Татьяна Минасян – Путь наверх (СИ) (страница 26)

Рассу снова стало не по себе — он так пристально вглядывался в темноту, что у него начала слегка кружиться голова, и он судорожно ухватился руками за дверь. Пион тоже нервничал все сильнее и, в конце концов, не удержавшись, вцепился в плечо своего спутника. "Где мы?! Куда нас занесло?!" — это были единственные мысли, которые теперь вертелись в их головах, и ребята не произносили их вслух только потому, что ответа на их вопросы все равно не было.

Еще через несколько секунд смотреть вверх стало совсем невыносимо, и Рассвет опустил голову. Пол у них с Пионом под ногами тоже оказался необычным: он был густо засыпан мелкими камешками и драгоценной землей — так густо, что даже выглядел неровным! Расс присел, дотронулся до земли рукой, повертел в пальцах один из небольших обломков камня, и снова почувствовал, как на него накатывает страх перед чем-то необъяснимым, неправильным, неестественным…

— Расс, давай вернемся! — тихо попросил Пион. Его голос опять был перепуганным и умоляющим, и на этот раз Рассвет не стал спорить. Ему тоже хотелось вернуться вниз, в привычные узкие коридоры и тесные комнаты — хотелось этого больше всего на свете.

— Давай, пошли отсюда, — ответил он и шагнул обратно в дверной проем. Пион юркнул вслед за ним, захлопнув за собой дверь.

В помещении, ограниченном со всех сторон нормальными близкими стенами и потолком, друзья сразу почувствовали себя лучше. Пару минут они молча сидели на полу, отдыхая и успокаиваясь после увиденного, а потом, переглянувшись, встали — им предстоял еще долгий и опасный спуск по железной сетке. Рассвет привязал веревку к железной сетке и первые пару десятков метров они спускались, держась за нее. Но потом веревка кончилась, и им снова пришлось ползти, хватаясь за тонкие, впивающиеся в пальцы ячейки сетки. Спускаться оказалось еще труднее и страшнее, чем карабкаться вверх: мысли постоянно возвращались к тому, что если они не удержатся на стене или ржавая сеть оборвется под их тяжестью, шансов уцелеть у них не будет. Расс подбадривал себя тем, что каждое движение приближает его к твердому полу и делает опасность падения все менее серьезной — понимание этого не давало ему запаниковать и в страхе замереть на стене. Пион тоже спускался молча и лишь изредка шумно вздыхал — должно быть, ему тоже приходилось прилагать немалые усилия для борьбы со страхом.

Они спустились на потолок верхней комнаты с проделанной в нем дверцей, по очереди протиснулись в нее и спрыгнули на уложенную наклонно дверь. Петра и Сергея все еще не было, но в первый момент друзья даже обрадовались этому: сил на то, чтобы рассказывать, где они были и что видели, у них после всего пережитого уже не осталось.

Оба выпили залпом по полбутылки воды и растянулись на полу в коридорчике перед входом в нижнюю комнату. Поначалу Рассвет был уверен, что мгновенно заснет и опять проспит не меньше двух смен подряд, однако, несмотря на усталость, он не смог даже просто спокойно полежать с закрытыми глазами. В голове в бешенном танце вертелись только что увиденные картины — уходящий вертикально вверх бесконечный тоннель, неподвижные личинки на страшно далеком потолке, чернота, в которой терялся свет фонарика… Рядом ворочался Пион, который тоже, по всей видимости, не мог уснуть от обилия впечатлений. А потом издалека раздались голоса возвращающихся Сергея с Петром, и Рассвет нехотя приподнялся: так и не получившийся отдых пришлось отложить, предстояло сложное и вряд ли мирное объяснение с друзьями.

Возмущались Петр и Сергей долго. Кричали. Ругались, поминали нехорошими словами всех родственников Расса и Пиона, в красках расписывали жестокие кары, которым не дождавшиеся их друзья должны были бы подвергнуться за свое предательство, в сердцах пинали ногами стены и приволоченную из далекого коридора тяжеленную дверь. В драку они не полезли лишь по одной причине — оба тоже были ужасно уставшими. Это и позволило Пиону с Рассветом, дождавшись паузы в обвинениях, взять слово и попробовать сказать хоть что-то в свою защиту.

— Парни, если бы вы это увидели, вы бы тоже не стали никого ждать! — заговорил Расс, но обиженные друзья завопили в ответ еще громче:

— Не суди по себе!!!

— Честные люди своих не бросают!!!

— Все, хватит!!! — рявкнул Пион так громко, что в его крике потонули оба возмущенных голоса. — Идите туда, — он ткнул пальцем в сторону пустого дверного проема, — лезьте наверх и смотрите сами! Просто посмотрите туда — и потом уже скажете, стали бы вы на нашем месте ждать или нет!

