Татьяна Матуш – Сколько стоит ваше сердце? (страница 40)
- Лучше все же знать, - мягко поправил мэтр, - и быть готовым к тому, что это узнает кто-то еще. Чтобы суметь отразить удар. Ты поднимаешься вверх, мальчик мой. К таким вершинам, на которые и глядеть-то страшно, вдруг шея переломится. А на этих вершинах щиты держат круглые сутки и не ошибаются вообще. Потому что любая ошибка - это смерть. Без вариантов.
- Вот поэтому я и хочу в армию, - кивнул Марк в такт своим невеселым мыслям, - там, если и прилетит под ребра, так хоть заранее ясно от кого и за что. Не так обидно. Ну да, Боги дадут, все получится. Генерал Райкер почти обещал мне Кайору...
- Ты... береги себя, сынок. Побережешь?
- Как получится, но - постараюсь.
- В Кайоре очень ловко управляются с ножами.
Вместо ответа Марк вскинул ладонь и на пятерне, вдруг, сама собой, появилась юкка... Мэтр Габрио заинтересованно склонил голову. Юкка пришла в движение и закрутилась на ладони быстро-быстро.
Мэтр хмыкнул. И тоже вскинул пятерню. Его юкка имела более длинное лезвие и была темнее и тяжелее. Она качнулась - и завертелась волчком, так же быстро. А потом - мэтр слегка наклонил кисть, чуть отставил большой палец - и нож заплясал уже не на - а вокруг ладони.
Марк расширил глаза. Улыбка из ободряющей превратилась в охреневающую. Ладонь повторила маневр. Юкка - тоже. Веером раскрылись пальцы и нож принялся порхать между ними с такой скоростью, что нервные зрители зажмурились. Все оба.
Больше нервных в таверне не нашлось, зато нашлись азартные. Бармен начал торопливо принимать ставки.
Мэтр уверенно улыбнулся, растопырил пальцы и его юкка завертелась между ними с удвоенной скоростью. Директор с вызовом посмотрел на ученика.
Марк хмыкнул - и юкка пошла описывать восьмерки вокруг ладони. Мэтр ответил восьмерками вокруг локтя.
Лицо директора было каменным, глаза - спокойными, нож плясал как нанятый за золото... Только рядом с седым виском напряженно подрагивала голубая жилка.
Марк тихонько рассмеялся и прижал свою "птичку" большим пальцем, останавливая бешеный танец. Мгновение - и юкка исчезла. Так же как появилась.
Народ возле стойки загомонил, перераспределяя богатства. Похоже, большая часть местных ставила на мэтра Габрио, так что сенсации не получилось.
- Спасибо за урок, мэтр.
- В чем он состоял - понял?
- Конечно, - кивнул Марк, - не хвались ловкостью, встретишь более ловкого. Я не буду самоуверенным, обещаю. Я буду самым осторожным солдатом императорской армии за всю ее историю.
- Это будет страшная война, - тихо, едва слышно сказал мэтр, - только выживи, Марк. Сердцем прошу.
Винкер вышел из таверны, отвязал терпеливую лошадку. Потрепал ее по каштановой гриве. Забрался в седло. Улыбнулся серому небу - и вскинул ладонь. На ней опять появилась юкка. И завертелась с какой-то нереальной, немыслимой скоростью. На ладони, вокруг ладони вокруг пальцев, вокруг кисти, вокруг локтя... к делу подключилась вторая рука и юкка плясала уже между ними так, что ее движения слились в серебряную ленту...
А лошадка спокойно рысила в сторону Рахты, не обращая внимания на фокусы всадника. Она на своем веку и не таких шустрых повидала.
Рахта, тюрьма для "быдла", ничем не напоминала замок Лонгери. Снаружи это было довольно старое, почти квадратное двухэтажное здание на одном из холмов у Альсоры, окруженное садом, больше похожим на заброшенный пустырь.
Стены красовались выкрошенным раствором, а окна новенькими, недавно откованными решетками.
Пропуск, подписанный генералом Райкером, приняли и мгновенно проводили Марка к приятелю - длинной галереей с полукруглым потолком, где в сплошной стене слева были не гнезда для осветительных амулетов, а выемки для масляных фонарей. К счастью, уже не рабочие.
По правую руку тянулись те же арки, перегороженные решетками, а за ними, прямо на голом полу сидели и лежали вповалку люди в грязной одежде со злыми, молящими или уже потухшими глазами.
Вонь оттуда шла - Боги Претемные! Марк смотрел, страшась увидеть здесь Алету и надеясь, что баронессе, все же, предоставили лучшие условия.
Прямо в коридоре показательно стояли массивные деревянные колодки для особо строптивых. Сейчас пустые.
Рахта была, воистину, неподходящим местом для молодой дворянки.
- Да, была такая. Баронесса Шайро-Туан. Алета. Забавная девушка, - школьный приятель улыбнулся. Потом не выдержал и рассмеялся, - представляешь, покуражилась над одним из моих расследователей, молодым да рьяным. Я даже прибрал ее "показания" поближе. Полюбуйся!
