтобы в подсознании прошел процесс сортировки важных фактов, а ненужное забылось, требуются свободные ресурсы. Наше сознание способно находить новые решения именно когда мы ничего не делаем. Поэтому так важно иногда давать себе время для спорта, созерцания природы или даже раскладывания пасьянса на компьютере. Сбавляющий обороты сознательный ум отдает свободные ресурсы подсознанию, где в фоновом режиме и происходит сложная, но поистине магическая работа.

В практическом плане это означает запланировать время для «делать ничего». Например, 10–15 минут направляемой медитации или короткий сон. В японских корпорациях организованы специальные комнаты отдыха. Потому что возможность вздремнуть только повышает производительность сотрудников.

В работе с Ульяной мы опирались на остеопатический массаж и регрессии. Так для нее стали заметны разные ощущения в теле и связанные с ними эмоции. Это позволило ей расслабиться. Фоновое напряжение, как физическое, так и психологическое, снизилось. Мы будто подсветили «темные углы» привычной ей жизни, похожей на гонку.

Но главной победой стал отказ от необходимости получать внешнюю оценку и заслуживать любовь. Нужда в чужом одобрении сменилась опорой на свои желания, на свое «хочу, знаю, решаю, делаю, несу ответственность».

Жизнь Ульяны снова стала похожей на увлекательную игру. Теперь она сама выбирает, что для нее важно, каких результатов и какой ценой она готова добиваться! И при этом может чувствовать себя свободной, жонглируя своими ролями и ресурсами, получать удовлетворение от дел и всей своей жизни. И, как сюрприз, получать признания людей рядом.

Майя Богданова

Синдром монаха на три дня

международный бизнес-тренер, копирайтер, руководитель «Школы контента». Автор книг «Школа контента», «Я — копирайтер» и др.

— Майя, не могу отказать себе в удовольствии задать вам личный вопрос. Как вести социальные сети, если я и целитель, и драматург, и художник, и коуч? Как писать обо всем и не утомить читателя?