Татьяна Матуш – Сколько стоит ваше сердце? (страница 104)
- Там у твоего шатра люди. Много.
- Какие люди? - не понял Марк, - крестьяне?
Пацан энергично замотал головой:
- Воины. Все с оружием, в легком доспехе. Главный у них такой важный - не плюй рядом!
- Ну пойдем, посмотрим, кто там тебе плевать не дает, - некоторая растяпистость Святого тоже далась легко.
По дороге через лагерь к нему присоединились трое свитских - два жреца и барон и куча просто любопытных, так что процессия вышла солидная.
К шатру они подошли неспешно, как и полагается хозяевам. И вот тут Винкер выругался, про себя - но от души. Предупреждал же маршал! Уходить нужно было еще с утра. Теперь оставалось лишь делать хорошую мину при плохой игре.
Небольшая утоптанная площадка была плотно забита народом. Бойцами. И кое-кого из них Винкер прекрасно знал в лицо. Марк прошел вперед и уставился на Дайстри. Тот сидел на коне, подбоченясь, так что получилось смотреть снизу вверх.
- Светлого неба, братья. Какая нужда привела вас под наш святой стяг? - Во как завернул! Даже самому понравилось.
- Хотим сражаться за веру предков, против императора-оборотня, - уронил Дайстри вроде бы почтительно, но глядел при этом... Марку даже обидно стало, словно за своих. Ну да - тенты самодельные, оружие, с которым лучше всего по лесам кроликов воевать... Босые ноги.
Однако же не они к тебе - ты к ним пришел под стяг проситься. Мог бы высокомерие-то за воротами оставить. Если не из вежливости, то хотя бы из осторожности.
- Я вижу, вы воины, - произнес Марк, окидывая взглядом полтысячи дезертиров. Услышав это, их предводитель еще выше вздернул подбородок.
- Истинно так, воины. И не хотим служить порождению Бездны.
Взглядом придержав свитских, Марк негромко спросил:
- Поправь меня, воин, если я скажу не так, но, вступая в войско императора-оборотня, вы все принесли присягу. Что ж вы, знамени изменили?
Воины запереглядывались. Такого они, явно, не ожидали. А чего ж вы хотели - чтобы вас тут цветами встретили?
- Преславный, присяга, взятая обманом и после нарушенная, душу не пятнает, - попробовал встрять один из свитских. Винкер даже не оглянулся, чтобы посмотреть, кто там такой умный.
- А кольца? - спросил он.
Колец не было - ни одного. Видно поснимали да в ближайшем болоте утопили от глаз подальше. Правильно сделали... но, все равно, спалились.
- Воины вы хорошие, это я вижу, - Винкер оглядел их, конных и пеших, подмечая все: от сломанного строя и не выставленных щитов до не застегнутых мундиров и некомплекта оружия. Причем так посмотрел, отмечая взглядом стратега каждый промах, словно гвозди заколачивая, что банда Дайстри заволновалась и, невольно, подтянулась. - А вот стоит ли мне принимать вас под свой стяг... этого пока не знаю.
- Что это значит? - набычился Дайстри.
- Вы присягнули Обороню и присягу нарушили. Значит солгали словом и делом. Откуда мне знать, что не солжете мне? Что в битве не развернетесь и не ударите нам в спину? Отступникам веры нет!
Банда недовольно загудела. Кое-кто потянул оружие из ножен и попытался расчехлить арбалеты. Винкер машинально, не давая себе отчета, отдал приказ - жестом, взять командиров на прицел... Дайстри его просек мгновенно, и уставился на Святого с подозрением.
Но парни - караульные и несколько любопытных тоже просекли. Мгновение - и предводитель дезертиров оказался под прицелом трех десятков арбалетов.
- То есть, ты нам отказываешь? - высокомерно процедил Дайстри.
- Пока нет, - Винкер выбросил два сомкнутых пальца вверх: сигнал, в армии означающий "внимание, готовность". - Я возьму вас под свою руку. Если присягнете мне на верность.
- Ты же сказал, что отступникам веры нет, - удивился Дайстри.
- А вы не простую присягу дадите. Под мое личное благословение пойдете.
На небольшом пятачке внезапно стало очень тихо, так, что муха пролети - ее бы услышали. Марк физически ощутил недоверчивые взгляды, сверлящие спину. Но оборачиваться не спешил -не до них сейчас.
- Что значит: "под твое личное благословение"? - спросил Дайстри. - На амулете?
- Амулетов у нас нет. Делать из людей "кукол" занятие Небу не угодное. - Бывшие воины императора перевели дух и даже заулыбались. Рано радуетесь, голубчики. - Присягу приму сам. Будете по пять человек подходить, больше мне за раз не взять.
- И? - не понял Дайстри.
- Измените - умрете. Все просто.
Ошарашенные лица дезертиров надо было видеть. Впрочем, Марк догадывался, что за спиной на него пырятся не менее ошарашенно. Хоть бы мордами изумленными не светили, олухи!
- Это невозможно! - возразил бывший полковник.
- Под моим стягом - возможно и делается. Итак, господа - спешиваемся и приносим присягу? - в спокойном и негромком голосе "Святого" появились режущие кромки. Дезертиры попятились.