Хан за время разлуки стал здоровенным, плечистым парнем с намертво приклеенной к лицу сардонической улыбкой и здоровенными залысинами. Он нырнул в один из ящиков стола, порылся, вытащил пергамент.
- Читай и угорай! Я уже люблю Кайору и когда соберусь жениться, за невестой поеду только на юг.
Марк взял допросный лист и быстро пробежал его глазами. Сначала не было ничего интересного. Стандартные вопросы-ответы. Какая-то чушь на счет сообщницы, которая лопнула бы уже на втором допросе.
- Это что?
- Это собственноручные показания твоей баронессы, - отозвался Хан.
- На каком языке?
- Она сказала, что ей удобнее всего писать на цаххе.
Марк поднял голову:
- Поправь меня, если я ошибаюсь - но у народа цаххе нет письменности. Их боги не разрешают доверять знания бумаге, они все хранят в памяти.
- Ты это знаешь. Я это знаю. Твоя баронесса, видимо, тоже это знала. А мой следователь -нет. Он целый день искал по столице переводчика с цаххе. Пока ему не ткнули носом в эту очевидную истину. А девчонка здорово повеселилась, - Хан ткнул пальцем в подпись: "Милостью богов царица цаххе Алета Первая".
- Погоди, - Марк спрятал улыбку, - ты сказал, что она была. А теперь?
- Да ясно было, что баронесса ни в чем не виновата, просто попала под раздачу. Затык вышел в том, чтобы подтвердить ее личность, документов-то никаких.
- Можно было попросить любого их "серых", мы учили список и лица...
- Не додумался, - Хан развел руками, - Извини. Сумасшедшие дни, правда. Но ты не переживай. Я направил повестку ее родственнику. Он приехал, правда, недоволен был страшно, но тут его можно понять - целый князь, а тут Рахта. Если бы хоть Лонгери.
- Князь? - уловил главное Марк, - какой князь? Откуда ты вообще взял этого родственника?
- Князь Гевор, владение - Айшер. А где взял - твоя любимая логика, Винкер. Три провинции рядом: Кайора, Картаэлла и Айшер. И что, за столько веков правители друг с другом ни разу не породнились?
- Да, это было бы удивительно, - согласился Марк, - и что, баронесса?
- Рада была до умри. Она, хоть девчонка с норовом, но тюрьма и не таких нагибает. Так что в карету с княжеским гербом села с таким видом, словно в ее власти нас тут с землей сравнять - и она этой властью обязательно воспользуется. Типа - бойтесь, гады! Я, конечно, подыграл. Сделал вид, что судорожно выбираю между кинжалом и ядом.
- Понятно, - перебил Марк, - А князь? Что ты скажешь о нем? Ты всегда был наблюдательным и в людях разбирался неплохо.
- Да что тут разбираться, - Хан пожал широченными плечами, - дрянь-человек, высокородный засранец. Но вокруг баронессы вился ужом: "Моя дорогая, вы пережили ужасное потрясение. Надеюсь, виновные понесут наказание..." Баронессу я ему под расписку отдал. Так что если опять пропадет - виновный вот он, можно брать тепленьким, с полным основанием. Что-нибудь еще?
- Пожалуй, нет.
- Тогда, может быть, посидим? Столько лет не виделись.
- Рад бы. Да меня только до пятой клепсидры отпустили.
- Но ты же еще заедешь?
- Заеду... или завезут, - сострил Марк, - как кости выпадут.
- Типун тебе на язык. Но, если что - лучшую камеру обеспечу, - серьезно сказал бывший одноклассник, - самую сухую и теплую.
- Заметано! - рукопожатие было крепким, но коротким.
Заворачивая к казармам, Марк пытался понять, почему его настроение упорно уходит в минус. Вроде бы все хорошо, Алета вышла из тюрьмы, сейчас у родственника, который о ней позаботится.
Неужели он расстроился из-за того, что не смог выступить перед девушкой в роли "благородного спасителя"? Так это - ерунда и детство. Главное, что баронесса в безопасности, а кто там кого спас - дело пятнадцатое.
Так ничего и не решив, Марк сдал лошадь конюху и поспешил в Райкеру с отчетом, не ведая о том, что своим коротким опозданием в Рахту невольно повернул колесо не одной судьбы.
- Винкер, где ты бродишь? - приятель из серой стражи мотнул головой в сторону плаца, -давай бегом, гонга не слышал?
- Я был в городе. А что случилось?
- Общее построение.
- В армию?
- Без понятия. Но, думаю, сейчас скажут.
На широком плацу, утоптанном сотнями сапог, было людно. В основном свои, серые, но заметил Марк и гвардейцев. Стражи и гвардия косились друг на друга, как кошки и собаки, только что не шипели. Но в присутствии сержантов вели себя корректно.
В этот момент до Марка дошло, что нелепая вражда стражей и гвардии, исполняющих одну задачу, создается и поддерживается искусственно, как еще одна гарантия против переворотов.