Татьяна Михайлова – Магия кельтов: судьба и смерть (страница 6)
О самом Ледреде известно не так много. Он родился в Англии примерно между 1260 и 1270 гг., в юности вступил в орден францисканцев и прожил много лет во Франции, занимаясь теологией. Известно, что некоторое время он провел в Авиньоне, куда переехала тогда из Рима Папская курия. Вспомним, что начало XIV в. было ознаменовано для Франции известным процессом над тамплиерами (начался в 1307 г.)[11], а также многочисленными делами о колдовстве при Людовике X.
Примерно в 1317 г. Ледред получил назначение на место епископа в Оссори, в Ирландии, и с самых первых дней своего пребывания там оказался в оппозиции как к муниципальным властям, так и к местному духовенству. Его нападки на местные церковные порядки, обвинения клириков в пьянстве, нарушении поста и обета безбрачия в Ирландии понимания не встретили. Не пользовались успехом и написанные им духовные стихи (cantilenae), которые он пытался положить на мелодии ирландских народных песен, надеясь, что их будут исполнять во время церковных праздников[12]. Более того, начиная с 1320 г. он пишет письма и петиции, адресуя их как папе, так и в Лондон: в них Ледред стремится «вскрыть» разного рода нарушения церковного и гражданского законов и, более того, пытается внести свои поправки в существовавшие тогда статьи канонического ирландского права. Предпринятое им в марте 1324 г. обвинение в колдовстве и ереси одной из наиболее богатых и влиятельных женщин города Килкенни, как мы понимаем теперь, преследовало целью продемонстрировать, что все его нападки на местные нравы не были беспочвенными.
Что же из всего этого получилось? Точно восстановить сейчас весь ход событий мы не можем. Действительно, главным источником об этом деле остается так называемое «Современное повествование», в котором Алиса Китлер изображается как ведьма, околдовавшая магистрат Килкенни, а епископ Ледред предстает как борец за правду. Согласно этому источнику, ход всего процесса выглядит примерно следующим образом:
Уильям Аутло и служанки Алисы были задержаны, а ее саму тем временем отправили в Дублин, где благодаря заступничеству сенешаля Килкенни Арнольда ле Поэра, ее деверя, дело было обжаловано и ее отпустили. Более того, о самом Ледреде было вынесено особое мнение, что этот англичанин, который до этого много лет провел во Франции, пытается перенести в Ирландию тамошние нравы и не понимает специфики страны, которая вообще не признает колдовства. На этом фоне первичное обвинение – в последовательном изведении мужей с целью получения их денег – уже оказалось забыто.
Пока Алиса находилась в Дублине, ее сын, ее служанка Петронилла из Мит и еще несколько человек (по сохранившемуся описанию – всего 12, включая ее саму) были задержаны снова. Петронилла была четырежды подвергнута порке и призналась во всем, что ей и Алисе инкриминировал Ледред. А именно:
● что они отказались от христианской религии;
● что они приносили в жертву своим богам и демону Роберту Артиссону (Robinas filius artis) животных, особенно – петухов;
● что они гадали о будущем, призывая дьявола;
● они использовали заклинания «Фи, фи, фи, аминь»;
● они готовили приворотные и отворотные порошки, используя внутренности петухов, ногти мертвецов, тела новорожденных, умерших до крещения, а для хранения использовали черепа разбойников, до этого казненных;
● что она путем магии извела мужей;
● что Алиса имела интимные отношения с Артиссоном, который приходил к ней обычно в образе черного пса в сопровождении трех эфиопов с железными прутами (но почему-то интимные действия совершались не с ними, а с псом или котом).
Позднее та же Петронилла рассказала, что они с Алисой мазались мазью из мозгов умерших детей и летали на палках, но – не высоко.
Осенью 1324 г. Петронилла была сожжена, Алиса бежала в Англию, а Уильям Аутло был приговорен к штрафу: его обязали покрыть свинцом одну из церквей Килкенни, пострадавшую во время урагана. Судьба остальных задержанных остается неизвестной.
Особое место в «Современном повествовании» занимает судьба самого Ледреда: он дважды подвергался аресту, причем в первый раз – в апреле 1324 г., то есть уже во время процесса против Алисы Китлер (тогда он провел в тюрьме всего 17 дней), а во второй раз – уже после процесса, причем провел в тюрьме несколько лет и оттуда написал королю длинное послание-петицию с просьбой пересмотреть его дело и обратить внимание на плохое обращение с ним (в обоих случаях обвинителем Ледреда выступал сенешаль Килкенни Арнольд ле Поэр)[13].
