Татьяна Мирная – И вырастут крылья (страница 48)

– Пододвинься!

– Зачем?

– Я сегодня ночую здесь, – спокойно пояснил он. – Ты больна. Мало ли что. Вдруг температура поднимется или плохо станет.

Моё удивление было не случайным. Артём крайне редко оставался с ночёвкой. Главная причина – Лина. Не хотелось травмировать её видом полуголого мужчины в нашей квартире. Тем более она всё-таки не младенец и задаёт вопросы, на которые пока нет ответа. А другая причина – работа Воронцова. Ему могли позвонить среди ночи и срочно вызвать на службу. Ночные сборы мага – то ещё зрелище. Да, собирался он быстро, но это сопровождалось руганью, шумом, от которого я просыпалась. Да и как этого избежать, находясь в одной комнате? Я уже поняла, что Воронцов бывает разным. На людях – сдержанный, воспитанный лорд, потомок славного рода, всегда обходительный и вежливый. А дома, в неформальной обстановке, он мог позволить себе и вспышки раздражения, и крепкое словцо. В один из таких ночных вызовов, я предложила свою помощь: сделать чай и бутерброды. Меня культурно послали и сказали не лезть под горячую руку. На следующий день Артём долго извинялся, но после этого я не настаивала, чтобы он оставался ночевать. Вот будет у нас свой дом, пусть тогда шумит по утрам где-нибудь подальше от спальни!

Надо сказать, что ночь прошла спокойно. Лечебные зелья и заклинания сделали своё дело: я выздоравливала. Все эти дни Артём был рядом, взяв на себя бытовые вопросы. Готовить он не умел, но заказывал еду в ресторанах, заботился о Лине. Ирка, забежавшая после праздников проведать меня, во все глаза уставилась на Воронцова, только что вернувшегося из магазина. Какое-то время наблюдала, как он раскладывает покупки, тихо переговариваясь с Линой, потом одобрительно хмыкнула и выставила большой палец.

– Вот такой мужик!

Я и сама это знала. Меня распирало от любви к Артёму, хотелось затискать его, замиловать! Воронцов только посмеивался, когда я висла на нём.

– Любишь?

– Больше жизни!

Тогда он серьёзнел и просил:

– Не надо больше жизни. Просто люби, несмотря ни на что! – и обнимал крепко-крепко. – Обещай!

– Обещаю! – не задумываясь, кивала я. Потому что верила и ему, и себе. Верила в нас!

Мы каждую свободную минуту проводили вместе, хотя их становилось всё меньше. Когда наступил цветень (апрель – Прим. авт.) и город принарядился в первую зелень, гуляли по вечерним улицам. В воздухе кружился цветочный пылок, а мы шли и держали Лину за руки. Как настоящая семья!

Тёма повёл рукой, и приятное тепло окутало мои плечи. Я различила магию.

– Что это? Зачем?

– Согревающее заклинание и «непромокайка» на обувь, – пояснил маг, кивая на мокрый после дождя асфальт. – Ты болела недавно.

По мне, это было лишнее: с момента моей ангины прошёл почти месяц. Но если Тёма хочет заботиться, пусть заботится. Мы проходили мимо огромных витрин, в которых оживали невероятные магические инсталляции, и искали своё отражение. Порой сами на себя не были похожи! Кривые стёкла искажали образы до неузнаваемости!

– Тёма, ты только посмотри! У тебя как будто бы волосы отросли! – смеялась я, показывая на отражение.

– Может, заклинание? – хмурился мужчина, догоняя Лину, убежавшую вперёд. – Это часом не парикмахерская? Вдруг рекламный ход такой?

– То есть человек видит себя заросшим, лохматым – и бегом в кресло?

– А что?.. Отличная идея! – Воронцов щёлкнул пальцами.

И мы, смеясь, шли дальше. Нагулявшись, возвращались домой и ужинали. Лина быстро засыпала, а мы…

Это была самая сумасшедшая, самая счастливая весна в моей жизни! Случайные прохожие смотрели на меня и улыбались, заражаясь моей радостью. А я готова была делиться ею со всеми!

Глава 18

В начале тревеня (май – Прим. авт.) мы ждали гостей. У моей Ангелины был день рождения. Шесть лет! Дата не круглая, но для нас с дочкой особенная. Ведь это наш первый день рождения вместе, как одна семья! Конечно, мне хотелось чего-то яркого и запоминающегося. Но от идеи устроить большой шумный праздник пришлось отказаться. У Лины пока не было столько друзей, чтобы устроить днюху года: Деви, Малати, да несколько ребят, с которыми она иногда играла во дворе, а по факту, наблюдала, как играют они. В любом случае нашими главными гостями были Тандекары, и я прежде всего учитывала их пожелания. Ведь Калина до сих пор скрывала свою беременность. Не знаю, как долго оборотням удастся держать это в секрете, потому что животик уже начал появляться и сама женщина выглядела покруглевшей и похорошевшей. У неё взгляд поменялся, появилась особая грация и плавность в движениях, тихая осторожность. Я могла часами любоваться ею!.. Так вот – к чему это я всё? – устрой мы многолюдный праздник, и секрет кошки перестал бы быть секретом. Поэтому после недолгих раздумий я остановилась на детских квестах. Ребятам самое то: после сладкого застолья повеселиться, бегая по хитроумным станциям. За Лину я не переживала: мы заранее обговорили задания с инструкторами и я предупредила их насчёт моей девочки. Тем более за детьми тенью следовал Эсмейлд Чанд. Пока ребятня выполняла разнообразные задания, взрослые спокойно сидели в кафе неподалёку и любовались детками, подбадривая, а иногда откровенно угорая над их неуклюжими движениями. Загородную базу отдыха мы с Артёмом арендовали полностью и сейчас отдыхали с оборотнями, не боясь быть узнанными.

