Татьяна Матуш – Дубль-луна (страница 35)
- Альфи, подбрось еще пару полешек, - Виктор протянул к огню руки, испачканные чернилами и сам потянулся следом. Кажется еще немного - и залезет в камин, прямо в огонь, с ногами и сапогами.
- Намерзся в крепости, - пояснил он.
Лора суетилась вокруг, хватаясь то за одно, то за другое, пытаясь сделать сразу десять дел и убежать во всех четырех направлениях: за пледом, за медом, за теплыми носками.
- Да сядь ты уже, - Виктор похлопал ладонью по дивану, - посиди рядом. Я тоже соскучился.
Янек был не в пример спокойнее. Он привез Виктора из крепости, сходил в сарай за дровами и растопил камин и научил служанку готовить совершенно потрясающий грог. Пригубив его, бывший узник метнул в Янека пристальный взгляд. Тот ответил ему таким же, словно отзеркалил.
- Напиток богов. Если бы в камере каждый день подавали такой, я бы подумал - не остаться ли насовсем.
Янек ответил короткой усмешкой, ни на секунду не принимая слова Виктора за чистую монету. Усевшись в кресло, шулер вытащил из-за отворота камзола плотный конверт, перевернул его над столом, постучал по краям и вытряхнул лист плотной, дорогой бумаги.
- Это ваше полное освобождение от грехов, дорогой отец, - пояснил он, - подписанное главным судьей и полновластным правителем этой земли вчера ночью. За день до того, как его лишили власти, так что документ имеет законную силу и быть оспоренным не может. Но я бы на вашем месте не попадался на глаза эмиссару Императора. Он так рвался вас казнить, что у меня закрались сомнения... а не его ли невесту вы в свое время увели?
- Официального оглашения помолвки не было.
- Да-а... - протянул Янек, - когда судьба танцует каскарду, умный человек падает за бруствер.
Виктор отвернулся, пряча смех.
Пошарив в кошельке, Янек двумя пальцами извлек то, что много веков именовали не иначе как "Первым Несбером", с придыханием и вожделением. Толкнул неказистую "монету" по столу, к отцу, и скучным голосом пояснил:
- Сувенир. И премия. Хотя, в ближайшие месяцы а, возможно, и недели ее цена здорово упадет. Может быть. А, может быть, и не слишком. Смотря по тому, сколько раритетов эти недоумки пустили в переплавку.
- Что? - опешил Виктор. - Казну Несбера нашли? И подняли?
- Полагаю так. В других данных задача решения не имеет. Собственно, все логично - если сундуки уцелели, то течение должно было притащить их именно сюда. А капитан Гриф - собака везучая. И ныряльщики у него лучшие в гавани.
Виктор оглядел монету с законным недоверием, взвесил на ладони, поскреб ногтем, попробовал на зуб. Поднял глаза, совершенно ошалелые:
- Имея такой потрясающий актив, эти... обезьяны в шляпах не нашли ничего лучшего, чем нашлепать из них фальшивых имперских эров? - изумленно просил он, - Серьезно? Святые Древние! Какая... шокирующая глупость. Да если б они просто выкинули их в отхожее место, и то было бы не так бездарно. С финансовой точки зрения. По крайней мере, из дерьма можно достать и отмыть, в ценности находка не потеряет. За одно это Дье-Легю нужно воскресить и повесить снова, и так раз шесть. Они могли купить половину мира, вполне законно! А предпочли заняться... мелким жульничеством. И теперь один мертв, а под вторым море горит. Идиоты! - припечатал банкир.
- Невежество - это болезнь, от которой умирают, - согласился Янек, - я всегда это подозревал, а теперь убедился. Что ж, уверен - вы извлечете из этой вещи бОльшую пользу. Только, сердцем прошу - не здесь. Моим терпением можно бездну наполнить до краев. Но до вашего личного края осталось полпальца. Лора... ты меня проводишь?
Дочери не было долго. Так долго, что Виктор успел надумать всякого, и плохого, и очень плохого. Но, как водится, все его мысли и рядом не лежали с реальной жизнью.
Когда Лора вернулась, отец долго вглядывался в ее лицо, но ничего не прочел. У братца-шулера девочка отлично научилась прятать чувства.
- Ты сдала ему нашу схему? - наконец, спросил Виктор.
- Милорду? - Лора легко улыбнулась и прыгнула на диван, поджав ноги, - Ну, в общем, да. Но только в деталях. В общих чертах он и сам уже догадался. Его учили и описанию земли, и наукам о веществах. И тому, как растить виноград... Ну, не сердись. Ты придумаешь еще одну схему, лучше - и на этот раз у тебя все получится. Мы должны были тебя вытащить. Другие способы не сработали. И потом - ты велел мне молчать, но клятвы не взял.
- Мое упущение, - согласился Виктор. - А если я сейчас попрошу тебя дать мне клятву? Ты мне не откажешь?
Лора склонила голову на плечо. В карих глазах мелькали искорки.
- Ты стала очень красивой. Невероятно красивой - всего за каких-то десять дней, пока мы не виделись. И это меня тревожит.
- Почему? - весело удивилась Лора.