И само содержание «Повествования», и его стиль, и его сходство с сохранившейся петицией к королю – все это сейчас делает несомненным тот факт, что весь полный отчет о деле Алисы Китлер, который считается «единственным источником», на самом деле был составлен самим ее обвинителем, который запечатлел на бумаге то, что он хотел бы видеть в реальности, но чего достичь ему не удалось. По крайней мере, так считают Дэвидсон и Вард, чья книга об Алисе Китлер обильно иллюстрируется помещенными в приложении документами. Но означает ли это, что дела не было вообще? Все-таки нет. К счастью, «Современное повествование» – не единственный источник по этому делу, и, как мы полагаем, наиболее надежным свидетельством в данном случае могут считаться «Анналы» Джона Клина, который тоже был францисканцем, жил в Килкенни и умер в 1349 г. во время эпидемии чумы. В «Анналах» (записанных современником и очевидцем событий!) действительно кратко упоминается об обвинении госпожи Алисы Китлер в колдовстве и ереси, однако отмеченные в «Повествовании» семь пунктов обвинения, включающие магию и соития с демонами, не называются. Клин также отмечает, что «сообщница Алисы» Петронилла из Мит была публично сожжена, причем, как он пишет: «До нее, даже в самые давние времена, никто не слышал и не видел, чтобы в Ирландии сжигали по обвинению в ереси. По свидетельствам всех живых людей, она была первой, но не потому, что она первой совершила такое преступление, но потому, что ее первую справедливо за него осудили» (Davidson, Ward, 1993, p. 80).
Интересно, что в «Анналах Хибернии» Джеймса Грейса, составленных уже в середине XVI в. (Annales Hiberniae), вся история выглядит уже совершенно по-другому: кроме «измышленных» Ледредом обвинений добавлено совершенно другое, видимо, имеющее в качестве источника местные народные поверья, согласно которым в мусоре и пыли заключается своего рода «удача», которую можно как бы украсть и перенести в нужное место:
Ричард Ледред, епископ Оссори, потребовал, чтобы Алиса Китлер очистила себя от ереси. Она была изобличена в магии, ведь точно было доказано, что некий демон-инкуб, по имени Робин Артиссон, сходился с ней, и ему она сама предлагала девять красных петухов у некого каменного моста на перекрестке. А также в часы богослужения, между вечерней молитвой и гашением огней, сама подметала улицы Килкенни и грязь собирала метлой к дому Уильяма (Вильгельма) Аутло, ее сына, где произнесла заклятие «в часы богослужения, между вечерней молитвой и гашением огней, в часы богослужения, между вечерней молитвой и гашением огней, все благополучие Килкенни пусть придет в этот дом». Участниками же этой нечестивости были и многие другие, как, например, Петронилла из Мит с дочерью Василией. Епископ ее наказал штрафом и заставил отказаться от колдовства. После же этого вторично уличенная в том же преступлении, вместе с Василией сбежала и больше не появлялась. Петронилла из Мит была сожжена, и когда она уже умирала, то заявила, что Гульельм также заслуживает смерти, так как весь год и днем носит на голом теле пояс дьявола. После этого тотчас по приказу епископа он был схвачен и заключен в тюрьму, где удерживался около двух месяцев. К нему были приставлены два стража, которым было предписано не говорить с ним, кроме как раз в день, не есть и не пить с ним. Наконец по милости Арнольда Поэра, сенешаля Килкенни, он был освобожден. Он же тогда дал этому Арнольду большую сумму денег, чтобы тот бросил в тюрьму епископа, что и было сделано, и епископ провел там три месяца. Тем временем была найдена облатка, где было написано имя дьявола, а также некий сосуд (коробочка), где была мазь, которой она обычно мазала рало, и потом Алиса со своими подручными забиралась на него верхом и носилась, куда бы ни захотела, по миру без вреда себе и препятствия. И это было так чудовищно, что Алиса, по свидетельству Петрониллы, вновь была вызвана в суд в Дублине; и она попросила назначить день, когда она должна была покаяться, и когда он был назначен, на следующий день, ее друзья помогли ей скрыться, и с попутным ветром она отплыла в Англию. Уильям, тем временем в темницу заключенный и наконец мольбами великих (покровителей) освобожденный, отпущен с тем, однако, условием, что храм в Килкенни покроет свинцом, а также пожертвует некоторую сумму в пользу бедных[14].
Итак, пользуясь опять же словами Дж. Рассела, «одна из наиболее полно документированных ведовских историй Средневековья в то же время являет собой одно из самых загадочных дел, которое трудно вписать в исторический контекст. Она озадачивает не столько смешением еретических, фольклорных и уникальных элементов – такое смешение встречается и в других историях, – сколько тем, что предвосхишает будущие ведовские процессы, на которые, однако, не оказала непосредственного влияния» (Рассел, 2001, с. 249). Обращает на себя внимание и то, что, как принято считать, обвинения в общении с демонами и особенно – в сексуальных контактах с ними начинают фигурировать в делах о колдовстве лишь столетием позднее, да и то лишь на континенте, а не в отсталой Ирландии. Эта мысль переходит из одной работы об Алисе Китлер в другую, а вот в предисловии к русскому изданию «Молота ведьм» мы читаем: