Татьяна Макарова – Таинственное завтра. 15 рассказов мастер-курса Анны Гутиевой (страница 4)
Змея на пол яд сплюнула, Ваську Пырея обнюхала.
– Кто ты такой, откуда и как ты смел вторгнуться в наши пенаты?
– Я Васька Пырей, с деревни. Вот, принес свои стихи, рассказы, повесть еще. Почитайте, может, сборничек какой-нибудь собрать. Или, может, в союз к вам кандидатуру подать…
– Хи-хи-хи, в союз! Ишь чего захотел! Я считаю, это немного рановато, абсолютно неуместно, да и практически невозможно. Вы с-с-о мной соглас-с-с-сны, друз-з-зья?
– Бе-бе-безусловно! – быстро закивали овцы.
– А про что ты пишешь, Васька Порей? Есть ли у тебя стихи про то, что душа, как птица на ветке, мокнет одиноко под дождем и ты плачешь вместе с ней?
– Чего нет, того нет. Про птичек не пишу. Я как бы больше по философии, ну там смыслы разные, подтексты, архетипы, символы, чтобы поэзия была как проза.
– Смыслы – ерунда. В поэзии нужны только прекрасные светлые чистые чувства! Нужно писать очень красивые стихи! Братья и сестры, вы ведь со мной с-с-с-соглас-с-сны?
– Ббббе-безмерно! – толпой заблеяли овцы.
– А вот есть ли у тебя, Васька Порей, лирические миниатюры про красоту великой родной природы?
– Я сам природа, чего о ней писать. Я ритмы ищу, звуки, ассонансы, аллитерации, чтобы проза как поэзия, чтоб она на подсознательном уровне…
– Как ты сказал? Ананасы? Либиразы? Мы таких слов не знаем. И знать не хотим, не правда ли, коллеги?
– Бе-бе-бесполезно! Беее-зобразно! – овцы спрятались за Змеей и оттуда зыркали на Ваську красными глазками.
– Ах, Порей, Порей! Ты же ничего в литературе не понимаешь. Вот я тебя сейчас научу, а ты сиди и слушай. Литература должна быть красивой! Кра-си-вой! Ты конспектируешь? Нужно красиво писать о красивом. Чтобы каждый прочитавший эти великие строчки сказал: Боже мой, как красиво! Нужно писать о том, как красиво в капельке росы отражается заходящее солнце. Нужно красиво описывать, как звонко журчат маленькие ручейки, как красиво поют весенние птицы. Дорогие мои, вы любите писать красивые стихотворения о маленьких речушках своего детства?
– Бе-бе-бе-безумно! – подтвердили овцы.
– Внимай же, деревенщина. Литература – это Эверест! Это Джомолунгма! Не тебе, сивому мерину, пачкать ее своими мыслями-смыслами. Только Великая Красота! Только возвышенные чувства! Наблюдай и замечай полет бабочки над цветком, жужжание трудолюбивых пчел, вздохи летнего ветра в плакучих ивах. Вглядывайся в природу и пиши о ней красивые стихи, до глубины души затрагивающие нашего читателя! Прозу не пиши. Кроме Гомера у нас прозаиков не было, да и не надо. Только стихи! Стихи о любви! Ты должен описывать исключительно глубокие любовные переживания, вещать о том, как ты бежишь по лугу, покрытому цветами, навстречу любимой! И вы собираете, собираете, собираете цветы! – Змея перешла на фальцет и закатила глаза.
– Чушь собачья! – Не выдержал Васька. – По лугам не скачу, цветы не топчу. Есть поинтереснее темы, кроме жучков ваших, паучков да бабочек. Только, я посмотрю, и без меня хватает цветоводов в литературе. Ну-ка, пойдете на луг цветы собирать?
– Бе-бе-бегом бееее-жим! – встрепенулись овцы, по цветам крупные специалисты.
– Ах, так! Тогда, шеть отсюда, вахлак деревенский! – завизжала Змея. – Союза тебе не видать! Книг не издать! Покуда не научишься ты беее-беееезмолствовать да фаркоп мой грамотно лизать!
Все три головы огнем пыхнули, обои полыхнули, овцы всполошились, заблажили, как их звать забыли, через окна прочь припустили. Васька Пырей перекрестился, за дверью затаился. Соли горсть из кармана достал, на пороге раскидал.
– Господи, спаси и сохрани! От нечистой силы убереги! За морем-океаном, за островом Буяном, три года плыть – там тебе жить! Чур меня, чур! – так сказал, на все шесть сторон плевал и в деревню свою умотал. С тех пор Васька Пырей по союзам не ездил. К черту!
У Васьки Пырея дочь в школу собирается. Жена говорит, вот тебе, Васька, сто тыщ, три года по копеечке копила, смотри, чтоб хватило. Васька рот разевает, недоумевает, да на эти деньги нам год жить, не прожить! А все же не хватило. Рюкзак десять тысяч, да в рюкзаке пятьдесят тысяч, столько же одеть да обуть, да учителю букет не забудь. А чтоб сына в школу собрать, пришлось уже кредит брать.
Васька дочь из школы забирает, что на дом задали – никто не знает. Учитель велит в чат вступать, не зевать, там искать. Пырей в чат заходит, ни шиша там не находит.
– Скажите, а что сегодня задали?
– Мамочки, пора подумать о выпускном! Где будем отмечать?
– Какой выпускной во втором классе?
– Какой выпускной, еще сентябрь!
– Какой выпускной без аниматоров? У меня будет скидка.