- Опыт говорит мне, что так внезапно женщина хорошеет лишь в одном случае. Если она влюбляется, сильно, до потери рассудка. И - если ее чувство находит ответ. Прошу тебя, милая, успокой своего отца-паникера. Поклянись, что это не он!
- Не... кто, папа?
- Не Эшери Монтрез. - Виктор пристально разглядывал в лицо любимой дочери и заметил, как едва заметно заалели высокие скулы, а в глазах взметнулись всполохи протеста.
- Бездна... - прошептал он, - Нет! Скажи, что это несерьезно, что ты просто загляделась на Золотого Герцога, как все девочки, он же красив как не знаю кто... Скажи, что... Что пришла к нему, что была с ним, только чтобы спасти меня - и это ничего для тебя не значит... Ничего не говори! - выдохнул он, - Молчи. Лучше бы меня повесили...
- Не таранить, кормой подходи!
Абордажная команда готовилась драться за приз. Монтрез демонстративно вытянул из рукава - и повязал на голову пиратскую косынку - под восторженные вопли команды. Сабля с тихим свистом выглянула из ножен - солнечный свет сверкнул на благородном клинке и по палубе разбежались зайчики.
- Хороша, демоница, - командир абордажников завистливо прищелкнул языком, - небось, шелковый платок в полете перерубает.
- Все перерубает, - подтвердил герцог, - и платки, и шеи.
По мере того, как родной берег исчезал из виду и вырастал на горизонте "Дельфин", Монтрез все меньше оглядывался на своего "управляющего". Да и не пришлось. Оглядываться - то. Толстяк, вопреки ожиданию, сзади не прятался. Надавив, где авторитетом эмиссара, а где и немалым весом (не политическим) он протолкался в первые ряды абордажников и тоже обнажил шпагу, готовясь драться.
- Только бы на несберские ахтеркастли не нарваться, - поежился худощавый парень, - паруса у них скошенные, любой ветер берут, а баллисты - наверняка маги наводят, обычным людям такая точность не завещана. И нападают всегда как волки - стаями.
- ПрОклятый остров, - со знанием дела поддакнули откуда-то сзади, - и правит ими демон.
- Да не демон, а Дамиан. Имя такое. Он человек, просто урод. Настолько жуткий, что другим людям его не показывают. Кто видел - те от страха с ума сошли.
- Прямо, как ты с похмелья, - подначили рассказчика. - Тоже испугаться можно.
- Демона тебе, - ощерился он. - Я не горбатый.
- А князь - горбатый? Ну и что с того? В чем страх-то? Вон, Крейг у нас тоже горбатый, а ничего, не страшный. Даже девки заглядываются, сегодня такая провожала...
Взвыли дальнобойные луки - этот звук разносился над водой далеко, присвистнули стрелы и застучали градом, втыкаясь в дерево. Абордажники споро распластались на палубе. Монтрез покосился на эмиссара, но, похоже, за него беспокоиться не стоило. Толстяк пригнулся вовремя, и выпрямился одним из первых, сжимая в правой руке шпагу, а в левой - узкий длинный клинок с хитрой рукоятью - цапой.
Взгляд не отрывался от "Дельфина" и был опасно-прикидывающим. Мысленно толстяк уже "потрошил тушку". В море Кавенди, точно, раньше никогда не был, и галеры на абордаж не брал, но привычка к дракам у него имелась - и богатая. Откуда бы у придворного?
Оба корабля взмахнули веслами - синхронно, словно танцевали парный танец и, с размаху, "поцеловались" бортами. Треск разбитых бортовых насадок и грохот падающих весел заглушил даже вопли абордажников, которые посыпались на чужую палубу горохом.
Толстяк шагнул в свалку одним из первых, опередив даже Монтреза.
Есть ли под Высоким Небом хоть что-нибудь, что сравнится с настоящим боем? Не блистательной дуэлью, где выверен каждый шаг и рапиры танцуют "до первой крови", а с настоящей беспощадной схваткой, где смерть дышит не только в лицо, а и в ухо, и в затылок, и где никто не помнит правил кроме одного - на волос опередить противника, уцелеть - и сокрушить.
Вот уж, воистину: "Упоение в бою" - упиться можно просто в брызги! А высшее мастерство в том, чтобы, когда кровь вскипает от азарта, сохранить голову холодной. Так, словно вокруг не месиво, а тонкая интеллектуальная игра. Это сложно. И иногда - просто не получается. Кровь бьет в голову сильнее вина, и даже сильнее самогона магической выгонки.
Какого демона он сунулся вперед, увидев, что сабля летит в лицо Кавенди? Кто ему тот толстяк? Да никто! Просто бьется с ним бок о бок - и, случись выбирать, поступил бы так же. Заслонить собой - может и нет, а вот отвести клинок попытался бы точно. Старая школа: сам погибай, а товарища выручай.
Ну и прилетело. Спасибо щиту и хвала Небесам, что существуют такие амулеты, хоть и дороги они, как коронные драгоценности, но у некоторых в сейфе припрятано, на такой вот случай... А вот от клубка пиратов, который катался по палубе от носа к корме, его не спас бы ни один амулет - ногами бы затоптали.