Татьяна Муравьева – Мифы Восточной Сибири (страница 30)
Земной, Средний мир представлялся тувинцам в виде плоского диска, который лежит посреди Мирового океана на спине лягушки Алап или на двух рыбах, которые держат друг друга за хвосты. Когда эти рыбы меняют положение, происходят землетрясения.
Тувинская часовенка на перевале между с. В-Никольским и оз. Рыбное.
Хозяйкой Среднего мира почитается Чер-Суг, то есть «земля-вода», которая может выступать и как самостоятельное божество, и как сонм многочисленных духов-хозяев.
Нижний мир, расположенный под землей, состоит, как и Верхний, из нескольких (до восемнадцати) слоев. Его владыка Эрлик-Ловун-хан имеет обличье человека с бычьей головой. Ему подчинены все злые духи, он путешествует по всем слоям Нижнего мира и распоряжается душами умерших.
Из Среднего в Нижний мир ведет «пасть земли», которую представляли в виде пещеры, расщелины или глубокого озера. В одном из мифологических рассказов, записанном в 1987 году, рассказчик указывает ее конкретное местоположение: «На нагорной стороне нашего зимовья, называемого Хевек, на покрытой лесом северной стороне горы Бош-Даг вечно клубящаяся паром пасть земли есть»[75]. Далее следует история о девочке, которая случайно забрела в те места, увидела возле пасти земли старый, потемневший от времени конский череп и стала на нем качаться. И вдруг ее «засосало» в пасть земли. Она «падала-падала» и оказалась в Нижнем мире. Девочка испугалась, стала плакать и причитать: «Погибла я, из этого мира как же выбраться на землю можно?» — но тут же каким-то образом опять оказалась на земле, на конском черепе. Она «обрадовалась-развеселилась», побежала домой и рассказала родителям о своем приключении. Родители ей объяснили: «На сером конском черепе сидеть нельзя. Он тебя хоть куда, в любое место унесет. К пасти земли приближаться нельзя, она притягивает, сразу в Нижний мир засосет».
Интересно, что в этом рассказе в качестве посредника между мирами выступает конский череп, который не только унес девочку в подземный мир, но и вернул обратно.
Из буддийской мифологии тувинцы заимствовали образ священной горы Сумбер-Уула, четыре склона которой соотносятся с четырьмя сторонами света и с четырьмя временами года. В представлениях тувинцев она ассоциируется с мировой осью, на которой держатся все три мира. Ее подножие уходит под землю, а вершина упирается в Полярную звезду, которая считалась проходом в Верхний мир.
Согласно народному поверью, обитатели трех миров отличаются друг от друга манерой носить пояс: у небожителей он повязан под грудью, у землян — на талии, у обитателей Нижнего мира — под животом.
Верховное божество, бог-творец Тэнгри (по-тувински Денгер) в тувинских мифологических рассказах может называться по-разному: Кудай, Хайыракан, Курбасту, Бурган Бакши и др. Однако исследователи считают, что все эти имена относятся к одному всесильному божеству — Великому Небу.
Рассказы о сотворении мира в тувинской мифологии достаточно кратки, в них обычно фиксируется только сам факт, что Денгер сотворил солнце и луну, землю, леса и горы. Однако о создании людей говорится более подробно. В одном из мифов рассказывается, что, сотворив землю, Денгер создал подобное себе существо, которое назвал человеком — «кижи». Но через какое-то время человек возгордился и пожелал сравняться со своим творцом. Разгневанный Денгер прогнал его под землю, где царит вечная тьма, и первый человек стал Эрликом — владыкой Нижнего мира. А Денгер сотворил на земле других людей, от которых пошло уже современное человечество.
Ряд мифологических сюжетов посвящен тому, как человек осваивал землю и учился на ней жить. Так, в одной из мифологических сказок рассказывается, каким образом первые люди получили возможность охотиться на лесных зверей и ловить рыбу.
Бог, сотворив мир, призвал к себе всех живущих на земле, чтобы наделить их хитростью. Но человек прибежал раньше других и забрал всю хитрость себе. Следом за ним пришли марал и налим, видят: хитрости уже не осталось. Испугались марал и налим и сказали друг другу: «Теперь человек превосходит хитростью всех остальных, и нам лучше держаться от него подальше!» Убежал марал в лес, налим спрятался в воду, но человек, благодаря своей хитрости, научился легко разгадывать все их уловки. С тех пор стали люди добывать зверя в лесах, а в реках ловить рыбу.
К мифам творения относятся также тувинские мифы о Великом потопе, после которого спустившийся с неба Кезер Кайракан[76] создает мир заново.