– Я думаю, надо в город поехать, в ресторан. А учителю в конце года путевку в санаторий.
– Марьиванна, не цыганьте. Мы вам на выпускном букет подарим, уже скинулись.
– Кто-нибудь знает, что задали детям?
– Родители, напоминаю, до конца недели надо зарегистрироваться на 150 ресурсах. И Зум установить. Будем навсегда в онлайн переходить. Встретимся на вручении аттестатов, через 11 лет!
– И осеннюю икебану не забудьте утром в школу принести.
– А можно про икебану хотя бы в полночь говорить, а не в четыре утра?
– Продаю покрышки. Кому покрышки?
– А-ууу! Меня кто-то слышит? Домашка-то сегодня какая?
А узнали задачу, сидят, чуть не плачут. До утра решают: сам Пырей, Пыреева жена, Пыреева мать, Пыреев отец, мать Пыреевой жены, отец Пыреевой жены, Пыреев сват, Пыреева сватья, сестра Пыреевой собаки, крестная кошки Пыреевой жены и так по мелочи человек двадцать. Все тут. Отдохнут и дальше задачу грызут. Не разгрызается задача. Звонят в Москву, троюродному брату Пыреевой бабушки со стороны невестки. Помоги задачу школьную решить, на мехмате же учишь, студентов мучишь. Троюродный брат Пыреевой бабушки со стороны невестки человек опытный, сам задачу не грызет, на кафедру несет. Пять профессоров и десять доцентов с трех сторон задачу грызут, сначала-то ржут, потом ревут, потом Перельмана зовут. Перельман задачу днем и ночью решает, про Пуанкаре даже забывает, но через неделю все-таки сгрызает. Ваське Пырею решенье высылает. Пыреева дочка задачу в тетрадь пишет, не дышит. А учителька в тетради красной пастой черк-перечерк, двойка за задачу, иди на пересдачу!
Отправляет Васька Пырей дочку на футбольную секцию: провести осанки коррекцию, схуднуть лишнюю комплекцию. Не спеши, Пырей, тренер говорит, такой паразит. Вот заполни сначала десять бланков, двадцать согласий, тридцать разрешений в пятьдесят заведений. Паспорта у всей семьи, справки об отсутствии судимости и наличии недвижимости, метрику прадеда, прапрабабкин аттестат и на Трампа компромат. Вот тогда мы дочку на секцию пустим. А если хочет взять в руки мяч, тогда вообще строгач: вот вам список из тысячи документов, но чтоб кто-то их все собрал, еще не было прецедентов.
К ЕГЭ готовится второй класс, а по школе гремит завуча бас: «Во втором не начнешь – свое будущее сольешь, на паперть пойдешь, в канаве сгниешь!» Минимум три репетитора! Тест-тест-тест! А лучше четыре! Тест про тест, тест-перетест! А у нас их пять! А у вас? Тест: кем ты будешь со 100 баллами ЕГЭ? а) кассиром в «Пятерочке»; б) уборщицей в поликлинике; в) курьером в «Сбере»; г) рабом на галере. Тест: кем ты будешь с 0 баллов по ЕГЭ? а) кассиром в «Магните»; б) уборщицей в школе; в) курьером на ферме; г) дворником в шаверме. Второй класс семь потов льет, одиннадцать лет за пятилетку выдает! Школа реальной жизни обучает, ведь жизнь-то всегда четыре варианта предлагает: а), бе), ве) и ге). Только угадай! Удачу оседлай! Васька Пырей тот вертеп наблюдает, головой качает, да что он понимает. Это всеобщее среднее образование, а не бардак, а ты, Васька, дурак.
К Ваське Пырею дочка бежит, голос от радости дрожит. Нам, говорит, в школе главное рассказали! А мы-то не знали! План такой: ЕГЭ сдаешь, сразу в роддом идешь. Двух-трех рожаешь, из декретов не вылезаешь, зато граждан воспитаешь. Ура! Поступать не надо! Знаешь, все девочки нашего класса чрезвычайно рады. Учеба? Карьера? Работа? А зачем нам работа? Не наша забота. Говорят, главное – прирост здорового населения для налогообложения общества потребления. Так дочка Пыреева сказала и за тын учебники покидала.
«Черт меня подери! Держу пари, мы ребенка теряем, скоро он будет полностью невменяем, а мы тут молча сидим одобряем!» Васька Пырей ус поседевший дерет, думает ночь напролет. Куда им с дочкой бежать? Где образование получать? О! Есть одна школа, что традиции сохраняет, на путь истинный наставляет! И в Хогвартс с совой заявление отправляет.
Алексей Ерехинский.
ГДЕ ЖИВЕТ ТВОЙ ДРУГ?
Иван пытливым взглядом обследовал ботинок дочери.
– Ну, что там? – с надеждой спросила Полина.
Избегая смотреть в глаза жены, Иван задвинул ботинок под табуретку.
– Ничего хорошего. Подошва под каблуком треснула, в ремонт нести нет смысла, только деньги на ветер выкинем.
– Но это у Алены единственные зимние ботинки! – воскликнула Полина. – В чем же ей ходить?
Иван постарался успокоить жену:
– Я залью трещину клеем, на пару раз сходить в школу хватит. Через два дня выходные, пусть она дома посидит, а в понедельник у меня зарплата, пойдем и купим новые.
Спокойные, рассудительные слова мужа успокоили Полину:
– Ладно, стратег, действуй. Сам знаешь, Алене простывать нельзя, пневмония не дремлет.