Петр и Сергей замолчали, переглянулись и, снова забурчав себе под нос витиеватые ругательства, вошли в комнату. Пион демонстративно скрестил руки на груди и повернулся к ним спиной. Расс проследил краем глаза, как товарищи забираются по двери на потолок, а потом тоже отвернулся, предоставив им разбираться с увиденным без посторонней помощи.

Ребята не возвращались долго. Изредка из комнаты слышались какие-то негромкие шорохи, но в остальном там было тихо. Вылезали наверх, смотрели в темную бесконечность и "переваривали" увиденное Петр и Сергей молча. А делиться впечатлениями друг с другом им, как всегда, было не обязательно — оба и так понимали, что ничего не понимают…

Наконец, они спустились вниз и уселись на полу рядом с Пионом и Рассом. О недавней ссоре никто больше не вспоминал: все четверо молча смотрели друг на друга, не зная, что сказать.

— Парни, а что там… выше? — первым нарушил молчание Сергей.

— Тебе честно ответить? — вздохнул Пион. — Мы сами не поняли!

— Там очень большая зала, — попытался объяснить Рассвет. — Гораздо больше, чем самая большая танцплощадка на десятом уровне… Хотя вы же на "десятке" не были! Ну, в общем, представьте себе, что много больших площадок составлены вместе и стен между ними нет… Хм, не знаю, как вам это описать!.. Это видеть надо!

— Я так думаю, что там случилась какая-то крупная катастрофа, — сказал Пион. — Там было еще несколько уровней и, наверное, на них в древности жили люди, но потом что-то произошло, и перегородки между разными уровнями и разными помещениями развалились. Эти камушки, которыми мы на полу видели — помнишь, Расс? — это могут быть остатки стен и потолков. И земля там была — из оранжерей, которые тоже разрушились.

— Ты думаешь? — с сомнением спросил Рассвет. — Но что же такое там должно было произойти, чтобы все настолько разрушилось, чтобы все стены прямо в пыль..?

— Вот этого не знаю, — пожал плечами Пион. — Но, по-моему, моя версия объясняет, откуда взялось такое большое пространство. Да и личинки на потолке — откуда они, по-твоему, появились? Значит, люди их разводили, а когда все рухнуло, они там повсюду расползлись. Наверняка они и на полу есть.

— Да, логично, — согласился Петр. — И если там были люди и оранжереи с растениями, значит, там могли еще и съедобные личинки остаться — наверняка они теперь питаются оставшимся мусором.

— Ну да, скорее всего, — кивнул Пион. — Может быть, дальше там есть и не разрушенные стены, и вещи какие-нибудь. И можно привести там все в порядок и жить!

— Точно! — в один голос воскликнули Сергей и Рассвет.

— Ага, но сперва надо залезть туда с фонарями и как следует все изучить, — немного охладил их пыл Петр.

— Да, и это наверняка займет у нас очень много времени, а вода и сухари уже кончаются, — согласился Пион. — Сейчас надо возвращаться, а потом приходить сюда еще раз, с большими запасами.

Сергей и Петр с тоской оглянулись на дверь, но спорить не стали. Было ясно, что Пион прав и что еще одна вылазки в странное верхнее помещение займет слишком много времени. А они, кроме всего прочего, еще и не знали, что ждет их дома и все ли в порядке у Снежки…

— И надо же нам было эту дурацкую дверь сюда переть! — уже почти беззлобно вздохнул Петр.

— Ничего, она нам, может, еще на что-нибудь сгодится, — утешил его Рассвет, и друзья стали готовиться ко сну.

Долго отдыхать им на этот раз не дал Пион: растолкав всех троих, он заявил, что они отсутствуют уже третьи сутки и что пора показаться охранникам на глаза, иначе те заподозрят неладное, несмотря на слова Снежки. Рассвет, представив себе длинный путь домой, тихо застонал. Отдых не сильно помог молодому человеку — он по-прежнему чувствовал себя ужасно вымотанным и все сильнее начинал подозревать, что его болезнь снова возвращается. Но говорить об этом остальным Расс не стал, прекрасно понимая, что теперь никто из друзей уже точно не сможет ничего для него сделать. Бросив на вход в таинственную комнату последние любопытные взгляды, друзья отправились в обратный путь. Вскоре ведущий к комнате коридорчик остался далеко позади — а вместе с ним и все те невероятные места, которые они видели. Мысли переключились на возвращение домой и на то, как их встретят охранники.

Пройти с первого уровня на второй снова не составило труда: очередная парочка молодых людей, охранявшая выход, услышав имя Бриза и увидев яркий фонарик, без возражений разрешила четверке друзей идти дальше.

— Приходите еще! — хихикнули они вслед путешественникам. — За такую плату мы вас хоть десять раз туда-обратно пропустим!

Перед лифтом друзья помедлили и с сомнением посмотрели друг на друга.

— Может, сначала кто-нибудь один домой съездит — разведает, что там и как? — выразил общие опасения Сергей.