Татьяна Матуш – Сколько стоит ваше сердце? (страница 139)

- Явно, не братская любовь.

- Подумай, - Рамер отбросил тряпку в сторону, встал с дивана и заходил по комнате, - Если бы ты был на его месте, что остановило бы тебя?

- Я понятия не имею, как плетутся заговоры и готовятся перевороты.

- Мимо, - бросил Рамер, - Он - стратег. Его шесть лет учили именно этому.

- Плести заговоры? - вытаращился маг.

- Воевать и завоевывать. И, судя по этой войне, он вполне научился. Думай еще.

Абнер пожал плечами.

- Знаешь... Вот не хочу этого говорить, но, похоже, только смерть.

- Не хочешь говорить? А почему? - развернулся повелитель, - ты же сам тут тряс бородой, что Винкера надо убить. Что изменилось?

- Я сражался рядом с ним в Баре. Успел оценить. И, честно... не думаю, что с парнем будет так легко справиться. Там слишком богатая фантазия и явно нездоровое чувство юмора... помноженные на серьезную академическую базу знаний. Короче - пятьдесят на пятьдесят.

Абнер сморщился, словно выпил горькое и закусил колючим.

- Как все это восприняла Императрица?

- Понятия не имею, - ответил Рамер, - она со мной не разговаривает.

Маг улыбнулся.

- Женщины! Ничего, пусть до вечера подуется, ей полезно. Ночью все равно простит.

- Заткнись, - дружески посоветовал повелитель.

Маг сглотнул.

- Ты серьезно? Ты до сих пор с ней не... Но почему? Она - твоя супруга и у тебя есть все права.

- Потому что у козы - рога, а у змеи - хвостик, - огрызнулся тот, - сказано - заткнись, значит, заткнись и помалкивай.

- Темные Боги! - маг схватился за голову, - Ты сошел с ума! Императрица - красивая девочка, но тем, кто повенчан с властью, нельзя играть в такие игры. Выбрось их из головы, немедленно.

- Поздно, - спокойно отозвался император, - я уже сыграл.

- И... что?

- Проиграл. Кажется.

Абнер смотрел на него, словно увидел одну из легендарных скрижалей Хаоса, на которых, по преданию, можно было прочесть ответы на все вопросы и даже стереть свои грехи.

- Мне всегда было любопытно, каким образом все эти балбесы сходят с ума от любви. Что ж... узнал. И ни о чем не жалею. Но если примешь совет от старого друга - не повторяй мой опыт, Абнер. Только если смертельно заболеешь.

- Почему?

- Потому что остановиться на полпути ты не сможешь. Любовь - такая дрянь. Либо пьешь, пока не увидишь дно... либо не прикасаешься к этому зелью вовсе. Третьего не дано.

Сквозь открытое настежь окно тянуло вечерней прохладой и в комнату вползали запахи мокрой земли, цветущей воды, скошенной травы и, тонкой нитью, вплетался ясно различимый аромат меда и табака: так пахли самые поздние ари.

Парк был темным и тихим, шум фонтана отсекали две полосы густого кустарника, а прогуливаться, щебетать и целоваться под окнами СБ - таких рисковых парочек здесь не водилось.

- Остаешься?

- Как обычно, - пожал плечами Винкер, располагаясь за столом генерала Райкера. - Мне тут еще долго куковать.

- Ты - демонов везунчик, - заметил обычно молчаливый Кев, - прилюдно набить лицо самому повелителю и отделаться всего лишь неделей ночных дежурств... это нужно быть родней всем богам сразу.

- Ну, он меня тоже не погладил.

Нос стратега выглядел паршиво - распух и болел.

- Сходи к целителю. Иначе так и останешься кривым.

- Шутишь? - возмутился Марк, - Ни за что! Это же память на всю жизнь. Круче любого ордена. И ни один суд не заберет.

- Ну, если с этих позиций, - улыбнулся Кев, - ладно. Мы в "Золотую козу". Выпить за тебя?

- Как хотите. Главное, не нужно за меня драться. Я сам справляюсь. Записывай всех желающих в книжечку. Говори, что стратег отсидит и навешает всем желающим в порядке живой очереди.

Обменявшись небрежными приветствиями друзья расстались. Веселая троица направилась в кабак кутить, а Марк остался, отбывать наказание. Один. Не считая часовых у дверей здания.