Виджей и Мурали Чанд – отец Малати – медленно прохаживались по дорожке, поглядывая на своих детёнышей, карабкающихся по верёвочной лестнице. Мила и Дария беседовали с администратором. А мы с Калиной остались одни. Фири-гахум поправила платье, невольно привлекая внимание к своему животу. Я осторожно поинтересовалась:

– Вы уже знаете, кто родится?

– Нет, ещё рано, – оборотница улыбнулась. – Но мне почему-то кажется, что будет мальчик.

Я знала, какая это тяжёлая тема для женщины, и изо всех сил старалась подавить своё любопытство и не наседать с расспросами. Калина только-только успокоилась: когда начался четвёртый месяц и остался позади срок, на котором она раньше теряла котят.

– Мальчик – это же круто! Будет защитник, – и я, захлёбываясь от восторга, призналась. – Всегда тащусь, когда вижу мам с взрослыми сыновьями. Это та-ак мило!!!

Кошка повеселела.

– А как у вас с Артёмом дела? Ты мало рассказываешь о нём.

– Всё очень хорошо! Иногда так хорошо, что даже боязно, – я вздохнула. – А говорю мало, потому что в последние дни почти не вижу его.

Женщина понимающе кивнула.

– Виджей тоже пропадает в пустыне у Беренгара Арлага. Раньше Совет оборотней собирался несколько раз в год. А за эти четыре месяца уже было пять встреч.

Мы притихли, переживая за любимых мужчин и боясь вслух озвучить свои страхи. Молча пили чай, избегая смотреть в глаза друг другу. Кошка была сильнее, выдержаннее, чем я.

– Наш ангелочек сильно изменился… Посмотри, какая она стала живая! – оборотница залюбовалась моей девочкой. – Ты уже решила, где Лина будет учиться? Ведь ей придётся идти в обычную школу для людей.

Кошка была права. И это ещё одна моя головная боль! Образование обычных людей отличалось от образования магических рас. Начать хотя бы с того, что простые люди в школу шли на несколько лет раньше. Ведь их жизнь короче, и за скромное столетие хотелось успеть многое. К тому же людям не требовалось время, чтобы обучиться основам колдовства. Первый всплеск магии у маленьких волшебников случался обычно лет в семь-восемь. И после этого их усиленно учили контролировать собственную силу, чтобы не навредить окружающим и себе. Даже мне в своё время приходилось часами просиживать над заклинаниями, чтобы не снести воздушным вихрем какую-нибудь вазочку или чашку. Кажется, мелочь, но помимо уборки и испорченного настроения, битой посудой тоже можно покалечить кого-нибудь. Теперь же мне в спешном порядке пришлось искать информацию об обычных, не магических школах.

– Посмотрим, что скажет психотерапевт: готова ли Лина к обучению и общению с другими людьми? – я посмотрела на оборотницу. – Пока наш лекарь склоняется к мысли отложить учёбу на год, добиться большей социализации девочки.

Калина задумалась.

– Может быть, она права. Всё-таки школа – это другие отношения и другие требования к ребёнку. К тому же тебя рядом не будет.

Я согласно кивнула:

– Поэтому мы и медлим с выбором школы. Я побродила по родительским форумам, почитала отзывы – и пока всё. Ведь если у нас с Тёмой что-то получится, придётся переезжать в другой район. Тогда и буду узнавать адреса местных школ.

Калина оживилась:

– У вас с Воронцовым всё так серьёзно?

– Иногда проскальзывают намёки, – призналась я. – Он говорит, что не представляет без меня свою жизнь. Недавно заикнулся о том, что хочет продать квартиру и купить другую: побольше, чтобы всем нам хватило места…

Женщина захлопала в ладоши.

– Даша, я так рада за вас!

Я и сама была рада! Какой-то абсолютной, незамутнённой радостью, даже не допуская мысли, что что-то может измениться или быть не таким, как говорят…

После праздника оборотни вернулись в Степь, а мы – в свою квартиру. Линочка, нагулявшись, быстро уснула, и я спокойно уселась перед телевизором. Сегодня Артём не был с нами по очень уважительной причине. Во дворце по случаю столетия короля Кейдна ІІ проходило внеочередное вручение наград, и мой Ворон был в числе награждённых. Я любовалась высоким черноволосым мужчиной в форме. Как зачарованная, ловила его взгляд и улыбку. После торжественной церемонии представители СМИ смогли побеседовать с гостями. И я с особым нетерпением ждала выступления Артёма. Молодой репортёр подскочил к Воронцову.