Татьяна Михаль – Дом на Перепутье (страница 32)

Кот уселся на коробку с новым телевизором, приняв позу мыслителя.

– Сила в магии, дорогая. И в правильной мотивации.

Я закатила глаза, но улыбка не сходила с моего лица.

Да, предстоял титанический труд.

Но смотреть, как кот строит из себя короля, а скелет интересуется матрасами, было весело.

Похоже, день предстоит долгий, шумный и полный кошачьих приказов.

Я чувствовала себя капитаном перед штурмом неприступной крепости.

– А теперь, – сказала я, подняв указательный палец, – начинаем! Батискаф, давай, помогай!

Кот замер с открытой пастью.

– Я? Помогать? – он произнёс это с таким ужасом, будто я предложила ему вылизать всю посуду за Гаспаром. – Ты в своём уме? Я же сказала тебе, что я мозг!

– Батискаф, я уже знаю, что ты супер-волшебник, – не отступала я. – И можешь силой мысли даже танк поднять и перетащить с Северного полюса на Южный. А тут какие-то коробки.

Я обвела рукой наше богатство.

– Акакий, – повернулась я к скелету, который робко переминался с ноги на ногу, – ты тоже не стесняйся. Присоединяйся к труду.

– А ты-ы-ы? – насупился Батискаф, подозрительно сузив глаза.

– Акакий не всё вытащил из машины, – напомнила я. – Вот я и займусь этим. Ещё и комнату твою надо домыть. И мою тоже и всё остальное… Или ты забыл, что чистота на первом месте?

Я сделала паузу для драматизма.

– Кстати, пока вы всё затаскиваете в дом, давайте-ка начнём с пылесоса, парогенератора… и так далее…

Идея сработала.

Мысли о том, что его апартаменты сегодня будут вылизаны и обставлены, сделали своё дело.

– Ладно, – буркнул он неохотно. – Но это исключительно чтобы всё скорее закончить.

Мы принялись искать коробки с техникой.

Это напоминало квест.

– Вот оно! – ткнул лапой Батискаф в коробки. – Это определённо твой промышленный пылесос-монстр.

– А вот это, – указала я на длинный узкий ящик, – парогенератор.

Тем временем Акакий подошёл к коробке с надписью «Стекло! Осторожно!».

Он бережно, с видом археолога, извлекающего артефакт, обхватил её костяными руками и понёс.

Он двигался так медленно и торжественно, что казалось, он несёт не упаковку с бокалами, а собственную урну с прахом.

– Если он так будет нести всё, мы закончим к следующему новому году, – проворчал Батискаф, наблюдая, как Акакий с церемониальными паузами преодолевает порог.

Тут терпение кота лопнуло.

Он тяжко вздохнул, словно делая одолжение всему человечеству, и взмахнул лапой.

– О, слабые смертные и бессмертные… Без нас, котов, вы просто пропадёте.

Коробка с пылесосом плавно оторвалась от земли и, покачиваясь, поплыла в сторону двери.

За ней последовал парогенератор, затем другие приобретения.

– Вот видишь? – самодовольно произнёс кот. – Цени меня, Василиса.

– Ты большой молодец, – одобрила я. – А теперь, раз уж ты такой бесценный, давай и матрасы. И мой буфет. И холодильник. И всё остальное.

Батискаф снова вздохнул, на этот раз с выражением глубокой усталости.

– Ты хочешь, чтобы я, великий хранитель Перепутья, занимался погрузочными и разгрузочными работами? Это всё равно, что заставить великого маэстро настраивать пианино соседу.

– А сметана, между прочим, ждёт не дождётся своего великого мага за великие дела, – парировала я.

Это подействовало.

Следующая партия коробок, включая мой драгоценный буфет, плавно поплыла в дом.

Я наблюдала за этим балетом левитирующей мебели и техники, чувствуя себя одновременно режиссёром и зрителем в самом абсурдном спектакле на свете.

– Счастлива? – спросил Батискаф, уже заметно уменьшив гору. – Я трачу свои драгоценные эфирные силы на перемещение твоей прихоти. Он кивнул на буфет.

– Очень, – искренне ответила я. – И знаешь что? Когда вообще всё закончим, я устрою тебе сметано-сливочный пир.

Кот на мгновение замер, и в его глазах вспыхнули жёлтые огоньки алчности.

– Ну… раз уж ты настаиваешь… – пробормотал он и с новым энтузиазмом принялся за работу.

Я улыбнулась и отправилась к машине.

Так-с, что тут вчера Акакий не успел достать.

О! Как раз тут покупки для скелета…

ГЛАВА 16

* * *

– ВАСИЛИСА —

Вооружившись нашим новым мощным пылесосом, монстром, похожим на реактивный двигатель с ручкой, я с решительным видом вошла в комнату Батискафа.

Кот в это время блаженно мурлыкал, представляя, что скоро его комната станет идеальной.

– Так, пушистик мой, – предупредила я, – сейчас будет немного шумно.

Он запрыгнул на лежанку, лениво прикрыл глаза, но было уже поздно.

Я нажала на кнопку, и комната наполнилась рёвом, сравнимым разве что со взлётом истребителя.

Пылесос с жадностью начал заглатывать ту пыль, что я не вымыла в прошлый раз.

А дальше Батискаф, в котором проснулись инстинкты дикого зверя, встретившего саблезубого тигра, взлетел в воздух, словно его подбросило взрывом.

С громким «Мря-а-а-а-у-у-а-у-ар!» впился когтями в стену и повис на ней, как пушистый гобелен.

Его шерсть встала дыбом.

– Выключи эту тварь! – проорал он, но его слова потонули в рёве.

Тогда он метнул в пылесос яростный взгляд и что-то резко прорычал на своём кошачье-магическом наречии.

Пылесос захлебнулся, дёрнулся, из его недр вырвался жалобный, дымящийся «пшик!», и он затих.

В воздухе повис густой запах гари сгоревшей электроники.

Наступила звенящая тишина.