Татьяна Миненкова – Письма из Терра Арссе (страница 81)
— Прредположим, делилась.
— И не связана ли необходимость моего присутствия в Бар-Эбире с необходимостью моего отсутствия в каком-нибудь другом месте?
— Связана. Но больше я ничего тебе не скажу, потому что иначе Мирра все-таки запечет меня в яблоках и заведет себе голубя!
Я, не особо церемонясь, сгреб птицу с плеча и крепко сжал обеими руками, прошипев:
— А если не скажешь, то даже до яблок не доживешь!
— Отпусти! — Испуганно заверещал Люциус.
Благо, что мы находились на опушке безмолвного и, безлюдного в вечерних сумерках, леса и его вопли не могли никого напугать. Меня же они не впечатлили. Зная Люца, я был готов к тому, что, спасая собственную пернатую шкуру, он выкинет нечто эпатажное.
— Не отпущу, пока не скажешь! А если решишь хранить молчание — ощипаю как курицу!
— Хватит, Дэймос! — Продолжал кричать он, но я, в ответ только сжимал его еще крепче.
Мира не зря использовала в письме все, известные ей, методы убеждения. Она хотела, чтобы я не появлялся там, где Тэтрилин погибнет, выпрыгнув из окон какой-то башни. И, судя по всему, видящая прекрасно знала, из какой именно. И я тоже, во что бы то ни стало, должен был это узнать.
— Отпусти меня! — Уже тише взмолился Люц, и я немного ослабил хватку, пожалев пернатого друга.
Конечно, я не стал бы его ощипывать, но иного способа застращать ворона не придумал.
— Говори! — Стараясь придать голосу как можно больше напускной суровости, приказал я.
— Ты все-рравно ее не спасешь!
— Я тебя не об этом спросил. Говори: куда именно Мира сказала меня не пускать?
— В Саррн-Атррад. Но ты и сам погибнешь, и ее не спасешь! Послушай Мирру в кои то веки, а не собственную, ищущую прриключений, задницу!
— Не тебе решать, что мне делать! — Уже неподдельно огрызнулся я. — Твоя задача — передавать информацию. Ее и выполняй.
— А я и выполняю! — В тон мне ответил ворон.
После этого я отпустил его и еще раз перечитал письмо, уверившись в своих подозрениях. Снедаемая беспокойством за меня, Мира любой ценой не желала допустить моего присутствия в Сарн-Атраде в момент гибели Тэт.
Который обернется моей собственной смертью, если я все-таки примчусь ей на выручку. Значит это именно видящая наслала на Тэтрилин тот сон, который Следующая посчитала странным кошмаром.
Поняв, что чувства к ней привели меня к уйме проблем, я на протяжении всего дня ее почти ненавидел. Как и себя, вместе с ней, за то, что по собственной глупости вляпался в это «притяжение».
Я не единожды посылал ее к Гхаре. Клялся, что больше никогда к ней за километр не подойду. Убеждал себя, что вскоре покину Терра Арссе и никогда ее не увижу. Что забуду навсегда и вовек не вспомню. Но я определенно не желал ее смерти.
Вопреки всему, что я думал о ней, мысль о том, что Тэтрилин не станет, отозвалась в груди тупой ноющей болью.
— Где именно в Сарн-Атраде? — Спокойно спросил у ворона я.
— И не прроси, я ничего тебе больше не ррасскажу.
— Не заставляй меня снова тебе угрожать.
Ворон отлетел от меня немного, боясь снова быть пойманным, но не далеко, принявшись кружить надо мной и Прадой.
— Что мне твои угррозы?! Я итак сказал тебе лишнее, мне теперь Эмиррата башку отвинтит!
— Ну, раз тебе все равно нечего терять, скажи мне, из какой именно башни Тэтрилин прыгнет вниз.
Он поднялся чуть выше и принялся что-то бормотать, что именно — я не слышал. То ли Люциус ворчал на самого себя за излишнюю разговорчивость, то ли покрывал проклятиями мою «бедовую голову» — издалека было не разобрать. Однако, закончив свой монолог, он вскоре спустился и, заложив рядом со мной очередной вираж, произнёс:
— Северрная башня в королевском замке. Ее окна выходят на Терра Вива. Та самая, спррыгнув с которой погибла Тайрра. Внизу небольшая отмель. Учти, если будешь там — погибнете оба. Еще и моя смеррть от рук Мирры будет на твоей совести!
— Учту, пернатый, спасибо! — Отозвался я. — Зато погибнешь как герой Терры, до последнего преданный нашей дружбе!
— А ты как дуррак, бедовая твоя голова! А если даже и чудом выживешь там — Мирра точно тебя убьет!
Миры я опасался меньше всего, но говорить ему об этом не стал.
— Ябедничать полетишь?
— Не ябедничать, а выполнять прриказ хозяйки. Сказала, сразу же доложить ей о твоем ррешении.
— Ну доложи-доложи, стукач пернатый.
⁃ И тебе счастливо погибнуть, вивианский балбес! Ты еще пожалеешь о своем выборрре!
— Не сомневаюсь.
На том и распрощались. Посчитал ругань ворона хорошим знаком.
Сказать по правде, гибель Тэтрилин где бы то ни было и по любой из причин на раз решила бы проблему с ненужным притяжением. Можно было бы спокойно идти за мечом, ни на что не отвлекаясь. Но не все было так просто.
Я не мог позволить себе сидеть сложа руки, зная об угрожающей Тэт опасности. Вообще никак не мог. Даже если это сулило гибель мне самому.
Старое предсказание и медный ключ
Таур-ан-Фарот Риэ Ра Аррсе Терра Арссе. Королевский замок Сарн-Атрада.
♫ Two Steps from Hell — No honor in blood
Стоя у темных окон тронного зала, смотрел на город внизу.
Столько лет я ждал этой ночи.
Представлял, как все будет. Думал, что сделаю, напоследок и что скажу. Что буду чувствовать.
На протяжении последних лет, каждую ночь встречал у этих окон. Ждал, пока спокойный ночной Сарн-Атрад расцветет огнями. И сегодня настала та самая ночь. Последняя ночь моего правления Терра Арссе, а может, и моей жизни.
За окнами моросил мелкий дождь и его капли оседали на оконных стеклах. Собираясь по несколько штук, они скользили вниз, словно слезы. От стекла веяло холодом, а вокруг моей, прислоненной к нему, ладони, тотчас же образовался белый расплывчатый контур.
Я разогнал советников и принялся терпеливо ожидать давно предрешенной мне участи. Столько лет ждал, осталось совсем немного.
Вопреки всем моим представлениям, наблюдая из окон тронного зала, как внизу, один за одним, разгораются огни, я ощущал неожиданное спокойствие и даже безразличие к происходящему.
Много лет назад Эмирата предрекла то, что должно было вот-вот произойти.
«Когда в холодную осеннюю полночь столица разгорится огнями, твое правление будет окончено. Тебя свергнет мальчишка, сын одного самонадеянного и чересчур амбициозного короля. До этого — правь, как и правил. Но не противься предначертанному. Это станет лучшим концом для тебя».
Она предсказала это сухо, без обиняков, сразу же, после совета, инициированного магами против нее. Сразу же после знаменитого «пророчества о Следующих».
И, услышав ее слова, я ожидаемо рассердился.
С какой стати мне уступать свой трон какому-то мальчишке? Я тогда был моложе и властолюбивей, считал, что буду править и жить вечно.
Сгорал от злости на Тайру, посмевшую, не только изменить, но и забеременеть от другого мужчины. И от кого? От моего врага!
И слова Эмираты расставили все на свои места. Личность мальчишки, которому предстояло меня свергнуть, сразу же перестала быть для меня тайной. Кто же еще это мог быть, кроме внебрачного сына Тайры и Елеазара? Ублюдка, бастарда с обеих сторон.
Та проклятая поездка Тайры в Лимерию перевернула мою жизнь с ног на голову. Это я должен был ехать туда, но обстоятельства сложились иначе.
Злоба переполняла меня. В тот момент я хотел убить новорожденного сына Тайры, хотел отомстить ей за предательство, разрушить ее жизнь так же, как она разрушила мою.
Как же я ошибался! Тогда я еще мог все исправить. Мог смириться с произошедшим. Мог простить и жить дальше, словно ничего не случилось. Но тогда я был слишком категоричен и предпочитал действовать по принципу «все или ничего».
А теперь все было кончено. Смерть королевы стала крахом всех моих надежд. Мне вдруг стало некому мстить, не на кого злиться и, оказалось, что боль не стала от этого меньше. Она стала сильнее, потому что я остался один на один с осколками собственных разбившихся надежд.
Поняв, что я не смогу ее простить, Тайра попыталась спрятать своего сына от моей мести, отослав из замка. Она надеялась, что ее къярд увезет новорожденного мальчика в Терра Вива, где Елеазар сможет о нем позаботиться. Признает его, вырастит, защитит от меня.
Дождь за окном усиливался, превращаясь из легкой мороси в настоящий осенний ливень. Тяжелые капли застучали по стеклам, выбивая быстрый, тревожный ритм.