Негатив стеклянный. Жертвенник на перевале с реки Ут (Хут. М. Б.) на реку Оджу. Тувинцы или тоджинцы. Урянхайский край.
Однажды лягушка Алап, на которой держится наша Земля, зашевелилась, и Великое море вышло из берегов, затопив всю землю. Кезер Кайракан спустился с небес и построил большой плот, окованный железом. Посадил на него людей и животных, сколько уместилось, — и они спаслись. А все остальные утонули.
Долго плавал плот по волнам. А когда вода наконец ушла, обнажившаяся земля оказалась пустой, как в первый день творения. И Кезер Кайракан принялся за работу: сотворил заново леса, реки и горы, стал учить людей добывать огонь, шить одежду и строить жилища. Люди избрали Кезера своим правителем, и он дал имя народу — тыва.
В другом мифологическом рассказе на плоту спасается также злой дух Шулбус, спрятавшийся под подолом платья жены Кезера. В ушах у Шулбуса оказались крупинки земли, которые Кезер разбросал по воде, сотворив таким образом новую земную твердь.
Остатки железного плота тувинцы до сих пор показывают на вершине горы Бура. Очевидец описывает их как «сооружение, по форме и размерам похожее на широкую П-образную железную балку»[77].
В тувинском фольклоре широко распространены рассказы о великане по имени Сардакбан (Сартакпан), которого иногда называют племянником Кезера. С ним связаны предания о возникновении ряда значительных природных объектов, прежде всего реки Хомду:
Однажды старая мать Сардакбана тяжело заболела. Любящий сын отправился к трем целебным ключам и, прорыв новое широкое русло, отвел воду из них к жилищу своей матери. Так появилась река Хомду.
Согласно другому преданию о той же реке, великан должен был отвести ее воды к Пекину по приказанию китайского императора. Сардакбан исполнил приказ, но, когда до Пекина оставалось всего полдня пути, он, оглядев проделанную работу, почувствовал себя всесильным и стал дразнить могучий водный поток: «Вот я заставил тебя ржать кобылицей, реветь верблюдицей и привел туда, куда захотел!» Река оскорбилась и потекла обратно — в озеро Булджунг. В разных местах показывают углубления в земле — следы копыт коня Сардакбана, а на одном из горных хребтов в сомоне[78] Саксай пять узких лощин — следы его пальцев.
Тувинцы верили в то, что у всех явлений и мест природы есть многочисленные хозяева йер-су. В мифах духи-хозяева, как правило, благожелательны по отношению к людям, но только в том случае, если люди не наносят вреда природе.
По поверьям тувинцев, на священной горе Бай-Тайга[79], что означает «богатая гора»[80], обитает могущественный горный дух — хозяин всей Тувы. Вершина горы почти всегда покрыта туманом и практически не видна: согласно народному поверью, таким образом хозяин не подпускает к себе людей. Замечено также, что над горой часто случаются вихревые снежные бури.
Третий далай-лама Сонам Гьяцо (1543–1588 гг.) и его окружение.
В 1911 году Туву посетил один высокопоставленный лама, и ему, по его утверждению, явился дух горы в виде вихря, крутящегося огромной воронкой. Несмотря на то что почитание духа горы относится к добуддийским временам, лама объявил Бай-Тайгу местом оплота буддийской веры в Туве, и у ее подножия до сих пор летом совершается обряд освящения горы, в котором принимают участие только мужчины.
В одном из тувинских мифов рассказывается, что первоначально все духи-хозяева были слугами Эрлика и обитали вместе с ним на небе. Но когда Эрлик поссорился с владыкой Верхнего мира и был низвергнут на землю, вместе с ним с неба поп
Хозяйку тайги тувинцы представляли в образе разъезжающей на белом или сине-сером коне красивой девушки в старинном наряде из синего шелка с серебряными украшениями в косе, иногда — в образе седой старухи:
Как-то раз охотник промышлял в тайге. Увидел маральи следы, да так много, как будто стадо коров прошло. По этим следам поднялся он на вершину горы, смотрит — на прогалине пасутся маралы. Вскинул охотник ружье, прицелился в ближнюю маралуху и вдруг услышал голос: «Не стреляй!» Обернулся охотник, видит — идет к нему седая, старая женщина. Говорит женщина с укоризной: «Разве можно убивать маралуху, у которой недавно родились детеныши! Ведь ты сам многодетный человек, должен жалеть и охранять все живое. Никогда не трогай кормящих самок. А для еды я тебе завтра пришлю старого, кривого на один глаз быка!» Сказала так — и пропала, будто ее и не было.