Марк колебался ровно одно мгновение - и решительно и резко опустил левую руку, спуская с цепи всех, кто желал и был готов подраться. В конце концов, новая и хорошо вооруженная банда в этих лесах никому не нужна.
Люди Дайстри сделали большую ошибку. Вернее - три ошибки: подошли слишком близко, не выставили щиты и не расчехлили арбалеты. Кто ж им знахарь? А толпой и не таких вояк задавить можно - хоть и с потерями.
- Ты удивил меня, Святой брат, - давешний жрец смотрел на Винкера исподлобья со странным выражением в глазах: неверие мешалось с надеждой.
Тонкие стены шатра отделяли их от шумного лагеря - сейчас там оказывали помощь: первую, а, заодно, и последнюю. Кого перевязывали, а кого оттаскивали за ноги за плетень. Из дезертиров не ушел ни один, это радовало. Но и своих полегло немало, все же драться им пришлось с подготовленными бойцами.
- Чем? - Марк пожал плечами, - это были шпионы императора-оборотня, ясно же. Иначе они не отказались бы дать мне личную присягу.
- А... ты, разве, сумел бы ее принять? Ведь для этого надо иметь земельный надел. Хотя бы баронство, иначе клятва не состоится.
- Будем считать, что я об этом забыл. А им не стоило быть такими доверчивыми.
Жрец покачал головой:
- Когда ты успел так измениться, Эдер? Ведь был таким добрым мальчиком...
- Вы хотели, чтобы добрый мальчик возглавил мятеж против императора и победил? -Винкер шевельнул бровью, - Или... даже не предполагалось, что я буду воевать и приказывать... Какую роль вы отводили мне, брат? Соломенного чучела во главе этой дикой толпы, а если не повезет - то и на виселице? Одного - за всех? Спасибо, вынужден отказаться. Сражаться будем вместе. И качаться, если проиграем, тоже вместе. Не устраивает - разбегаемся прямо сейчас. Я найду чем заняться, у меня еще книга про резонансные колебания не дочитана. Кстати, где она? Почему-то я ее никак не могу найти.
- Ты очень изменился, - повторил жрец.
- На свое счастье. Или на наше общее?
Взбудораженный первой стычкой и первой победой, лагерь уснул нескоро. Ночь уже перевалила на вторую половину, когда Винкер смог встать и выбраться из шатра, не опасаясь наткнуться на очередного восторженного почитателя.
Ночь выдалась ясной и звездной. В лесу пару раз ухнул филин, но чего-то застеснялся и смолк. В траве кто-то деловито шуршал, может быть мыши, а, может быть - змеи.
Благословения Эдера потихоньку рассеивались. Надо было уходить, но Марк медлил. И дождался - на плечо легко спланировала жутковатая помесь птицы и ящерицы с милыми глазками-бусинками, но вполне серьезными когтями, в том числе и на крыльях.
- Привет, птаха, - умилился Винкер и, уколов палец, угостил гонца кровью.
Птицеящерица потопталась и выдала:
"Границу Каротты перешла армия Лесса Аргосского, владетель ее пропустит..."
Миг - и птица рассыпалась темными, не обжигающими искрами. Маг, пославший ее, был очень слабым. Удивительно, что гонец вообще добрался и исполнил свою задачу.
Вот, значит, как... Фиоль. И - предательство Каротты. Ожидаемое, а, значит, не страшное. Страшно, когда внезапно в спину бьют, а когда ты готов, и под камзол рубашку кольчужную поддел, такой удар - словно дорогой подарок. Враг голову поднял - молодец! Отмахнуть проще.
Там, где все еще было напитано недавно растаявшим благословением святого, колдовать оказалось не то, чтобы тяжело, а страшно неудобно. Словно из мокрых змей пытаешься веревку связать, а они извиваются, вырываются, выскальзывают - да еще и тяпнуть норовят.
Так и привычная сила крутилась, вырывалась, не слушалась. Винкер взмок, как мышь под метлой. Такого упражнения на концентрацию у него не было не то, что с академии - с приюта.
И все-таки справился. Драгоценных рубинов с изумрудами не было, на стекле заклятья не держались, но Марк давно, еще во время учебы, сообразил, как обойти это затруднение. Амулеты-концентраторы он просто наморозил. Обычные куски льда годились ничуть не хуже бриллиантов -структура-то похожа. А что простоят недолго - так долго и не нужно.
От реки поднимался туман и катился белым молоком в низину, где стояла Армия Света. Скоро в нем должны были утонуть палатки, лежаки, навесы, кострища, стойки для оружия и шатры командиров и жрецов.
Туман струился табором... назвать его лагерем у Винкера все еще не поворачивался язык, и уже достиг его сапог, а потом поднялся до колена, до пояса... по грудь. Пора? А чего тянуть.
Марк достал горсть намороженных и уже заряженных кристаллов и принялся с силой швырять по одному в разные стороны, как мальчишка - камешки. Кристаллы исчезали в молоке без всплеска, лишь иногда с тихим шуршанием и тут же поднимались от земли неясной фигурой, закутанной в плотные одеяния, не понять: мужской или женской...