Наказание... Скорее, счастливая возможность не толкаться в казарме, удерживая на лице изрядно надоевшую маску героя и Черного Рыцаря... вот же, ведь, прозвали. Не могли придумать что-нибудь не такое пафосное и банальное?

Правда, в одиночестве в него немедленно вцеплялась тоска, а когти у этой дамы были как у росомахи... Но от тоски имелось неплохое лекарство.

Из Лонгери прислали целую пачку протоколов допросов "светской" части заговорщиков. Увы, Храм был государством в государстве и чтобы взять за жабры жреца, любого жреца, даже самого мелкого, нужны были железные доказательства... или благословение Верховного.

Марк некоторое время покрутил в голове эту идею и с сожалением отбросил.

Кавалерийский наскок Райкера принес лишь один весомый результат - на переговоры отправился герцог Монтрез и, не иначе, каким-то чудом выгрыз у Фиоля "золотой" мирный договор.

Все остальное было плохо: зацепить удалось лишь часть замешанных в делах храма, остальные: кто попрятался, кто ушел в глухую оборону: не был, не участвовал, ничего не знаю, да свидетельствуют за меня Святые Древние! Очень удобные свидетели, право!

Конечно, дыба развязывала языки и не таким. Но - храм! "В Аверсуме начались преследования верующих!" Нет уж, Бездна упаси... Главная проблема с теологической угрозой была в том, что этот термин прекрасно работал в обе стороны.

Оставалось взять на вооружение медленные, но надежные методы ткачей гобеленов и вышивальщиц покровов. Медленно и печально, стежок к стежку, тщательно подбирая цвет и ни в коем случае не делая ошибок перетрясти весь высший свет и всю верхушку храма... Каждое мгновение рискуя нарваться либо на наемных убийц, либо на хитрозакрученное благословение, которое будет хуже любого проклятия.

Одна радость - Винкер пока не фигура. Не смотря на громкий скандал на балу. Никому в голову не пришло, и долго еще не придет связывать все эти аресты со скромным стратегом из штаба Райкера, одним из многих.

Вот и ладно, вот и славно.

Марк с головой нырнул в путанные строчки показаний арестованных, отчеркивая ногтем спорные моменты, сличая их с другими и, с помощью только ему понятных значков, отмечая несоответствия... Но кончики ушей по привычке торчали наружу.

И тихие, почти не слышные шаги по пустому коридору он уловил гораздо раньше, чем нежданный визитер взялся за ручку двери.

Вообще-то просто так ее не повернешь. Но он же воздушник. Тонкая послушная нить нырнула в металлическое нутро хитрой защелки и бесшумно отжала фиксатор. Вот теперь дорогой гость мог заходить беспрепятственно. Интересно, кого Бездна принесла и по чью душу.

Дверь бесшумно открылась и в комнату скользнула тень, плотно закутанная в длинный плащ. Вспыхнули все амулеты разом, ослепляя визитера, а Марк, отлипнув от стены, аккуратно, но сильно обхватил его поперек груди и приставил к шее юкку.

...Поправка, обхватил ее. К чести добычи, попавшей в ловушку, она мгновенно дисциплинированно застыла.

- Алета! - выдохнул он и посетовал, - Ты неосторожна...

- Святые Древние! Я должна осторожничать с тобой?!!

Разжать руки оказалось выше сил. Почему и воля, и благоразумие, и кодекс рыцаря постоянно пасуют перед таким простым, таким житейским "хочу"? Хочу держать эту маленькую женщину в руках, чувствовать ее тепло, гладить волосы, такие короткие и такие мягкие, слышать ее заполошное сердце совсем рядом со своим и вдыхать воздух, который она только что выдохнула...

Последнее - совсем особое, какое-то нереальное удовольствие, сродни вдыханию опиумного дыма. И эффект похожий.

В кресло он опустился, прижимая Алету к себе и мало что соображая. Если б его прямо сейчас пришли убивать, у ребят были бы отличные шансы на успех.

- Как ты сюда попала, там же караул у дверей?

- Я залезла через окно. Помнишь, как в Атре?

Через окно! Императрица... Нормально.

- И у меня очень мало времени.

- Его всегда мало.

- Марк! Я не предавала тебя...